Александр Неверов – Главное убежище (страница 68)

Все обернулись к нему.

— Чего?

— Возвращается, — пояснил тот.

Веник прислушался. Действительно вдали послышался топот. Показался прыгающий луч фонарика. Заяц возвращался.

«Что-то он слишком уж быстро вернулся», — подумал Веник.

Из темноты показался силуэт парня. Он добежал до них и остановился, немного согнувшись и жадно хватая ртом воздух.

— Ну что там? — спросил Фил, когда парень отдышался.

— Станция. Тут. Близко.

Все молчали.

— И мотовоз там! — выпалил он.

— Чего???

Все озадаченно переглянулись.

— Да. Стоит. Прямо в середине зала. У платформы.

Веник увидел озадаченные лица Бороды и Фила.

— Раз он там, — начал Борода. — Значит надо…

— Так! — сказал мастеровой. — Васильич. Ты, Заяц и… — он повернулся к Арутюняну.

Веник понял, что Фил хочет послать за мотовозом на станцию этих троих, и ему стало стыдно. Как-то, по его мнению, подленько это получалось. Посылают других навстречу опасности, а сами тут будут отсиживаться.

— Нет, парни! — резко сказал он.

Все повернулись к нему.

— Я пойду, — сказал он не терпящим возражений тоном. — Со мной Васильич и Заяц.

— Погоди Веня, — сказал Борода.

— Да чего годить? Действовать надо. Я же сказал — я пойду!

Все молчали. Веник поднял канистру, включил фонарик, и пошел по тоннелю. За ним двинулись Заяц с еще одной канистрой и моторист.

— Ну ладно, — сказал позади него Фил. — А мы пока молотки уложим.

Идя по тоннелю, Веник слышал, как за спиной мастеровой тихо давал указания Арутюняну.

Станция и правда оказалась совсем рядом. По расчетам Веника они прошли не более сотни метров по тоннелю.

При входе, справа потянулась узкая служебная платформа. Не поднимаясь на нее, они подошли по рельсам к основной платформе. Пока шли, Веник и Заяц светили своими фонариками под ноги. Оказавшись на станции, Веник выключил фонарик. Не успел парень ничего подумать, как старик зажег свой громоздкий фонарь и начал водить его широким лучом по станции.

От подобных действий Веник просто застыл.

«Вот идиот, — только и подумал он. — Вроде бы жизнь прожил, а как вести себя в подобном деле — понятия не имеет!»

По разумению парня, если на станции есть какой соглядатай или часовой, то он уже бежит поднимать тревогу. Но старик беззаботно водил по окрестностям световым лучом. В его свете Веник немного рассмотрел станцию и быстро понял, что станция «Перово» оказалась почти близнецом станции «Библиотека Ленина», где уже побывал Веник. Единственная платформа находилась под односводчатым потолком, который не поддерживала ни одна колонна. Только в разных концах платформы, по ее середине, виднелись несколько коротких колонн, сильно не достающих до свода. Веник подумал, что, вероятно, их начали строить, а затем бросили. А может быть, эти колонны служили для того, чтобы придержать свод станции, если тот вздумает рухнуть вниз.

Заяц, стоящий на запасном рельсе, видимо подумал, что так и надо, тоже начал водить лучом своего фонаря. В свете их фонарей, Веник видел почти весь пустой перрон станции. На рельсах, выходящих из их тоннеля, как и сказал Заяц, почти в середине станции виднелся мотовоз. Большая машина, пол кабины которой находился вровень с платформой.

Веник, не вылезая на платформу, стоял на запасном рельсе и осматривал окрестности. Рядом тихо дышали, ничего не говоря, Заяц и Васильич.

Так прошла минута. Парень ждал, что они выскажут свои соображения, но напарники молчали.

— Ладно, — решился Веник. — Я пойду вперед, посмотрю, — сказал он тихо. — Только вы уберите фонари.

Спутники послушно опустили фонарики вниз. Станция погрузилась в темноту, что только добавило жути обстановке.

Быстро и осторожно Веник вылез на платформу.

