Александр Никитин – Древнейшие государства Кавказа и Средней Азии (страница 50)

Погребальный инвентарь отличается исключительным разнообразием золотых (большей частью богато украшенных цветными вставками из драгоценных и полудрагоценных камней), серебряных, стеклянных и глиняных предметов: золотые инсигнии (парадные кинжалы, именные перстни-печати, пояса, диадемы), серебряная посуда (винные кувшинчики, декоративные блюда, чаши со скульптурными изображениями и др.), различные украшения (браслеты, кулоны, гривны, ожерелья, застежки, перстни, подвески), погребальные венки, амулеты и талисманы, зеркала и другие предметы туалета, железное оружие, стеклянная посуда и др. (Апакидзе А.М., Гобеджишвили Г.Ф., Каландадзе А.Н., Ломтатидзе Г.А., 1958). Аналогичные погребения имеются и в Багинети (II–III вв. н. э.). Здесь, в частности, обнаружен каменный саркофаг с двускатным перекрытием с весьма богатым погребальным инвентарем (золотые ожерелья, браслеты, кольца, серебряные обкладки погребального ложа, кубок с изображениями сцен охоты и театральных масок, фиала, украшенная стилизованными изображениями виноградных гроздьев и листьев, ковши и ложка с «армазской» надписью, римские золотые ауреусы и серебряные денарии и др.) (Апакидзе Г.А., 1973).

Такие саркофаги, судя по богатству погребального инвентаря, принято считать захоронениями представителей правящих кругов и членов их семьи. В Багинети (у Мцхетской железнодорожной станции) обнаружен каменный склеп, сильно разрушенный и разграбленный в древности (Апакидзе А.М., 1968, с. 144–148). Принято считать, что склеп принадлежал представителю правящих кругов или, возможно, даже царской семье (Ломтатидзе Г.А., Цицишвили И.Н., 1951; Апакидзе А.М., 1968, с. 149–151; Лежава Г.И., 1979, с. 21).

Следует отметить, что аналогичные и синхронные армазисхевским и багинетским погребальные комплексы, принадлежавшие высшим сановникам Иберии, открыты и в других областях Иберии: Бори (Придик Е., 1914), Згудери (Немсадзе Г.А., 1977), Арагвском ущелье (Рамишвили Р.М., 1977). Это были правители административных областей, которые упоминаются в надписях, найденных в Армазисхеви (так называемая Армазская билингва), под названием «питиахши» (Церетели Г.В., 1942). Эти надписи интересны и тем, что впервые была засвидетельствована особая разновидность арамейской письменности — армазская (Церетели Г.В., 1942; 1948).

Для характеристики культурного и социально-экономического развития населения Мцхета в первые века н. э. особенно большое значение имеют результаты многолетних раскопок многослойного (середина II тысячелетия до н. э. — VII–VIII вв. н. э.) обширного могильника на Самтаврском поле (на северной окраине нынешнего пос. Мцхета). После определенного перерыва в V–IV вв. до н. э. на указанном могильнике в последние века до н. э. вновь появляются захоронения, свидетельствующие о возрождении интенсивной жизни (хотя поселения этого и последующих периодов все еще не открыты). Погребения последней трети I тысячелетия до н. э. представлены главным образом так называемыми кувшинными погребениями, т. е. захоронениями в глиняных пифосах. Принято считать, что обряд кувшинного погребения появился на Самтаврском могильнике с III в. до н. э. и дожил до конца I в. до н. э. Одновременно этот погребальный обряд распространился и в других (особенно в восточных) областях Иберии (Толордава В.А., 1963).

Кувшинные погребения на Самтаврском могильнике фиксируются отдельными группами. Погребальные пифосы зарыты преимущественно горизонтально. Все захоронения ингумационные. Покойники уложены в сильно скорченном положении на левом или правом боку. Большинство погребений ориентировано с севера на юг, горлом пифоса, которое обычно прикрывалось плоской черепицей, реже — плитой песчаника или обломком большого сосуда, — к югу. Используемые для погребений пифосы (обычно бывшие до того в употреблении) довольно крупных размеров. Детей хоронили в пифосах меньших размеров, а младенцев — в разнообразных сосудах, чаще всего — в высоких горшках с двумя ручками.

Инвентарь кувшинных погребений Самтаврского могильника не отличается особым разнообразием и обычно состоит из глиняных сосудов и весьма разнообразных бус (каменные, костяные, стеклянные и пастовые). В поздней группе погребений встречаются и монеты (плата Харону) — аршакидские драхмы. Боевое оружие полностью отсутствует, а из сельскохозяйственных предметов представлены только железные изогнутые ножи, служившие для обреза виноградной лозы (Толордава В.А., 1963). Одновременно с кувшинными погребениями на Самтаврском могильнике бытуют и грунтовые погребения.

Несравненно разнообразнее становятся погребальные сооружения на Самтаврском могильнике с I в. н. э. В это время выделяются следующие типы погребений: а) грунтовые ямы с перекрытиями из каменных плит, черепиц или кирпичей; б) каменные ящики, сложенные из больших плит песчаника; в) гробницы, сложенные из черепиц («черепичные погребения») или из больших квадратных кирпичей («кирпичные погребения»). Иногда встречаются и комбинированные: кирпичные ящики с черепичным перекрытием или черепичные ящики с каменным перекрытием и т. д. Наиболее распространенными в I–III вв. н. э. являются черепичные погребения, стенки которых составлены из плоских черепиц, установленных (с бортиками наружу) поочередно то широким, то узким концом вниз (продольные стенки погребений средних размеров составлены обычно из четырех черепиц). Однако встречаются и другие способы возведения продольных стен, когда черепицы укладывались на их длинные стороны или, как обычно, вертикально на их короткие ребра, а стыки прикрывались желобчатыми черепицами. Полы выкладывались в большинстве случаев также из плоских черепиц, уложенных либо в один ряд поперек ящика, либо в два ряда вдоль ящика. Встречаются также полы из каменных плит или из квадратных кирпичей. Перекрытия состояли из дерева, каменных плит или из больших кирпичей, но в большинстве случаев — из плоских черепиц, прикрытых желобчатыми. В последнем случае простые перекрытия состояли из одного (преимущественно в детских погребениях) или двух рядов черепиц. Наиболее характерно, однако, следующее устройство. На деревянных стропилах укладывали два ряда плоских черепиц, опиравшихся одним концом на стенки ящика, а другим на балку. Стыки прикрывали желобчатыми черепицами также в два ряда. Единственный способ захоронения на Самтаврском могильнике в I–III вв. н. э. — трупоположение. В наиболее ранних сериях погребений все еще встречается архаический обряд погребений в скорченном положении, который, однако, постепенно сменяется вытянутой на спине позой. Погребения I–III вв. в основном индивидуальные, но засвидетельствованы и сопогребения двух и более покойников, а также случаи последовательного захоронения. Ориентировка костяков разнообразна, но преобладают все-таки лежащие головой на восток.

На основе анализа состава погребального инвентаря некоторые исследователи утверждают, что наиболее состоятельных представителей общества хоронили в каменных ящиках, особенно в ящиках с двускатным перекрытием, людей среднего достатка — в черепичных ящиках, а бедных и детей — в грунтовых ямах (Иващенко М.М., 1980, с. 219).

Абсолютное большинство погребений содержит погребальный инвентарь, однако засвидетельствованы случаи и безынвентарных, преимущественно детских (хотя в редких случаях и взрослых).

Инвентарь погребений I–III вв. на Самтаврском могильнике состоит из глиняных и стеклянных сосудов, изделий из металла (золото, серебро, бронза, железо), в том числе различных украшений (перстни с геммами, диадемы, серьги, браслеты, бусы, пуговки и бляшки, погребальные венки), принадлежностей одежды и туалета (поясной набор, фибулы и булавки, коноушки, бронзовые зеркала), сосудов и утвари (бронзовые ойнохои и патеры, серебряные кубки, тарелки, ложки и черпаки), каменных, пастовых и стеклянных бус, изделий из кости и раковин (принадлежности женского туалета), монет (парфянских драхм и римских денариев). Характерно почти полное отсутствие в погребениях боевого оружия и хозяйственных орудий (Иващенко М.М., 1980).

Синхронные могильники с аналогичным способом захоронений (грунтовые погребения, каменные ящики, «черепичные» и «кирпичные» погребения) засвидетельствованы во многих пунктах древней Иберии, но главным образом в долине р. Куры, где были расположены наиболее развитые городские центры. Обращает на себя внимание, что столь характерные для этого региона «черепичные» и «кирпичные» погребения пока что не зафиксированы в юго-восточных областях Иберии — в Триалети, где продолжают фиксировать захоронения в каменных ящиках или грунтовых ямах (Куфтин Б.А., 1941, с. 24–30).

Произведения искусства (табл. XLV–XLIX). Произведения монументальной скульптуры практически неизвестны в Иберии. Можно только отметить фрагменты каменного рельефа из Самадло (Гагошидзе Ю.М., 1979, с. 65), на котором, видимо, изображалась сцена конной охоты на горного барана. Хотя этот памятник и относится к эллинистической эпохе, все же стилистически он восходит к произведениям ахеменидского искусства.

Среди произведений монументального искусства первых веков н. э. особое внимание привлекают мозаики из Дзалиси. В бане (в холодном отделении) располагалась ванна с мозаичным полом (составленным из мелких разноцветных кубиков). Бордюр выведен двумя полосками (ширина 4,8 см), между которыми располагался растительный орнамент (цветы и стебли). В основном поле (сильно поврежденном) сохранились изображения рыбы, головы дельфина, удлиненной раковины. Мозаичным был пол и в раздевальне бани, где зафиксированы растительный и геометрический орнаменты. В соседнем — дворцовом — помещении находилось большое мозаичное панно (8,1×6 м). На мозаике изображены сидящие на троне Дионис и Ариадна, а также персонажи дионисийского круга, богатые растительный (с преобладанием виноградной лозы и плюща) и геометрический орнаменты, пояснительные надписи. А. Бохочадзе датирует этот комплекс II в. н. э.