Александр Неверов – Огненное кольцо (страница 74)

«Вот оно что», — подумал он.

Вот то, что он принял за стреляющий палец Креста. Именно из этого пистолетика тот стрелял на «Курской».

«Крутой тип, этот Крест», — только и подумал он.

Веник посмотрел на бандита. Тот несколько раз дернулся в судорогах и теперь лежал неподвижно у его ног. Изо рта потекла струйка крови.

Появилась мысль обыскать труп, но стало вдруг противно. Что он мог найти у него, да и зачем ему вещи этого типа? Что там у него может быть? Карта «Огненного кольца»? Написанная кровью карта пути в чистые места через «Последний тоннель»?

Веник только взял у бандита из кармана фонарик, включил его и медленно, пошатываясь, двинулся вперед.

Он не помнил, сколько шагал вдоль рельсов. Мотовоз остался далеко позади, а тоннель все не кончался. Впереди показался вроде бы завал — непонятное нагромождение камней и обломков. Веник тупо поковылял к нему, как вдруг из темноты раздался выкрик:

— Кто идет?

Апатия вдруг пропала и парень, выключив фонарик, залег на шпалы, щекой ощутив холод рельса рядом.

— Свои! — крикнул он.

До него дошло, что впереди не завал, а мощная баррикада. Не чета тем, что он миновал на кольцевой линии.

— Кто такой? Назовись!

— Я с «Площади Ильича». Веник я! Вениамин!

— Какой еще витамин???

— Да свой я! Свой!

Послышался тихий говор. На баррикаде вспыхнул яркий прожектор.

— Вставай! Руки вверх! — раздалась команда.

Веник, в свете прожектора чувствуя себя голым, поднялся на ноги и поднял руки.

— Ты один там?

— Один.

Он, щурясь, силился рассмотреть заслон, но видел только нестерпимо яркий свет прожектора.

Раздался звук шагов. Его взяли за руку и куда-то повели. Послышался скрежет, он, больно ударившись плечом, протиснулся в какую-то щель. Когда парень, наконец, смог видеть, оказалось, что он стоит внутри баррикады. Рядом он заметил нескольких знакомых мужиков с «Площади Ильича».

Веник оглянуться не успел, как его начали обыскивать. Как совсем недавно на «Курской», его щупали по всех местах, но почему-то не проверили кулак, в которой он по-прежнему сжимал пистолетик Креста.

— Порядок, — сказал обыскивающий мужик, довольный проделанной работой.

Через полчаса, парень уже сидел в подсобном помещении на «Римской» и отхлебывал из металлической кружки кипяток. Рядом сидел старший смены и странным образом оказавшийся здесь Шуруп.

— Ну, Веня, ты даешь, — восхищенно говорил проводник. — Мы тут тебя и не ожидали уже увидеть. Как же ты пробрался-то? По Кольцу?

— По Кольцу, — кивнул Веник, отхлебывая кипяток.

Парня обуревали странные чувства. С одной стороны он вроде бы был доволен, что оказался там, куда стремился, но с другой, не было никакой радости от этого факта. Внутри была пустота.

Тогда, сразу после ухода Деда с Бородой, ему казалось, что Альянс стал ему домом, в котором он будет жить вместе с Илоной, но теперь… После всех подлостей и несправедливости, было совсем другое дело. Веник знал, что теперь Альянс ему не дом и никогда им уже не станет.

Шуруп что-то говорил ему радостно, похлопывал по плечу, но Веник думал о другом. О том, что будет с ним дальше. Куда теперь? Снова воевать против Диаметра? Или опять на «Шоссе»?

Он допил чай, и они вместе с проводником покинули комнату и двинулись по центральному залу. Веник не спрашивал, куда они идут. Стало как-то все равно. Он сунул руку в карман и нащупал пистолетик Креста, который он положил туда сразу после обыска.

«Подарить его Шурупу что ли? Пусть порадуется, — подумал Веник. — Уже тошнит от этих штучек. Лучше уж мусор возить, чем эти дела».

Он вытащил пистолет и повернулся к проводнику.

— Слушай, — начал Веник, но тут их догнал какой-то парень и быстро заговорил с остановившимся Шурупом.

— Я сейчас, — кивнул тот и отошел с парнем в сторону.

Веник встал возле колонны, поджидая проводника. Рядом послышался разговор. Показались какие-то люди, Веник мельком глянул на них и остолбенел. Одним из идущих был… Корень. Старый знакомец шел, расправив плечи и с очень самодовольным видом.

Увидев Веника, тот застыл, словно налетел на невидимую стену. Бывший командир вылупился в изумлении.

— Ты???

— Корень, — тихо сказал Веник. Многое в душе скопилось к этому мерзавцу, но Веник не знал, что и сказать. — Корень! Падла ты этакая…

Веник замолчал, не зная, как продолжить, однако его бывший командир отреагировал странно.

— Взять его! — вдруг крикнул он, указывая пальцем на парня. — Арестуйте!

В парне вскипела ярость.

— Меня??? Меня арестовать???

— Арестуйте! — заорал бывший командир своим спутникам, которые остолбенело смотрели на них, переводя взгляд с одного на другого. — Это предатель!!!

От этих слов у парня потемнело в глазах.

Веник сжал кулаки и почувствовал в руке пистолет. Не отдавая себе отчета, он вскинул его и дернул спуск.

Раздался выстрел. Второй.

Больше выстрелов не последовало. То ли патроны кончились, то ли заклинило. Последнее, что он видел, неестественно согнувшегося и падающего на пол Корня.

Больше Веник ничего не увидел. На него налетели, скрутили, вырвали пистолетик и куда-то повели в согнутом состоянии. Он, кажется, что-то кричал, вырывался. Глаза заволокло пеленой.

Когда туман рассеялся, Веник обнаружил, что сидит на стуле в пустой комнате, за большим столом. Руки оказались в металлических браслетах, соединенных цепочкой. На другой стороне стола сидели Шуруп и советница Мирра, которые с укором глядели на парня, очевидно ожидая, что тот скажет.

Парень ничего не хотел говорить и поэтому только вызывающе глядел на них.

— Знаешь, Веня, — спокойно сказал Шуруп. — У тебя есть редкий дар — портить себе жизнь, когда уже все уже хорошо и все налаживается.

Веник наигранно рассмеялся и закивал. Ему вдруг захотелось как-то нагрубить бывшему товарищу и особенно советнице.

— Правильно! Все так! Надо мне, дураку, было уходить со своими, а я тут остался. Думал, идиот, что я среди друзей. А теперь вон как оказалось.

Он потряс скованными руками.

— Я не про это, — сказал Шуруп. — Я про другое. Про «Шоссе» например.

— А что про «Шоссе»?

— Ты знаешь, что когда ты сбежал, я как раз пришел туда, чтобы освободить тебя из под ареста?

— Ну, здрасьте, — нагло засмеялся Веник. — Я откуда знал, что вы меня освободить решили? Может быть, вы меня там до сих пор там держали бы? Мне ведь никто не сказал.

— И на «Парк Культуры» я тоже приходил потом, но уже поздно было.

Веник молчал.

— Ну, хорошо, а Корень? Он чем тебе не угодил?

Веник набрал воздух в рот надув щеки и возмущенно выпустил его, мельком вспомнив, что так часто делал покойный Фил.

— А этот Корень рассказал вам, как мы с ним расстались?

— Рассказал. И это не дает тебе права лишать жизни за это.