Александр Немченко – Сага о неудачнике (страница 88)
Криса хотела сказать что-то еще, но осеклась, столкнувшись взглядом с Пиркой. Девочка посмотрела исподлобья с такой яростью, что у старшей из сестер вмиг пересохло в горле, а на лбу выступил холодный пот.
— Мелкая тварь! — резко воскликнула Шварди.
От звонкой пощечины перед глазами все побелело. Пирка дернулась, не удержалась на ногах, упала на пол.
— Мы приютили тебя, а ты вон что творишь! Напала на моих дочек!
Троица сестер застыла в стороне, одежды порваны у Крисы под глазом синяк. Конечно досталось и Пирке, но все же напуганные ее яростью, они больше убегали чем дрались.
— Вот кого ты нам привел! Нахлебницу и вредительницу. Вот так она на нашу доброту отвечает! На твоих дочерей нападает!
Олман лишь покачал головой, пригладив бороду ладонью.
— Они первые начали!
— Тебя никто не спрашивал! — взревела Шварди, дала еще одну оплеуху. — Марш в чулан, завтра поговорим. Сегодня никакой еды!
Девочка с превеликим удовольствием вскочила на ноги и помчалась в чулан. Закрывшись, она забилась в угол. В тесной комнатке, пыльно, в углах паутина и воняет сыростью. Сюда мало кто захотел бы зайти, не говоря о том, чтобы спать здесь. Но для Пирки это место в сто раз уютней и милее, чем быть там, снаружи, в этой чистом доме, под прицелом взглядов полных ненависти.
Стук в дверь заставил девочку вздрогнуть.
— Пирка, выходи, — раздался снаружи голос дяди.
Девочка подчинилась, но не столько из-за того, что Олман не проявлял враждебности к ней и она немножко доверяла дяде. Нет. Просто если бы она не открыла добровольно, то он бы выломал дверь и для нее все это закончилось новыми неприятностями.
Девочка щелкнула защелкой, дядя рывком распахнул дверь.
— Выходи. — скомандовал он.
Девочка робко переступила через порог. Дядя в привычной серой рубахе, темных штанах и ботинках. В руке у него небольшая котомка.
— Пойдем.
— Что это, куда мы идем? — удивленно спросила девочка.
— Пирка не задавай вопросов, просто пошли.
Взяв небольшую сумочку из рук дяди, девочка повесила ее на плечо и пошла следом за мужчиной. Улица встретила ее ночной прохладой и сыростью. Под ногами зачавкала грязь. Похоже днем прошел ливень, из-за чего дороги размыло и идти стало тяжелее.
Они покинули двор выйдя на общую улицу. Дядя уверенно пошел вдоль домов к выходу из деревни. Девочка уже поняла, что ей предстоит, но все еще отказывалась верить в происходящее. В окнах домов темно, а значит сейчас глубокая ночь. Похоже дядя и тетя решили провернуть все в тихую, а утром скажут, что Пирка сама ночью сбежала.
Шли она долго, по крайней мере девочке так показалось. Наконец впереди появилась развилка дорог.
— Пирка, иди прямо и через пару дней выйдешь к Лисбургу. Как ты устроишь там свою жизнь — не знаю. Можешь пойти в приют, а можешь прибиться к кому-то, меня это особо не волнует. Но, не смей возвращаться. После всего что ты сделала, двери моего дома для тебя закрыты. Шварди положила в сумку для тебя немного еды, так что этого хватит, чтобы добраться до города.
Не попрощавшись, он быстро развернулся и пошел прочь, оставив девочку одну. Пирка несколько минут глядела в спину дяде, а затем, тяжело вздохнув двинулась в указанном направлении.
«Я никому не нужна». — С грустью подумала девочка.
Пирка прошла еще какое-то время, но все же усталость взяла свое, да и девочку скрючивало от голода. Усевшись на невысокий пенек, расположившийся у дороги, девочка с нетерпением открыла котомку. Какого же было ее удивление, когда внутри обнаружилось лишь тряпье, под грудой которого она нашла свою изрезанную куклу. В гневе девочка выкинула котомку. Прижав обрывки куклы к груди, она застыла, глядя в одну точку и вспоминая те дни, когда жила с родителями.
— Извини, я не помешаю? — раздался рядом незнакомый голос.
Девочка вздрогнула, подняла взгляд и только сейчас заметила, что небо посветлело. Рядом с ней застыл высокий худощавый, седовласый мужчина в белой робе подвязанной простой веревкой.
— Нет. — мотнув головой ответила девочка.
Мужчина быстро набрал хвороста, развел костер. Огонь с треском стал пожирать все еще сырые ветки, густой белый дым поднялся в воздух.
