Александр Неверов – Огни мёртвого города (страница 4)
Настроение стало ещё хуже. Явно этот большой дрон не принадлежит каким-либо частным лицам, а это или армия, или спецслужбы, или еще хрен знает что. Почему то сразу пришла мысль, что это не наш, не российский аппарат. И кто знает, с какими целями он тут летает…
Отвернувшись, Костя медленным шагом двинулся прочь от берега. Почти дойдя до тоннеля под насыпью, он обернулся и увидел, что дебил уже догоняет его, неся вёдра с водой. Машинально ускорив шаг, Костя тут же остановился. Не хотелось бегать от идиота.
Сам не зная зачем, он повернул в правую сторону от тоннеля и начал подниматься по насыпи, сильно заросшей сорной травой. Поднявшись наверх, он оказался на узкой автомобильной дорожке, тянущейся вдоль двухпутной железной дороги, которая связывала центр Волгограда с югом города.
В обеих сторонах на рельсах пусто, и парень подумал, что здесь вероятно поезда со вчерашнего дня не ходят.
Позади его окликнули. Обернувшись, парень увидел, что идиот, стоящий внизу, возле входа в тоннель, что-то неразборчиво ему кричит. Видимо, ругательства. Дебил поставил вёдра на землю, и, не смущаясь проходивших к берегу двух женщин с пустыми пластиковыми бутылями, нагнулся и похлопал себя по заднице в сторону Кости. Тот, вздохнул, показал идиоту средний палец, и, не слушая дальнейших воплей, отошел от склона и двинулся вдоль путей к югу.
Впереди, всего в нескольких десятках метров, находилась станция «имени Николая Руднева». Простой остановочный пункт электрички, состоящий из двух бетонных платформ, вытянувшихся по обе стороны от двух железнодорожных путей. В дальнем конце правой платформы виднелась одноэтажная бетонная будка. На этой платформе стояли три человека, и Костя направился к ним.
Перейдя пути и поднявшись на плиты платформы, он разглядел стоящих типов. Тут тусовались трое — старик к фуфайке и грубых штанах, а также молодой по виду парень, но с испитым лицом профессионального алкаша. Одет он был в черный спортивный костюм. Немного поодаль от них, облокотившись на металлические перила, ограждающие платформу, стоял высокий худой мужик в темно-зеленой штормовке. По виду, типичный волжский браконьер.
Подойдя к этим явно уголовным типам, парень завел с ними разговор. Урки сперва смотрели настороженно, но когда Костя рассказал об эвакуации, то те немного расслабились и разговорились.
— Да знаем мы про эту эвакуацию, — хмыкнул спортсмен-алкоголик. — Знаем.
— Ну и что думаете делать?
— А ты с какой целью интересуешься? — подозрительно прищурился старый урка, и Костя заметил на его руках татуированные «перстни» на пальцах. Татуировки наличествовали и на руках спортсмена.
Костя решил прикинуться простачком, дабы узнать хоть что-нибудь нового о ситуации. Кто знает, вдруг эти типы знают что-то важное.
— Ну как почему? — развел руками он. — Там, вон, эвакуация. Садится ведь в автобусы народ. Не все, конечно… А тут, вон, за водой народ идет. Значит, они отсиживаться будут. И что делать — хрен его знает! А вы тут всё-таки стоите. Тут же народ ходит, может, они говорят чего? Что вообще происходит? Почему всё это?
«Спортсмен» хмыкнул.
— Это называется, просрали мы свою страну, — криво усмехнулся дед-уголовник. — Не мы, конечно, а они там…
— Ты про китайцев слышал? — подал голос, стоящий в стороне, браконьер.
— Каких китайцев? — не понял Костя.
Все трое сразу ощерились.
— Китайцы, — с нажимом заговорил спортсмен. — Вчера еще днем десант с самолетов выбросили на севере. Завод «Баррикады» бомбили. Слышал про это?
На сей раз усмехнулся Костя:
— Не… Я серьезно вам говорю…
— А мы тебе что? — ухмыльнулся «спортсмен».
— Нам не веришь, у людей спроси, — сказал старый урка.
Он показал рукой на край платформы, откуда пришел парень. Там, со стороны центра, по дорожке вдоль путей, шли три мужичка средних лет.
— Вон, — ухмыльнулся беззубым ртом старик. — У них вот спроси.
Идущие мужички сперва хотели было подняться на их платформу, но заметив, что на них указывают, почему-то не стали подниматься, а двинулись к противоположной платформе.
Костя понимал, что его разыгрывают и делают из него клоуна, но решил подыграть этим уркам. Может хоть какую-то информацию удастся у идущих мужиков узнать.