— Если чего, прикроете меня, — шепотом крикнул он товарищам.

Те не ответили, но Венику показалось, что они кивнули.

Парень включил фонарик, но посветил прямо перед собой. Он сделал шаг и задел ногой незамеченную стеклянную бутылку, которая, громко зазвенев, покатилась по перрону.

«Твою же мать! — только и подумал окаменевший от страха парень. — Вот я балда!»

Подлая бутылка, наконец, затихла. Парень стоял, не прислушивался и водил фонарем по полу вокруг, осматриваясь. Тихо. Он сделал еще несколько шагов и, наконец, понял схему станции.

В этом конце платформы не было стены. Во всю ширь зала — уходила вверх лестница, скрывающаяся в широком проходе, который вел на поверхность. Сейчас в нем было темно и тихо.

«На другом конце платформы, скорее всего, глухая стена. Если и ждать нападения, то только из противоположных тоннелей или с этой лестницы» — сообразил он, осторожно продвигаясь по платформе.

«Хотя, — пришла мысль. — На другом конце станции также может быть лестница, ведущая наверх».

Парень осторожно приблизился к первой колонне. Странная такая прямоугольная колонна, раздваивающаяся в верхней части. Внизу по ее окружности сооружена деревянная скамья, на которой сидели в старые времена люди, ожидающие поезд.

Веник двинулся дальше. Еще одна колонна, а прямо напротив нее, на путях, стоит мотовоз. Крадущимся шагом парень подошел к нему и заглянул в кабину через входной проем без двери. Осветил кабину фонариком. Пусто. Веник огляделся и различил, что на другом конце станции также находилась лестница. Вокруг по-прежнему царила тишина.

Веник подошел к колонне и остановился там.

«И ничего здесь не страшно, — подумал он, дрожа. — Выдумали всякую ерунду, „чертовы шаги“ и прочую хрень. А тут просто пустая станция. Балбесы ссыкливые!»

Несмотря на смелые мысли, было по-прежнему страшно.

Он в который раз осмотрелся и прислушался.

Тихо.

Делать здесь было больше нечего, и Веник быстро побежал назад, прислушиваясь и внимательно глядя под ноги. Вот и конец платформы. Вот и Заяц с Васильичем, стоящие на рельсах. Стараясь не шуметь, Веник спустился с платформы. Оказавшись возле товарищей, он вкратце описал им обстановку.

— Значит так, — говорил он. — Ты, Заяц, останешься здесь, только сверху на платформе. Выключи фонарь и держи под контролем лестницу. Как бы оттуда на нас никто не свалился. А как поедем, ты тут в кабину к нам заскочишь. Мы же с тобой, Васильич, пойдем. Ты занимайся делом, а я на шухере буду.

Моторист кивнул. Веник хотел снова лезть на платформу, но моторист сказал, что лезть туда без надобности, когда можно здесь, по рельсам пройти до самого мотовоза.

Они подхватили канистры и тронулись в путь.

Веник со стыдом подумал, что старик был чертовски прав. Быть может, тут возможно забраться в кабину мотовоза, вообще не поднимаясь на платформу, и тогда его вылазка была вообще лишней. А так только зря шум поднял, подумал Веник, с досадой вспомнив про звонкую бутылку. Хотя, подумал он с раздражением, задним умом тут все крепки, чего этот Васильич сразу не сказал об этом?

Они подошли к мотовозу.

— Слушай, Васильич, — шепотом сказал Веник. — Тут можно в кабину забраться прямо отсюда?

— А чего?

— Да чтобы на платформе зря не светиться.

Моторист почесал подбородок.

— Вообще-то можно попробовать протиснуться с другой стороны, но нам по любому надо наверх. Бак только с платформы можно открыть.

Стараясь производить как можно меньше шума, они осторожно поставили канистры на платформу и выбрались туда сами.

Веник поднес свою канистру к мотовозу, осторожно поставил ее на пол и осмотрелся. Вокруг по-прежнему царила тишина.

— Ладно, — сказал он шепотом. — Я тут буду, рядом. Если чего помочь надо будет, ты зови, только тихо.