Александр Неверов – Последний остров (страница 34)

— Вот! Вот так я буду купаться!

Он подошел к ванной, и они стояли, глядя как вода наполняет неясно как подсвеченную ванну. Агей наклонился и потрогал рукой воду. Теплая. Сам он ни разу в жизни не купался в ванной. В школе он мылся только в душевой.

— Хочешь, купайся первым! — предложил товарищ.

Тот только руками замахал смущенно:

— Да ты чего, Коляныч! Ну его…

— Как хочешь! А я с удовольствием!

Агей повернулся и быстрым шагом покинул ванную комнату. Оказавшись в спальне, он посмотрел на широкую кровать, и в голову ему пришла мысль «а где я спать-то буду?» Сама мысль о том, чтобы лечь на кровати Великого Хранителя, казалась ему кощунственной. Он и так считал себя почти преступником, находясь здесь.

«Пусть Коляныч тут спит, если ему охота. Но мне где спать?»

Он решил задать этот вопрос товарищу и приоткрыл дверь в ванную комнату, заметив, как голый товарищ залезает в ванну. Кажется, тот что-то крикнул ему, но Агей в смущении закрыл дверь.

«Пусть поплескается, — подумал он. — А как выйдет, спрошу».

От нечего делать парень приблизился к окну и посмотрел на вечерний океан и бухту. Потом вышел из комнаты и подошел к окнам, выходящим на площадь. Внизу ни души, а в домах ни единого огонька. Отвернувшись от окна, парень посмотрел на винтовую лестницу и от нечего делать, решил подышать перед сном свежим воздухом.

Поднявшись на крышу, Агей осмотрелся. Вечер подошел к концу. Небо потемнело, и только на западе виднелась узкая полоска светлого неба.

Парень походил немного вдоль парапета, глядя вниз, на причалы и на спокойный океан. Затем он перешел к противоположной части крыши и посмотрел на город. Рядом стояли высокие дома центральной части. Они поднимались по склону вверх. Затем, еще выше по склону, их сменили особняки и коттеджи богатых островитян. Эти дома почти не видны среди больших и раскидистых деревьев, которые густо покрывали верхнюю часть холма. А на самой вершине высилась Запретная Башня.

В голове Агея крутились разные мысли. Хотелось верить, что нет на свете никаких пиратов. Но разум подсказывал, что все будет именно так, как говорил Коляныч. Пираты вернутся, и остров окажется в их полной власти. От этих мыслей просто выть хотелось.

Парень стоял, облокотившись на парапет, и смотрел на тихий город. Дома стояли в темноте с понурым видом, словно смирившись с предстоящей участью. Через несколько дней Остров Знаний должен будет превратиться в Остров Пиратов. Сердце разрывалось от мысли, что все эти дорогие сердцу места теперь будут принадлежать кровавым убийцам.

Парень долго стоял у парапета, глядя вниз, на пустую улицу. В себя его привел окрик Коляныча, который стоял в стеклянном домике. Идя к нему Агей только сейчас заметил, что вокруг почти стемнело.

— Я тебя по всем комнатам искал, — сварливо заметил товарищ, одетый в красивый красно-розовый халат с капюшоном. — Пойдем.

Агей подумал, что тот покажет ему место ночлега, но товарищ привел его в ванную комнату. Теперь тут светил слабый желтоватый свет, а сама ванна светилась золотистым светом.

— Вот, — показал Коляныч на ванную. — Я ее даже ополоснул и новой воды накачал. Иди, мойся. Вон, на полу халат, полотенца и мыло.

— Да ну, Коляныч, — фыркнул Агей. — Ты придумаешь тоже.

— Иди! — с нажимом сказал товарищ. — Потом жалеть будешь.

— Да я… как-нибудь потом…

— Потом не будет, — усмехнулся бывший раб. — Завтра, перед отплытием, я тут ремонт проведу.

— В смысле?

— В смысле, что найду кувалду и хорошо здесь поработаю. Негоже такую красоту нетронутой капитану оставлять. Обойдется и без ванной.

Сильно удивленный Агей не знал, что и сказать.

— Давай, купайся! — с этими словами товарищ покинул комнату.

Не без колебаний, парень подошел к ванной и потрогал воду. Теплая. Эх, была не была! Быстро скинув одежду, Агей остался голым, переступил через бортик и уселся в огромную ванную, погрузившись в воду. Раскинув руку в стороны, он положил голову на бортик и вытянул ноги.

Кайф!

Сердце вдруг сильно застучало от волнения. Несмотря на всю неприязнь к властям острова и лично к Великому Хранителю, Агей по-прежнему чувствовал себя так, словно он совершает святотатство. Купаться в собственной ванне главы острова! Правильно сказал Коляныч, от такого с ума сойти можно!

