Александр Неверов – Огни мёртвого города (страница 10)

— Да пошел он, — согласно хмыкнул узколобый. — Я сейчас и за пятьдесят тысяч никуда не пойду.

— Вообще-то, — рассудительно заметил толстячок. — Пять тысяч за часовую работу — это шикарно. Но вопрос в том, что с этими деньгами будет дальше? Сдается мне, скоро наши рублики в фантики превратятся.

— Если уже не превратились, — подал голос мужик с чемоданом.

— Ну да, — кивнул узколобый. — Если бы он мне баксов триста предложил, я бы ещё подумал, а так…

Начались разговоры, в которых обсуждались перспективы национальной валюты. Костя помалкивал и особо не прислушивался, решив зря не портить себе настроение. Главное, думал он, добраться поскорее до дяди Юры. А там видно будет. С таким вожаком, как дядя Юра и деньги не нужны. С ним и без валюты не пропадешь…

Опять стало досадно, что он не додумался до этих мыслей вчера. Если бы к обеду сообразил, что дело дрянь, то ещё вчера, до темноты, вполне мог бы добраться до дяди.

Глава 6,

в которой герой понимает, что поезд дальше не идёт

Миновали еще одну примитивную станцию-платформу — «Завод им. Петрова». Коттеджи справа сменились зданиями промзоны. Железную дорогу изредка пересекали переезды. С обеих сторон к железной дороге подходили рельсы-ответвления.

Через километр, автодорога, по которой шагали путники, ушла в правую сторону, к Волге, и путники двинулись прямо по шпалам. Тут начиналась товарная станция. На путях стояли вагоны-цистерны.

Шагая по шпалам, Костя вдруг заметил впереди людей. От этого зрелища он оцепенел. Незнакомцев было трое, и виднелись они в левой стороне, прямо на рельсах соседнего пути. Один мужик лет тридцати, стоял сутулясь, и с угрюмым видом смотрел на приближающихся путников. За его спиной, прямо на рельсе сидел молодой парень с дебильным лицом, который ёжился и держал руки у лица, словно ему было холодно. Рядом с ним, на коленях сидел еще один непонятный тип, который копошился в черной сумке с надписью: РОССИЯ.

Тут же, на шпалах, лежал владелец этой сумки. Уже знакомый путникам седой мужичок в черном спортивном костюме, который так торопился…

Судя по пятнам крови на его волосах и шпалах, ему проломили голову.

— Все нормально, парни, — сонным наркоманским голосом сказал сутулый, когда путники поравнялись с ними. — Тут человеку плохо, инсульт. Вон, ищем его адрес, чтобы вещи родным переслать… Все нормуль…

Путники молчали и только ускорили шаг. Наркоманы-убийцы остались позади…

Костя почувствовал дрожь. Попутчики сбились в кучку. У всех испуганные напряженные лица. Узколобый, оглянувшись, обвел всех взглядом. Явно, он хотел что-то сказать, но не стал. Зачем? Всё и так было ясно.

Косте же хотелось просто расцеловать вожака.

«Ведь кто знает… — думал парень, — пойди я в одиночку, возможно на месте седоволосого лежал бы сейчас именно я…»

Быстрым шагом путники двигались дальше. Впереди, справа показались многоэтажные дома микрорайона Ельшанка. По левой стороне, на отдалении, также виднелись многоэтажные дома.

Станция кончилась. В левую, западную, сторону повернули две ветки рельсов. Они вели на Дон. Костя знал, что если идти по этим рельсам, в десятке километров далее будет поселок Горьковский, где по слухам находятся лагеря, куда свозят беженцев из «Авангарда».

Путники же, шли прямо, на север. Туда вели три железнодорожных пути. Самый крайний, правый, выглядел заброшенным.

Тут же, почти в месте, где на запад отходила ветка, расположился железнодорожный переезд. Раньше «Первая Продольная» в этом месте пересекала железную дорогу и тут часто скапливались пробки. Но потом под железной дорогой построили большой автомобильный тоннель, который спрямил Продольную и ликвидировал пробки. Переезд давно уже не функционировал. Справа от путей стоял домик смотрителя, рядом с которыми Костя увидел троих парней. Все в серой форме, похожей на омоновскую. У двоих он заметил калаши в руках.

При виде путников эти трое оживились и даже сделали шаг к ним. Костя заметил, как напрягся узколобый с дружками.

Шагая быстрым шагом, путешественники достигли переезда. Трое парней возле будки стояли и молча смотрели на них. Косте не понравились их лица, ибо смотрели те так, словно присматривались и гадали, стоит ли им задерживать этих путников или нет?

Видимо, эти трое решили не связаться, и поэтому идущие прошли мимо, оставив переезд за спиной. По краям от железной дороги потянулись капитальные гаражи.

— Видали? — уверенно сказал узколобый. — Если бы нас мало было, тормознули бы только так!

