Александр Неверов – Последний тоннель (страница 90)

- Кто это?

- Это, эм... - замялся Веник. - Это хороший человек...

- Вот тут какое дело, - сказал он Дубровскому. - Тут, уже видите сами, выводить народ начинают. Вы можете помочь им. А мне идти надо.

- Куда это, если не секрет? - мягко поинтересовался бородач.

- На "Павелецкую" и дальше, до Диаметра. У меня там друзья где-то...

- Понятно. Если не против, то я тоже с тобой... прогуляюсь. Надо же и мне посмотреть на этот Диаметр.

Рашевский, удивленно слушающих их разговор, выглядел сбитым с толку.

Веник же не стал спорить:

- Если хотите, то пойдемте, - парень повернулся к советнику. - Он тоже со мной пойдет. Поможет.

- Хорошо, - пробормотал советник.

По его знаку, сопровождающие Дубровского сняли с того наручники. Бородач начал массировать ладони.

Показались Роман и Серафим.

- Вот и мы, - бодро сказал бывший ангел. - Ну что, двинулись?

- Идем, - задумчиво кивнул Рашевский, он сделал шаг и в этот момент, со стороны правой платформы раздался крик:

- Человек!!! Человек убился!!!

Оказавшиеся рядом люди бросились на крик. Средин них Роман и его парни. Серафим устремился за ними следом. Рашевский, поколебавшись секунду, быстрыми шагами направился туда же, оставив Веника и Дубровского одних.

- Вот такие дела, - сказал странному знакомцу Веник. - Как видите, тут уже все в самом разгаре.

- Конечно, я рад за них, - согласно кивнул тот. - Тут у них сейчас эйфория, но боюсь, что наверху, чтобы выжить, им придется сильно постараться.

- Слушайте, а вам-то, зачем со мной? Я, может, и не вернусь уже. Остались бы тут, помогли им...

Дубровский показал часы на руке и постучал по стеклу:

- Я уже двенадцать лишних часов живу. Мне, признаться, уже все равно куда. А так, хоть напоследок посмотрю, как там, в Метро, люди жили. Побываю на Диаметре. Одним словом, прогуляюсь и посмотрю там все, так сказать, в натуре.

- Как хотите...

Появился озадаченный советник:

- Это Суханов, - сказал он, внимательно глядя на парня. - Упал с платформы и прямо виском об рельс, да насмерть. Странно...

Парень никак не отреагировал. Фамилия ничего ему не сказала.

Тогда советник пояснил:

- Это тот самый, который против тебя сейчас выступал.

Рашевский пристально посмотрел на Веника.

- В каком смысле, выступал? - не понял тот, и вдруг до него дошло. - Это который с длинным носом?

- Да.

Парень хмыкнул. Подошли Серафим и Роман с парнями.

Советник продолжал внимательно смотреть на Веника..

- Вы что? - удивился парень. - Думаете, это я его сбросил туда?

- Да нет, конечно! Идем!

Советник, наклонив голову, направился к противоположному концу станции.

- Мне бы оружие вернуть, - мягко сказал ему Дубровский.

- Вернем, - отмахнулся Рашевский. - Все получите на "Таганской", я распоряжусь. А тут пока не надо... народ будоражить.

Они миновали оцепление возле лестниц. Каждый человек в цепочке держал в руках автомат или карабин.

"- Не доверяют нам, - безразлично думал Веник. - Хотя, какая разница? Выбраться бы отсюда и дело с концом".

Только сейчас, он явственно ощутил, что, скорее всего, идет в один конец и уже не вернется. Однако жалости к себе почему-то не было. Не было жалости и к длинноносому.

"- Надо потом у Серафима спросить, не знает ли тот, почему этот болван так удачно с платформы упал?" - подумал он.

Пробираясь сквозь толпу людей, Веник смотрел по сторонам на знакомые стены и своды станции.

"- А ведь я когда-то считал эту станцию своим домом, - думал он. - Ведь и не так давно это было. Лазарет, Илона и прочее. Эх..."

В конце станции, возле входа в тоннель, дежурил усиленный пост из четырех вооруженных мужиков. Здесь Рашевский простился с Веником, заверив, что на "Свободе" их встретят, проведут куда надо и все будет в лучшем виде.

Миновав пост, трое товарищей и четверо их сопровождающих, больше похожих на конвоиров, вошли в тоннель.

Путь по тоннелю к "Свободе" оказался странным. Роман и его парни двигались нарочито медленно, ссылаясь на сильную усталость. Через короткое время они устроили перерыв.

На втором таком привале Дубровский отозвал Веника в сторону и тихо сказал:

- Не кажется ли тебе, что наши друзья что-то задумывают?

Парень кивнул:

- Вероятно. Но я прошу вас. Не надо ничего предпринимать. С Альянсом воевать, это уже слишком. Думаю, на станции все выяснится.

Дубровский согласно, без всяких эмоций, кивнул.

Скорее всего, Серафим тоже что-то почувствовал, но виду не подал. Он оживленно общался с конвоирами, рассказывал разные истории и анекдоты, по всей видимости втираясь к парням в доверие.

Как бы не медлили их "сопровождающие", в конце-концов в конце тоннеля показался свет.

"Свобода", бывшая "Маркистская", - понял Веник, глядя на светлое пятно впереди.

Станция оказалась слабо, но освещена электрическим светом.

Их уже ждали. Пятеро вооруженных мужиков и их командир, который представился Ефимом. Он всем крепко пожал руки.

- Все в порядке! Рашевский звонил, так что у нас тут все уже на мази! Я знаю, куда вы идете, - он многозначительно посмотрел на Веника. - Так что проблем никаких нет. Но у нас тут народу полно, да и на "Таганских" чужого народу полно. Немного подождите тут, а мы сейчас все устроим!

Веник теперь уже точно уверился, что альянсовцы тянут время. Но зачем? Ответа пока не было и парень начал немного нервничать. Однако, предпринимать что-то совершенно не хотелось. Прорываться с боем к "Павелецкой", это вообще, полный идиотизм будет, думал он.

Веник присел на корточки рядом с одной из розовых колонн станции. Тут же, рядом оказался Серафим.

- Ну, что думаешь? - поинтересовался тот.

- Тянут время, - сказал Веник. - Будем ждать.

Бывший ангел соглашаясь кивнул.

Дубровский сделал несколько шагов в центральный зал и стоял там, широко расставив ноги, наблюдая за жизнью станцией.

Как и на других станциях Альянса, здесь также царило оживление. Все куда-то спешили с умными и целеустремленными лицами. Неподалеку стояла кучка женщин, которым объясняли, что они сейчас пешком отправятся на другую станцию.

Минут через десять послышалось слабый гул.