Понежившись немного в воде, парень перегнулся через бортик и увидел, что кроме халата и полотенца, товарищ положил на пол сразу несколько мочалок и три куска мыла. Взяв одно мыло, Агей в который раз удивился. Сроду он такого душистого мыла в руках не держал и даже не представлял, что на острове делают такое! Словно во сне, парень помылся, потом вылез из ванной, вытерся, и, облачившись в желтый халат, вышел из комнаты.

В спальне царил уютный полумрак. Свет давали несколько светильников рядом с кроватью, которые освещали постель. Агей увидел, что Коляныч в красно-розовом халате лежит на кровати в вольготной позе и листает какую-то книгу. Свой дробовик тот положил на тумбочку рядом с кроватью.

— Ну что, помылся? — усмехнулся бывший раб, увидев Агея.

— Слушай, Коляныч, а мне-то где спать?

Товарищ фыркнул.

— Где-где? На первом этаже, у входных дверей, на коврике! Да шучу я! Тут ложись, где же еще? Заходи с той стороны. Тут места на десятерых хватит.

Агей обошел кровать, разделся и лег на тончайшую простыню, накрывшись легким покрывалом. Никогда раньше он не лежал на шелковых простынях. Ощущения были странные. К тому же, он мог видеть свое отражение в зеркале над кроватью.

— Ну вот, — говорил со своей стороны Коляныч. — Хоть раз в жизни поспишь, как человек, а не как…

Он замолчал и Агей закрыл глаза.

«Как странно, — думал он. — Что за день? Еще утром я сидел в одной из палат Лабораторий, а теперь кажется, что все это было много дней назад. Словно в прошлой жизни. А теперь я здесь, в кровати Главы Острова. Где теперь этот бедолага?»

Ему даже стало жалко Великого Хранителя.

— Знаешь, о чем я думаю? — подал голос Коляныч. — Я вот думаю, какие сны тут снятся: обычные или возвышенные?

Он хохотнул. Агей тоже усмехнулся.

— А ты о чем думаешь? — не отставал новый товарищ.

— Думаю о Хранителе. Где он теперь? — просто ответил парень.

Коляныч беспечно засмеялся.

— Мне это тоже интересно. Где-нибудь в трюме, на грязных подстилках. Это в лучшем случае. Не скоро ему придется на шелковых простынях спать. Ты чего молчишь? Спишь, что ли?

— Сплю, — сонным голосом ответил парень.

— Ну, тогда я выключаю свет, — Коляныч чем-то щелкнул, и комната погрузилась в темноту. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — ответил Агей и сразу уснул.

Глава 11

Мы тут не одни

Агей проснулся. Сон ушел, но парень еще не открыл глаза.

«Какой странный сон, — подумал он. — И приснится же такое. Пираты, пустой город, яхта хранителя, ресторан и прочий бред. Надо рассказать парням».

Он открыл глаза и не понял, где находится. Комната в школьном общежитии сменилась роскошной спальней Хранителя. У Агея сперло дыхание от ужаса. Так это был не сон! Всё это на самом деле!!!

Парень рывком сел на кровати. На потолке что-то шевельнулось, посмотрев туда, Агей чуть не вскрикнул, но тут же узнал самого себя, отражающегося на зеркальном потолке.

— Фух! — сказал он вслух и осмотрелся.

Уже утро. Красивая комната наполнена тусклым утренним светом, идущим из окна. Взгляд упал на большие настенные часы на противоположной стене. Почти семь утра.

Агей вспомнил про Коляныча и повернул голову. На другой стороне кровати никого. Только смятые простыни. Не было и дробовика на столике.

Парень снова лег на подушку. Признаться, сон на такой роскошной кровати не слишком его впечатлил. Ничего особенного.

Агей опустил ноги с кровати и наступил на кучу материи. Немного удивленный парень увидел, что рядом с кроватью навалена целая куча одежды. Чего тут только не было: трусы, майки, штаны, рубашки, панталоны.

Вчера вечером этой кучи тут не было и, не думая долго, парень сообразил, что Коляныч принес эти вещи, чтобы он, Агей, мог выбрать себе одежду.

Надевая шелковистые трусы из зеленого материала, парень ощутил неловкость. Разгребая кучу, он нашел белую майку, и взгляд его упал на красивую рубашку, но у Агея словно возник внутренний ступор. Он просто физически не мог взять и одеть чужую вещь. Одно дело вчера, в больнице, ограбить кабинет доктора Гордея. То была экстремальная ситуация, а тут… Не зная, что делать, Агей стоял и тупо смотрел на кучу одежды возле его ног.

Открылась дверь комнаты и в комнату вступил… Агей даже сразу и не узнал его. Бывший раб оделся в красивые бархатные штаны, светло-серую рубашку и в темно-серый короткий легкий камзол. В такой одежде ходили хранители и другая, высшая элита острова. Надо сказать, эта одежда оказалась Колянычу весьма к лицу.

Товарищ подошел с улыбкой на лице:

— Спроси меня, Агей, сколько сейчас времени?