— Натан, — внезапно представился мужчина. — Меня зовут отец Натан, а как тебя?
— Пирка, — нехотя произнесла девочка.
— Какое звучное имя. И так Пирка. Что ты делаешь здесь одна. Все-таки детишкам не стоит ночевать посреди дороги одним.
— Меня выгнали из дома.
— А, вот как. Какие нехорошие родители.
— Они мне не родители. Мои родители погибли от рук бандитов. Дядя и его жена приютили меня, а теперь вот выгнали за то, что я бесполезна и не нужна им. Я никому не нужна.
Мужчина несколько удивленно посмотрел на девочку, заметив, что она неестественно худа.
— Не правда. Ты нужна Ярхвье.
— Ярхвье? — удивленно переспросила она.
— О, ты не знаешь? Это всевышний, Бог света и жизни. Величайший среди Богов. Он любит тебя и приглядывает за тобой.
— Это не правда. Если бы он приглядывал и любил бы меня, то мои родители не погибли.
На губах мужчины появилась добрая улыбка. Он достал кусок хлеба, протянул девочке.
— Бери, это бесплатно.
Все еще не веря свои глазам, Пирка осторожно взяла хлеб, сглотнула слюну и подняла взор на священника.
— Ты просто неправильно все интерпретируешь. Ярхвье и правда любит тебя, иначе ты погибла бы вместе с родителями. А потом ты погибла бы, но тут появился дядя и забрал к себе. А сейчас, когда ты вновь осталась без крова Ярхвье привел меня к тебе.
Девочка робко откусила хлеба, торопливо сжевала и проглотила. Наконец, спустя два дня ее желудок наполнился хоть чем-то кроме воды.
— Значит… есть еще кто-то, кто любит меня? — спросила она, шмыгнула носом, чувствуя как по щечкам потекли слезы. — Значит, я все еще кому-то нужна?
Горячая ладонь накрыла голову девочки, нежно потрепала волосы.
— Да, пойдем со мной, я отведу тебя в наш орден. Помни. Ярхвье любит тебя.
«Ярхвье любит тебя»…
Элантира поднырнула под удар Пирки. Из-за кровопотери, отравления и общей усталости ее движения настолько замедлились, что принцесса демонов смогла пробиться сквозь защиту. Кинжал зло блеснула, кровь брызнула на лицо Элантиры. Ноги Пирки подкосились, и девушка упала на пол, из перерезанного горла стала выплескиваться кровь.
«Я думала, что Ярхвье любит меня. Что есть в мире кто-то, кому я по-настоящему нужна».
— Ты так жалкая паладин. И что это за воин Ярхвье, который настолько боится смерти, что плачет? — раздался откуда-то сверху голос принцессы демонов.
Пирка скосила глаза, но перед взором все расплывается, то ли из-за действия яда, то ли из-за слез обиды и отчаянья. Губы девушки дрогнули, она слабо улыбнулась, хотела что-то произнести, но из-за перерезанной трахеи ничего не получилось. Поэтому она просто закрыла глаза и приготовилась к смерти.
Внезапно девушка распахнула веки. Вокруг тишина, валяются трупы охранника и палача, чуть в стороне мертвый Лугка. Девушка пощупала горло, но там лишь шрам. Да и другие раны тоже затянулись.
Все еще не веря в случившееся, она медленно поднялась и только тут заметила небольшую банку из-под зелья лечения. Рядом с ней лежит листок, оторванный от листка с приговором для Нейты. На нем чернилами, которые явно напоминают те чернила, что обычно с собой таскал Лугка, написано следующее:
«Еще сразимся жалкий паладин, надеюсь в следующий раз ты не расплачешься как девчонка».
Губы Пирки растянулись в слабой улыбке, она взяла листок, перечитала его еще раз, а затем прижала к груди, как когда-то в детстве делала с куклой.
— Еще увидимся, эльфийка, — тихо прошептала она.
«Может… я все еще в этом мире кому-то нужна?»
Пирка:
Сила — 28, Ловкость — 35, Магическая сила — 11, Выносливость 33, Восприятие — 45.
Облегченный комплект (шлем, нагрудник, поножи, перчатки, ботинки) мифриловых доспехов паладина (магический): сила +25, ловкость +30, выносливость +22, восприятие + 25. Снижение проклятий на 65 %, +15 % к скрытности, защита против ослепления и ослабления.
Святые парные кинжалы(магический): сила 2+2(4), ловкость 3+3(6), выносливость 1+1(2), восприятие 2+2(4). +50 % у крону против мертвецов.
Итог: