Александр Никитин – Древнейшие государства Кавказа и Средней Азии (страница 15)

На протяжении III–II тысячелетий до н. э. в этом регионе одним из наиболее популярных видов оружия были бронзовые боевые топоры. В IX–VIII вв. до н. э. они полностью вышли из употребления и заменились железными, которые известны по находкам в Кармир-блуре (Есаян С.А., 1966, с. 40 и сл.).

Широко распространенным видом оружия являлись кинжалы. С начала II тысячелетия до конца VIII в. до н. э. наиболее популярными были кинжалы так называемого переднеазиатского типа. Самая характерная особенность кинжалов этого типа — рукояти, имеющие плоскую форму с выступающими бортами для закладки вкладышей (Есаян С.А., 1966, с. 70 и сл.). В начале I тысячелетия до н. э. появляется новый тип (с многочисленными вариантами), который обычно называется севанским И представляет собой небольшие цельноотлитые кинжалы с закругленным или заостренным клинком и язычком для насадки рукояти. В большинстве случаев на клинках сохраняется бронзовая ажурная обойма для закрепления деревянных рукоятей, завершающихся, как правило, ажурным навершием разнообразных форм, отлитым по восковой модели (Есаян С.А., 1966, с. 73 и сл.). Уже в IX–VIII вв. до н. э. кинжалы этого типа перестают делать из бронзы, их начинают изготовлять из железа (Есаян С.А., 1966, с. 76). В VII в. до н. э. появляется новый тип кинжалов, обычно называемый лалварским. Для них характерно очень большое разнообразие клинков, типология которых еще не разработана (Есаян С.А., 1966, с. 47).

Мечи начинают применяться в рассматриваемом регионе со второй половины II тысячелетия до н. э. Первые из найденных здесь мечей — импортные. Однако постепенно развивается и местное производство их. К исследуемому периоду относятся мечи нескольких типов. Возможно, что раннеурартским временем можно датировать железные мечи с бронзовой рукоятью, состоящей из четырехгранного стержня с вильчатым основанием и навершием с волютами. Дальнейшим развитием этого типа являются железные мечи с бронзовыми обоймами на рукояти, придающими им вильчатую форму (Есаян С.А., 1966, с. 83–85). Они были найдены при раскопках Кармир-блура (Пиотровский Б.Б., 1950, с. 30; 1955, с. 41). В конце II — начале I тысячелетия до н. э. распространились мечи так называемого закавказского типа — цельнолитые, железные (Есаян С.А., 1966, с. 88).

Луки урартов, насколько можно судить по изображениям на ассирийских рельефах, были большими и их носили не в горите, а прямо через плечо. Стрелы хранились в колчанах, изготовлявшихся из дерева, кожи или металла. Остатки деревянного колчана найдены при раскопках Кармир-блура (Пиотровский Б.Б., 1955, с. 38). Наиболее распространенными были металлические колчаны. Они представляли собой трубку длиной 65–70 см, изготовленную из согнутой бронзовой пластины, имеющей в сечении овальную форму (точнее — одна сторона полукруглая, а другая сходится под углом). По всей вероятности, часть колчана, соприкасавшаяся с телом воина, была кожаной. Колчан снабжен в верхней и нижней частях кольцами для закрепления ремней. В нем находилось примерно 30–35 стрел. Колчаны украшали полосами, внутреннее пространство которых заполнялось зигзагообразным или точечным орнаментом. При раскопках Кармир-блура было найдено 18 колчанов. Некоторые из них имеют надписи с именами урартских царей и украшены изображениями боевых колесниц и всадников (Пиотровский Б.Б., 1959, с. 167).

Наконечники стрел известны с III тысячелетия до н. э.; они изготовлялись из кости и камня (обсидиан и кремень). Каменные наконечники употреблялись и в урартское время, когда все оружие было уже металлическим. Они имели миндалевидную форму, острые ретушированные края и небольшой прямоугольный или округлый вырез в нижней части (Есаян С.А., 1966, с. 45). В урартское время употреблялись также и бронзовые стрелы, имеющие плоский листовидный наконечник с выступающими усиками и плоским или четырехгранным черенком. Такие наконечники стрел вырубали из металлических пластинок и дополнительно обрабатывали ковкой, после чего затачивали (Есаян С.А., 1966, с. 46). Известен еще один тип бронзовых стрел — плоские наконечники с четко выступающим плоским или округлым срединным ребром и с длинным черенком (Есаян С.А., 1966, с. 47). Чаще всего, однако, при раскопках встречаются стрелы так называемого скифского типа двух вариантов — двуперые и трехгранные. В Аринберде найдено большое число бронзовых стрел с трехгранными наконечниками ромбической формы без втулок, а также двуперых и трехгранных со втулками и срезанными перьями (Оганесян К.Л., 1961, с. 8), такие же стрелы встречены и в Кармир-блуре (Пиотровский Б.Б., 1950, с. 85; 1952, с. 9, 14, 16; 1955, с. 41; Есаян С.А., 1966, с. 48).

Оборонительный доспех урартов включал щит, шлем и панцирь. Для урартского времени характерны щиты ассирийских типов. При раскопках Кармир-блура было найдено около 20 однотипных щитов (диаметром 0,7–1 м); некоторые несут надписи, сообщающие об их принадлежности царям. Щиты изготовлялись из бронзы, имеют очень характерную форму — шляпы с полями. Средняя часть щита представляет собой конический выступ на низком барабане. С внутренней стороны барабана прикреплены три ручки. Крупная ручка помещена в верхней части, две меньшие — с боков. Малые ручки, по всей вероятности, соединялись ремнем, вдевавшимся на локоть, а большая ручка захватывалась кистью, что давало возможность свободно оперировать щитом. Некоторые из этих парадных щитов замечательно украшены (Есаян С.А., 1966, с. 94–95; Пиотровский Б.Б., 1959, с. 168).

Существовали щиты и другого типа. К сожалению, ни один из них не сохранился целиком, найдены только несколько умбонов из листовой бронзы, конической формы, нижний конец их слегка отогнут, и имеет многочисленные мелкие отверстия, через которые умбоны прибивались к щиту гвоздями. Высота умбонов около 15 см, диаметр 12–15 см. Эти щиты, видимо, были круглой формы, в центре их располагалась большая ручка. На некоторых умбонах читаются надписи урартских царей и имеются рельефные изображения (Пиотровский Б.Б., 1950, с. 24; 1952, с. 39, 63; Есаян С.А., 1966, с. 95–96).

Урартские шлемы очень близки ассирийским. Они известны благодаря многочисленным находкам в Кармир-блуре. Шлемы изготовлялись из бронзы, имели форму шишака (высота около 30 см, диаметр около 25 см), некоторые — с надписями урартских царей, они богато украшены (Пиотровский Б.Б., 1959, с. 167; Есаян С.А., 1966, с. 98).

Самые ранние панцири представляли собой кожаные или матерчатые рубахи с нашитыми на них бронзовыми бляхами. Такого рода доспех употреблялся и в урартское время, хотя уже широко распространились собственно панцири, появившиеся под влиянием ассирийцев (Есаян С.А., 1966, с. 101). Остатки таких панцирей найдены в Кармир-блуре (Пиотровский Б.Б., 1955, с. 30–36). Панцири составлялись из удлиненных бронзовых пластинок (с закругленным нижним краем), частично находивших друг на друга. Иногда пластинки украшали. Соединялись они ремнями (Пиотровский Б.Б., 1959, с. 167; Есаян С.А., 1966, с. 101–102). Помимо бронзовых, существовали и железные панцири, пластины от которых были найдены при раскопках Кармир-блура (Пиотровский Б.Б., 1955, с. 35–36).

Урартская армия состояла из пехоты, конницы, отрядов боевых колесниц. Об урартских колесницах можно судить исключительно на основании их изображений. По типу урартские колесницы очень близки позднеассирийским, только, видимо, были несколько легче. Они имели легкий кузов, сильно выгнутое вверх дышло и колеса, помещавшиеся у заднего края кузова. Колеса имели восемь спиц (иногда фигурных), массивные обода. Способ запряжки, применявшийся урартами (как это видно на изображениях), был близок ассирийскому. Ассирийская упряжь состояла из уздечки, кожаного ремня, охватывавшего шею лошади наподобие ошейника, и подпруги. Голову лошади обрамляли пышные надголовные украшения.

До нас дошло несколько экземпляров удил с бронзовыми изогнутыми псалиями, железной мундштучной частью, образующей одно целое с псалиями, И удила с напускными псалиями (Пиотровский Б.Б., 1959, с. 154–156).

Керамика. Урартская керамика весьма разнообразна по своим формам, технике изготовления, декору. К сожалению, она исследована еще не полностью: не выявлена хронологическая эволюция форм, недостаточно разработана типология. Имеется только одна специальная работа, посвященная керамике Эребуни (Ходжаш С.И., 1968), в силу чего изложение проблем урартской керамики в целом должно базироваться на этом в общем локальном исследовании.

Большая часть керамики Урарту изготовлялась на гончарном круге. Существующая типология ее базируется в основном на характере глины и ангоба, а не на формах сосудов. Выделяются следующие группы керамических сосудов: 1) красно лощеные ярко-вишневого цвета с хорошо отполированной поверхностью; 2) с орнаментом, нанесенным ангобом другого цвета, чем фон сосуда (двуцветная); 3) светло-красного и красновато-коричневого тонов, сплошь или частично покрытые ангобом; 4) с желтовато-кремовым ангобом, покрывающим всю поверхность; 5) из черной глины, покрытые ангобом того же цвета; 6) серые, лепные (Ходжаш С.И., 1968, с. 135).

1. Наиболее совершенными по технике исполнения являются сосуды первой группы. В изломе глина у них серая, хотя, по мнению исследователей, эта та же самая глина, которая покрывала всю поверхность сосуда (Lehmann-Haupt С.F., 1931, с. 578). Но глина, предназначенная для обмазки, подвергалась дополнительной обработке: ее предварительно обжигали, измельчали, разводили водой и затем этой массой покрывали сосуд. После обжига сосуд полировали. В такой технике изготовлялись блюдца с тонкими слегка отогнутыми наружу краями, чашки, вазы с высоким горлом, курильницы, фляги, сосуды с шарообразным туловом и невысоким цилиндрическим горлом с утолщенным краем. Сосуды этого типа подражали бронзовым, точно так же и фиалы (входящие в керамику этого типа) аналогичны бронзовым.