Александр Нетылев – Зеркало Души (страница 72)
— Не прибедняйтесь, — хмыкнул Хэйтем, — Ваша память проявляет просто-таки завидную супружескую верность. Что до студентки… И почему только магов называют безумцами? Знаете, у нее такие глюки, какие никакому магу и под ЛСД не приснятся. Представляете, как она меня назвала при первой встрече? 'Похотливый клоун-воздушный шар'!
— Так может, стоит сесть на диету и перестать домогаться студенток? — ехидно спросил Чезаре.
— Уж чья бы мычала, — фыркнул историк.
— А что я? — шпион демонстративно оглядел себя, — Мне на диету не надо: я хоть и шире вас, но это мышцы, а не жир.
— Охотно верю, — согласился Хэйтем, — А как насчет студенток?
Чезаре удивленно посмотрел на него. Если Хэйтем не упускал случая воспользоваться обилием симпатичных студенток в ЗШН, то он сосредоточил все свое внимание на завоевании Марии.
— Вы ведь всего час назад уединялись со своей послушницей? — пояснил свою мысль историк, — Это почти то же самое.
— Туше, — легко признал шпион, — Но это исключение, подтверждающее правило.
Хэйтем недовольно мотнул головой:
— Нет глупее выражения, чем это.
— Сразу видно, что вы никогда не были связаны ни с религией, ни с политикой, — рассмеялся кардинал, — Иначе вы знали бы, насколько лишены фантазии ваши представления о глупости.
— Возможно. Но так или иначе, ее 'Всевидящее Око' — именно то, что нам нужно.
Всевидящее Око… Амагическая способность, позволяющая, если верить досье, видеть все что угодно, и сквозь пространство, и сквозь время. У PSIA было всего два агента с такого рода даром, и оба обладали гораздо меньшим потенциалом. Вот только… Интерес Нарьяны к этой студентке явно был гораздо сильнее, чем просто к сильному амагусу.
— И не только нам, — попробовал закинуть удочку Чезаре. Вдруг историк случайно даст намек на свои связи с террористами?
— Любая разведка и половина террористических организаций заплатили бы миллионы за человека с такой способностью… И миллиарды за такой сигмафин.
Последнее заявление шпиону не понравилось: именно практическая полезность сигмафикации редких амагусов привела к разладу между ним и PSIA… И контрабандист несомненно знал это.
— Не думал, что вы специалист по ценам на людей, — не остался в долгу Чезаре.
— Я — нет, но некоторые мои знакомые — да, — ответил Хэйтем.
— Например?..
— Например, Мелисска. Она, кстати, недавно замуж за вашего студента вышла, слышали?
— За Рю, что ли? Это с ее стороны почти педофилия: у него психологический возраст — двенадцать-четырнадцать лет. Кстати, может, вам стоит задуматься? Вроде, у кого-то был проект трансвозрастных преобразований; омолодитесь лет на пятнадцать — и сможете с ним потягаться.
— Не, — покачал головой историк, — Мелисска — это пройденный этап. Сейчас у меня куда более интересная дама на примете.
— И кто же это? — осведомился Чезаре, в голове которого промелькнуло семь возможных имен, включая Святую Катерину.
Хэйтем ухмыльнулся:
— Много будете знать, профессор Финелла, — рано состаритесь. И Мария будет разочарована.
Чезаре кивнул:
— Последний вопрос. Мне давно было интересно: что привлекло вас на службу Нарьяне?
— Все просто, коллега. В мутной воде водится самая большая рыба. И чтобы ее поймать, лучше сидеть на берегу, чем в центре водоворота.
Ответ показался Чезаре любопытным, но не слишком. Что Хэйтем не был идейным, он знал и так. В целом, по итогам разговора подозрения выросли на два процента, что на общем плане было незначительно. Махнув рукой на прощание, кардинал проследовал дальше, в казарму. К счастью, Эйхт был на своем рабочем месте.
— А, Финелла, добро пожаловать в мою скромную обитель, — поприветствовал он политолога, не вставая из-за стола.
Чезаре приветственно кивнул, после чего без особых обиняков перешел к делу:
— Можешь скинуть мне записи с камер наблюдения, посвященные вчерашним появлениям Белого Робина? Нападение на Сикору, поединок со Смитом… Если есть что-то еще, тоже бы не помешало.
Кардинал намеренно не стал акцентировать внимание на той конкретной записи, что его в действительности интересовала. Объяснить старому вояке, почему он подозревал своих, было бы весьма непросто…
— Конечно, есть, я их вчера просматривал, — майор тут же начал копаться в своём компьютере, — Правда, толку от этого будет немного. Причинно-следственная связь на видео просто отсутствует.