Подождав, пока бредущие по шпалам мужики подойдут ближе, он повысил голос и спросил:
— Эй! Уважаемые! Что там слышно про китайцев?
Он ожидал, что сейчас рядом последует взрыв смеха, но трое типов рядом молчали, глядя заинтересованными взглядами на приближающихся мужиков.
Те же, сразу остановились и откликнулись.
— Китайцы на месте. На Тракторном сидят. Мы как раз оттуда. У них там свой сектор. Народ выпускают, а назад не впускают.
— А вы как пришли? — спросил старик.
— Так мы по рельсам, а они только на дорогах посты выставили. На Проспекте и на Ополченской.
Костя вспомнил, что улица Ополченская, это называние участка «Второй Продольной» в северных районах.
— А еще, что там нового? — подал голос браконьер.
— Да ничего. В центре эвакуация. Народ насильно сгоняют. Говорят, на своих машинах никого за город не выпускают — только автобусами. Куда-то за Городище вывозят.
Костя задумчиво почесал подбородок. Городищем назывался пригород Волгограда, находившийся на московской трассе к северо-западу от города.
Видя, что вопросов к ним больше нет, мужички на рельсах поднялись на противоположную платформу и быстрым шагом двинулись дальше на юг.
— Ну, что, убедился? — хмыкнул «спортсмен».
— Так это чего? — пробормотал Костя. — Война что ли?
— Ну да, война, размечтался! — нехорошо улыбнулся браконьер. — Война, это когда воюют. А у нас кто будет воевать? Вот ты, за этих мудаков пойдешь воевать?
Костя понял, что тот имеет в виду руководство страны.
— Нет, конечно, — искренне вырвалось у парня.
— Ну вот. Пускай эти мудаки воюют, — браконьер кивнул в сторону берега Волги выше по течению, где находились коттеджные поселки богатых граждан.
— Так, а нам-то, что делать-то? — спросил Костя.
— А ты подумай, — ощерился «спортсмен». — Вот, сядь тут, посиди и подумай.
— Кстати, — старик взглянул на своих спутников. — Долго мы тут торчать будем?
Не сговариваясь и не прощаясь, они медленным шагом двинулись по платформе в южную сторону, оставив парня одного.
Тот некоторое время смотрел им в спины, а затем тоже пошел прочь, но уже в другую сторону, назад, на насыпь.
В голове у него словно вихри гуляли… Парень не мог ни на чем сосредоточиться. Эти китайцы просто выбивали почву из-под ног. Как они тут? Откуда?
И ведь, самое страшное, не похоже было, чтобы урки на платформе и испуганные мужички сговорились. Вот, что страшно!
Наконец, в голове высветилась одна дельная мысль: надо ещё поспрашивать, уточнить!
Конечно, лучше бы выйти на «Вторую продольную». Там, наверняка, люди табунами идут в обоих направлениях. Наверняка, там слышали о напавших китайцах, если те и взаправду существуют…
Но сейчас парень был слишком взволнован и решил расспросить людей здесь, тем более, что на дорожке, тянущейся вдоль рельсов справа, виднелись люди, ищущие со стороны центра города. Парень двинулся им навстречу.
Вот идут две пожилые нерусские тетки. Костя сунулся было к ним, то те так от него шуганулись, словно он был, по крайней мере, маньяком с ножом.
Потом показались каких-то три лысых крепких парня в спортивной одежде. У каждого большая сумка в руках. Выглядели эти ребята очень серьёзными, и Костя решил не лезть к ним.
Затем появился одинокий молодой парень, похожий на студента. Когда Костя обратился к нему, этот студент ажнак подпрыгнул:
— Не знаю, ничего не слышал, — испуганно замычал он и ускорил шаг.
«Сколько же идиотов на белом свете», — только и подумал Костя, глядя ему вслед.
Еще через несколько минут, появился коротышка средних лет. Этот оказался нормальным и даже более того, любителем поговорить. Он остановился и подробно рассказал, что видел-слышал.
— Да, — говорил он. — Китайцы в городе. Еще вчера днем завод «Баррикады» бомбили.
— Но как это? — не удержался и воскликнул Костя.
— Я не знаю, — пожал плечами коротышка. — Одни говорят, что якобы натовские штурмовики бомбили завод. А китайские истребители им мешали. Говорят, один самолет, вроде бы китайский, сбили даже. Кстати, там болтают даже, что это не натовцы были, а наши это были. Хотели разбомбить завод, дабы никому он не достался.
— Вот как? — выдохнул Костя.