Александр Неверов – Огни мёртвого города (страница 34)

«А может ну этого Митю и ну этого Геннадия с Олегычем? — деловито подумал он. — Что, если рвануть сейчас по железной дороге на север, к дяде Юре?»

Поразмыслив немного, Костя с досадой констатировал, что его стремление к дяде, довольно сильно устарело.

«Нет, — досадливо морщась, думал парень. — Дядя Юра — это не то, что я. Он там зря сидеть столько дней не будет. Два дня назад, когда я шёл по этим рельсам — тогда ещё вероятность была ну очень высокая, застать его дома. А сейчас, когда такие дела в городе творятся… Тут вроде более-менее тихо, но кто знает, что на севере города делается? По слухам, в северных районах настоящие бои между партизанами и китайцами идут. Кто знает, что там, на улицах, творится?.. Нет! Надо как-то самому выкручиваться!»

Повернув голову и посмотрев на напарника-босса, Костя увидел, что тот сидит и смотрит на него с дурацкой улыбкой.

«Дебилушка, — лениво подумал парень, отворачиваясь. — Ну, ничего, понаблюдаю за ним. Скорее всего, он, и правда, шизик конченный. Сейчас сходим, возьмём, что надо, и я выложу Олегычу про него отчет. Потом ещё дело какое-то крупное и хорошо бы с Олегычем и Геннадием убраться из города».

Конечно, Костя понимал, что эти Олегыч с Геннадием вполне могут расплатиться пулей в затылок, но альтернативных вариантов пока не имелось.

«Эх! — с досадой подумал он. — Был бы сейчас напарник толковый, то можно было бы посоветоваться, серьёзно обсудить ситуацию. А то и взять сейчас в квартире бабки и свалить вдвоём из города. Но что тут обсудишь с этим сталкером?»

Взглянув на напарника, Костя все-таки решился и спросил:

— Слушай, Митя, а что там слышно про выход из города? Ну… Там… До Ростова трудно добраться?

— А тебе зачем это знать, сталкер? — ухмыльнулся Митя.

— Ну, вообще… Сколько денег надо, чтобы в Ростов попасть? И вообще, реально это?

— Сталкер, — ворчливо откликнулся напарник. — Пойми ты! Весь мир теперь — это Зона, а мы в ней сталкеры. Только те, кто познал Зону и выживут, а остальные сдохнут. Понятно тебе?

— Понятно, — кивнул Костя.

Ему и правда, стало понятно, что никакой серьёзный разговор с этим шизиком не возможен.

«Ладно, — решил он. — Буду пока ориентироваться на Олегыча — делать, что он велит. Жалко от дяди Юры отказываться, но и правда, вероятность, что он сейчас на месте — околонулевая. Буду держаться Геннадия с Олегычем…»

Минут через десять послышался тихий гул. Шел он с левой стороны, с улицы, ведущей к Волге. Именно оттуда тогда ехала колонна автобусов.

— Ложись! — тихо вскрикнул Митя.

Ходоки залегли на щебенке между железнодорожными путями.

Через несколько секунд Костя понял — едет машина. И не маленькая.

Шум доносился с левой стороны, от центра города. Явно машина не поехала, как колонна, под мост, а повернула в их сторону.

Парень напрягся в испуге. В голове мелькнуло, что если машина остановится напротив них, то надо резко бежать на другую сторону и далее, за трамвайную линию.

Вот шум приблизился, машина проехала вдоль насыпи, шум удалялся.

Митя поднял голову, Костя, перевел дух, и тоже выглянул, и тут же рука товарища пригнула его голову вниз, но парень успел заметить как на перекрестке справа, между крайней правой пятиэтажкой и электроподстанцией, по улице в сторону Волги поехал белый броневик. Вроде бы шестиколесный. В глаза бросилась большая белая надпись на борту — UN. Сверху торчали то ли мигалки, то ли синие каски.

— Это миротворцы? — спросил Костя.

— Дураки это, — презрительно бросил Митя.

Он быстро поднялся на ноги и, не отряхиваясь, двинулся вперед. Костя поспешил следом.

С противоположной стороны насыпи, её склон выложен квадратными бетонными плитами. Спустившись по ним, ходоки перебежали трехполосную асфальтовую дорогу, прошли мимо стальной высоковольтной опоры и вошли во двор, пройдя в проём между правой и центральной пятиэтажками.

Во дворе, впереди и левее, Костя увидел детский садик — двухэтажное здание, обложенное серыми блоками, стоявшее в середине довольно большого дворика, окруженного стальным забором. Митя направился было прямо, по дорожке вдоль правой стороны садика, но дойдя до угла забора, вдруг замер, посмотрев на Костю странным взглядом.

— Смотри, сталкер, — показал он вперед.

Глядя туда, Костя не заметил ничего странного. Справа от садика, торцом к нему, виднелись две пятиэтажки. Здания стояли параллельно, одно за другим. Торцами они смотрели на садик, а другие их концы выходили на ту улицу, по которой к Волге уехал броневик. Расстояние между зданиями — метров тридцать. Между их торцами и оградой садика не было автодороги. Просто небольшое пространство в десяток метров. Там виднелась тропинка. На территории садика росли деревья. Снаружи ограды — пусто. Костя заметил, что за виднеющимся впереди дальним углом садика стоят несколько бетонных гаражей. Одним словом — ничего страшного.