— Тем не менее, я хотел бы просмотреть записи, — ответил Чезаре, — И те, о которых сказал, и неизвестные мне ранее. Я подозреваю, что у Робина был сообщник, которому хватило ума не попасться нам во время операции, и надеюсь, что кое-какие детали его поведения помогут получить зацепку…
— Тогда приготовься, — сказал Питер, — Тут можно каждую камеру раз по шесть в полной выкладке смотреть, а то и больше, чтобы найти все записи с Робином. Хотя… можешь запустить поиск по видео, но, я боюсь, это даже Прометея подвесит.
— Разберемся, — пожал плечами шпион, — Не исключено, что я найду нужные улики до того, как просмотрю ВСЕ записи.
— Ну, хорошо, — кивнул Эйхт, — Кстати, вообще-то ты не обязан каждый раз бегать ко мне за доступом.
— Привык.
Это было правдой. В сравнении с PSIA, в ЗШН каждый занимался непонятно чем. Ни о каком четком разделении сфер ответственности не могло быть и речи.
— Кстати, если тебе интересно, — вдруг сказал безопасник, — Я изучал сегодняшние записи боя. Та рыжая малявка… она вышла за дверь и исчезла. На сегодняшних записях её больше нигде нет.
Чезаре пожал плечами:
— Она предположительно связана со 'Столетием'. Не думаю, что она может так просто попасть в беду. Скорее уж в беду может попасть кто-то, на кого она наткнется…
'А если и попадет — что ж, избавит от проблем', - мысленно добавил кардинал. Тот факт, что из двух новых студентов Марии одна маньяк-убийца, а другой страдает раздвоением личности и в одной из личностей тоже маньяк-убийца, его по-прежнему не радовал…
— Да, вряд ли.
Майор пожал плечами.
— По мне, та ещё соплячка. Ладно, я тебе на почту линк-лист отослал, можешь изучать.
— Спасибо.
Кивнув на прощание, Чезаре направился в свой кабинет. Изучать записи он собирался в гордом одиночестве. Ведь ему не хотелось объяснять простому и честному офицеру, что именно его беспокоило.
В действительности большая часть записей представляла не более чем академический интерес. Подтвердить или опровергнуть его подозрения могла лишь одна… Правда, представленная в четырех различных вероятностях. Слегка упрощало ситуацию то, что третья вероятность была помечена как 'окончательная', породившая новые вероятности; однако, Чезаре все равно решил просмотреть все.
Итак, вероятность первая. Робин ломает Тадеушу шейные позвонки и спокойно уходит. Тревогу поднять некому. А значит, этот вариант бесполезен.
Во второй вероятности Тадеушу уже удается вырваться, по-видимому, инстинктивно забрав силы у Джейка. Судя по тому, что демонстрировал Джейк в их поединке, этого вполне хватило бы, чтобы не только отбиться, но и оторвать нападавшему руку; однако, вместо этого поляк бежит прочь. В скором времени он сталкивается с Валькельхайном, который пытается задержать Робина… Но тот неожиданно разворачивается и дает такого стрекача, что смотреть приходится в замедленной съемке. Валькельхайн пытается преследовать его, но куда там: как уже знал Чезаре, сигма-зомби могут свободно использовать скрытые резервы организма, — так что даже Мария, при весе в пятьдесят килограмм, спокойно жмет триста от груди… Чего, правда, предпочитает не демонстрировать, чтобы не шокировать местных качков. В общем, это не та вероятность, что его интересовала.
Запись третьей вероятности начиналась точно так же, как и вторая. Различия начинались с вмешательства Валькельхайна: в этот раз Робин не убегал, а принимал бой. На ходу вытаскивая мономолекулярный клинок, экономист атаковал, целясь в локоть: так как он имел доступ к секретной информации, он знал, что нужно сделать, чтобы победить сигма-зомби. Знал это и Робин: чуть сместившись, он перехватил меч за лезвие. 'Дзинь!' — и Валькельхайн остался без оружия. Достать нож или пистолет шпион уже не успел: террорист нанес сокрушительный удар рукой в перчатке, отбрасывая своего противника за пределы кадра. После чего поспешно ретировался.
Наконец, четвертая вероятность отличалась с самого начала. Здесь Робин не пытался задушить Сикору, а мирно с ним беседовал. Так как искусством чтения по губам Чезаре не владел, а звук камеры не записывали, о смысле разговора можно было только догадываться; однако, не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что здесь вместо Тадеуша выступал Джейк. Далее в кадр вошел Валькельхайн. Точнее, впрыгнул, с наскока отрубая руку Робину. Короткий обмен ударами с оборотнем — и поле боя остается за ним.
Досмотрев запись, Чезаре задумался. Обилие вероятностей скорее вносило путаницу, чем помогало, но все же, он пришел к единой рабочей версии. Однако прежде чем действовать, исходя из нее, требовалось исключить версию Рейко с кознями старых друзей. А еще раньше — подлечиться, чтобы в решающий момент тело не подвело.
Именно поэтому он отправился в лабораторию Рейко, где как раз уже закончилось лечение пострадавших студентов. Однако, проектор продолжал работать.
— Привет, я ждала тебя, — поздоровалась ученая.