Железная дорога немного повернула в левую сторону. Гаражи по краям быстро кончились, и путники прошли поверху автомобильного тоннеля. Справа осталась надземная часть вестибюля скоростного трамвая, выстроенная из оранжевого кирпича. Это была станция волгоградского подземного трамвая. Теоретически, если спуститься туда, в тоннели и сесть на трамвай, можно было доехать почти до Тракторного завода, до места, где Вторая Продольная вливалась в Первую. Но какие сейчас трамваи, без электричества-то?

Вестибюль метротрама остался позади. Глядя за него, в сторону Волги, парни увидели место, где выходящая из тоннеля автодорога соединялась с улицей, выходящей из микрорайона. Там стоял зеленый БТР и виднелось несколько человек.

Путники ускорили шаг.

В левую сторону, куда-то к берегу Волги, ушел третий заброшенный путь, и теперь парни шагали по двухпутной железной дороге. Впереди справа хорошо просматривалось огромное зеленое здание волгоградского элеватора.

По краям от дороги стояли частные одноэтажные дома. Миновав гаражный массив, железная дорога вышла на мостик, перекинутый через небольшой овраг. Слева, через такой же мостик, этот овраг пересекала однопутная линяя, идущая с запада, от поселка Максима Горького и соединяющаяся с путями, по которым шли путники.

Когда они вступили на мостик, на другой его конец, откуда-то сбоку, на рельсы вышли несколько молодых парней в рваной одежде. Они уставились на идущих такими же оценивающими взглядами, как парни у переезда, но, как и те, эти шпанята решили не связываться. Просто попросили закурить, а когда им отказали, ничего не сказали.

Поэтому маленький отряд преодолел мостик и без проблем оказался в Ворошиловском районе. После моста рельсовые пути начали расширяться. Явно тут начиналась станция.

— Это «Волгоград-2», — подал голос толстячок. — Тут вон вагонное депо, а сама станция дальше.

Впереди виднелись забитые составами пути. Костя знал, что здание станции находится с левой стороны, но узколобый увлек свой отряд в правую сторону. Вскоре они шагали между товарных составов. Пройдя несколько сотен метров, Костя взглянул назад и успел заметить, как два молчаливых паренька, не прощаясь, юркнули под один из вагонов состава, стоящего по левую сторону от путей, по которым они шли.

Костя знал, что станция «Волгорад-2» вроде бы не сильно маленькая, но миновали ее довольно быстро. Не прошло и двадцати минут, как пути начали сужаться и составы на них кончились. Стало видно, что трехпутная дорога пролегает по насыпи. Справа, рядом с насыпью, виднелся новый, недавно построенный футбольный стадион с красивым покрытием. Слева же, вдоль железной дороги протянулась трамвайная линия, за которой виднелись пятиэтажки.

Наконец, третий путь с правой стороны закончился тупиком над обрывом, за которым вперед, по насыпи тянулась уже обычная двухпутная железная дорога. Миновав мостик, под которым проходили трамвайные пути, Костя увидел слева, метрах в ста большую церковь и сообразил, что это «Казанский собор», про который он знал, что в советские времена это была единственная церковь в городе.

Взглянув в другую, правую сторону, Костя увидел уходящую в сторону Волги улицу из трех и четырехэтажных домов. По центру улицу, посреди автодороги, трамвайные пути. На улице ходят люди, по двое, по трое… Идут в разных направлениях и почти у всех в руках сумки. Вероятно, спешат на эвакуацию.

Парни же шагали в сторону центра по железной дороге, которая проходила здесь по небольшой, метров пять высотой, насыпи. Слева от нее тянулась неглубокая канава. В десятке метров за ней, параллельно насыпи проходила двухпутная трамвайная линия, идущая в центральный район. За линией стояли жилые многоэтажные дома.

С правой же стороны насыпи тянулась небольшая асфальтовая дорога, забитая легковыми машинами. За дорогой, вдоль их пути протянулись несколько пятиэтажек.

Интересно было, что с левой стороны, склоны насыпи состояли из щебенки, поросшей травой, а справа насыпь была облицована квадратными бетонными плитами.

Узколобый обернулся и посмотрел на Костю:

— А где эти? — спросил он, имея в виду тихих парней.

Константин не успел ответить, как толстячок сказал:

— Так они и шли до Второго Волгограда.

— Ну, ясно, — узколобый отвернулся.

Впереди оказался очередной мостик. Судя по количеству машин вокруг, под ним проходила оживленная трасса. Сейчас же по обочинам стояли машины и, странное дело, многие были покорежены и выброшены на обочину, словно какие-то бульдозеры расчищали дорогу.

— Это улица Елецкая, — сказал толстячок, показывая в левую сторону. Там тоже, кое-где видны кучки людей, но почему-то совсем не видно машин.

Костя, конечно же, слышал про эту улицу. Она соединяла Первую и Вторую Продольную. Большая часть пассажиропотока, идущего по Второй Продольной с юга на север, двигалась именно по ней.