— И чего? — не понял Костя.

— Зона не такая простая, сталкер, — светясь от удовольствия, говорил Митя. — Вроде бы путь открыт, а знаешь, сколько сталкеров так себе головы свернули? Нет, сталкер, я тут не пойду. Я Зону понимаю и чувствую — ловушка там. Лучше обойти, чтобы в какую дрянь не вляпаться.

Он двинулся вдоль ограды детского садика в левую сторону, по всей видимости, намереваясь сделать крюк, обойдя «плохое место».

Костя не сомневался, что этот болван сейчас процитировал очередную фразу из «Пикника на обочине» и просто ради хохмы не пошел по кратчайшему пути.

Не пререкаясь, парень двинулся следом.

«С одной стороны, — размышлял он, — этот Митя тот ещё идиот, помешанный на „Пикнике на обочине“. Но с другой… Вон он как отреагировал на вертолёт. Плюс броневик этот. Явно он знал, что машина появится, поэтому и ждал. Всё-таки непонятно, что это за хрен? С одной стороны дурак дураком, а с другой… Кто знает, может он и правда „ходок от бога“. В обычное время жил себе, как простой неудачник, а сейчас, когда кризис, то он в этих опасностях, как рыба в воде, так что даже такие серьёзные мужики, как Олегыч, диву даются!»

Митя же впереди не шёл, словно парил над землей, изредка оглядываясь и одаривая Костю глупой улыбкой.

«Нет, — решил Костя. — Мы ещё ведь, считай, в начале пути только. Как сделаем дело, вернёмся, тогда я и буду выводы на счет этого сталкера делать. А пока, буду наблюдать, и собирать информацию. В конце концов, у него оружия нет, поэтому на обратном пути можно забрать себе баблишко, „сделать ручкой“ этому дурику и двинуть по железной дороге на север, к дяде Юре, или же в другую сторону — на Ростов».

Между тем они дошли до второго угла детского садика, миновали его, повернув в сторону Волги. Костя, осматривая двор, не заметил ничего подозрительного. Обычный жилой двор: мусорка, несколько детских горок, песочницы, брошенные машины да деревья. Возле одного из подъездов лежат два трупа, словно мешки, но парень уже привык и спокойно скользнул по ним взглядом.

С левой стороны и впереди, этот двор ограничивали две длинные пятиэтажки, смыкающиеся в дальнем левом углу двора буквой Г. Костя разглядел, что на их стыке находится арка, ведущая к левой дороге. Еще одна арка для машин находилась в середине дома слева, что протянулся в двадцати метрах от ограды детского садика, вдоль которой сейчас шли ходоки.

Достигнув очередного, третьего, угла садика, Костя увидел, что впереди справа, возле последнего угла садика, стоят виденные им ранее гаражи. Они протянулись от угла садика к кирпичной трансформаторной будке. Прямо за ними, на той стороне, проходила тропинка, по которой не захотел идти Митя.

Осматриваясь, Костя отметил, что все гаражи стояли между оградой садика и будкой, но по другую её сторону притулился еще один небольшой гараж, рядом с которым проходит дорога для машин, идущая вдоль пятиэтажки.

На этой стороне двора тропинка шла сперва вдоль садика, а затем поворачивала в левую сторону, наискосок, прямиком к гаражу за будкой и выводила со двора.

Миновав несколько старых стальных детских горок для катания, ходоки двинулись по этой тропинке.

Неожиданно Костя услышал впереди какой-то шум. Парень ещё не понял, что это, как увидел, как из-за крайнего левого гаража, из-за электробудки, на тропинку выбегает собака. Потом ещё одна. И ещё. Все разных пород и размеров.

— Митя! — вырвалось у Кости.

— Не бойся!

Напарник обернулся и посмотрел на него. По виду ходока было видно, что ему понравился испуг Кости.

— Запомни! Ни одна нормальная собака человека не тронет!

Пока он сообщал это наставительным тоном, на тропинке показывались всё новые собаки, которые бежали к ним. Костя только обратил внимание, как целеустремленно они бегут. Сам не понимая своего страха, он не выдержал и рванул назад. Рядом только две стальные детские горки. Парень устремился к ближайшей.

Обернувшись на ходу, он увидел, как Митя наклоняется к первой собаке и протягивает руку, чтобы погладить ее. В следующий момент, собака, словно мохнатый шар прыгнула и вцепилась ему то ли в горло, то ли прямо в лицо напарника. Еще несколько подбежали и тоже прыгнули, сбив мужичка с ног.

Костя, сам не помня как, взлетел на горку и замер наверху, сидя на корточках и схватившись за маленькие закругленные поручни. В каких-то десяти метрах от него, на земле, собаки рвали товарища. Митя сидел, раскорячившись, растопырив руки, в которые вцепились несколько псов. Балбес верещал на удивление тихим голосом. Собаки же рычали и от этих звуков Костя просто оцепенел.