Александр Немченко – Разлом: Два мира (страница 17)
Я поднял первую партию бойцов, и мы помчались к крайнему острову, где отлеживается хозяин этажа.
— Надеюсь, когда мы просадим этой твари хп, у нее из спины не вылезут щупальца, — услышал я бурчание одного из бойцов, пока летели.
— Это не такая уж и проблема. Главное, чтобы крылья не отрастил, а то нам тогда кранты, — сказал я.
На некоторое время повисло молчание, а затем один из парней спросил:
— Тим, а каково это быть и аватаром и человеком одновременно?
— Как бы тебе сказать. Вот ты себя сейчас как ощущаешь? Как будто это твое тело?
— Ну да, — кивнув, ответил он.
— Ну вот так и ощущаю. У меня нет капсулы. А мое тело, несмотря на то что цифровое, полно возможностей и необычайной мощи.
А также оно таит опасность, ибо сделано из останков бога хаоса, только этого им знать ни к чему.
— А почему ты вдруг задался этим вопросом?
Ребята переглянулись, и говоривший, молодой парень с черными волосами и серыми глазами, с луком за спиной, ответил:
— Ну, ведь идет слияние миров. Потому поговаривают, что все станут аватарами, а наша планета оцифруется.
— Это если мы проиграем и не предотвратим катастрофу, — уточнил я.
— Верно. И все же…
— И все же, даже если произойдет слияние миров, это не значит, что все люди автоматически станут аватарами. И почему вы думаете, что только наш мир пострадает? Может, наоборот, Алион станет материальным, как и живущие там. — Было бы неплохо, — услышал я девичий голос.
— Лучше сосредоточьтесь на текущей задаче. И вообще, какая разница, что произойдет, если мы проиграем?
Парень лишь хмыкнул, остальные отвели взгляды. Похоже, они как-то подзабыли, что на нас всех объявлена охота, и что как только боги хаоса победят, то нам останется только прятаться где-то в пещерах в безлюдной местности, надеясь, что нас там никогда не найдут. И то не факт, что это получится.
После переброски первой группы я сразу отправился за второй. Во время полета опять увидел динозавра, похожего на птеродактиля. Хорошо, что он меня не заметил — летел я высоко, он же лишь чуть поднялся над деревьями одного из островов.
В течение нескольких часов из основного лагеря были перевезены все бойцы. Мы собрались на окраине острова. Тем временем разведчики, следящие за состоянием дракона, сообщили, что все в порядке, и Асфарот не покидал своего убежища.
Шестерня вышел вперед. Высокий и могучий, как гора, он улыбнулся и произнес:
— Вперед, ребята! Поохотимся на дракона!
Я неспешно пролетел вперед и завис в двадцати метрах над поляной. Вместе со мной на шкуре застыли Шестеря, Точка, Медок и Трюк. Внизу гуща леса, но есть небольшой участок, расчищенный драконом от гигантского папоротника, здесь небольшой холмик, метров семь в высоту, со здоровенным проходом, уходящим вглубь острова. И где-то там залег самый опасный монстр этажа.
Еще на стадии планирования мы поняли, что в случае, если воины побегут или даже просто попытаются приблизиться к поляне, то из-за низкого показателя ловкости чуткие уши монстра могут уловить то, как они идут, задевают кусты, траву и листья папоротников, и он может выбраться заранее. Потому был реализован альтернативный план. Все ребята с высокой ловкостью — стрелки, охотники, дуэлянты и ассасины подойдут поближе, а вот воины останутся на приличном расстоянии. Я же на шкуре подвезу самых сильных, что первыми и должны будут сдержать натиск дракона, пока не подоспеют остальные.
Конечно, стоящие метрах в пятидесяти-семидесяти от поляны воины, не могли увидеть это сообщение, но им его по цепочке передали ассасины, так что несмотря на это условное «поле подавления», что не дает телепортироваться или передавать сообщения тем, кто находится далеко, все в гильдии, так или иначе, получили сообщение от главы.
'
Резко оттолкнувшись, все четверо спрыгнули вниз. Стремительно набрав скорость, они с тяжелым стуком приземлились перед пещерой, ботинки аж на несколько пальцев погрузились в глубь почвы. Но эти ребята с большим показателем телосложения, из-за чего кости, мышцы и сухожилия их аватаров невероятно крепкие, выдержали бы прыжок и со стометровой высоты, а может и больше. Раздался громкий рык, а затем из пещеры стремительно выпрыгнул дракон. Но ребята двинулись вперед, выставив щиты. Здоровенная туша врезалась в них, раздался скрежет когтей и зубов, все четверо уперлись в землю, но даже так их немного протащило назад, оставив глубокие борозды от вдавившихся в почву ног. На руку нам сыграли несколько факторов: то, что пещера идет под уклоном, и то, что у монстра длинная туша — он не может ни перепрыгнуть через ребят, ибо ему тупо мешает потолок пещеры, ни переступить через них ввиду отсутствия одной лапы. Если бы он попытается это сделать и оторвет оставшуюся переднюю лапу от земли, то сразу рухнет на пузо.
Тем временем из леса вокруг вылетели стрелы. Они ударили со всех сторон. Некоторые отлетели от прочнейшей шкуры, другие впились. И от тех, и от других, в момент попадания в разные стороны побежали электрические разряды. Помимо более жесткой тетивы, что требует невероятных усилий для натягивания, но посылает стрелу со скоростью, превышавшей порой даже скорость пули, выпущенной из винтовки, а также прочности и тяжести стрелы и металла наконечника, встроенная магия — это еще одно усиление стрелков и охотников. Конечно, тратить магические стрелы никому не хочется — они очень дорогие. Так что в основном лучники обходятся обычными, а урон повышают еще из-за точности и скорости атак, но когда все эти ресурсы повышения урона исчерпаны, в ход идет последнее усиление. И сейчас, в бою против хозяина этажа, они использовали магические стрелы. В первой волне с встроенной магией молнии, чтобы попытаться парализовать монстра, хотя бы на пару секунд, сбить его ярость и не дать расшвырять воинов.
Я поднял руку, встав в позу метателя копья. В ладони появилось грозовое копье. Сжав его, я вытянул левую руку, используя ее словно прицел, а затем, резко выдохнув, метнул заклинание в монстра. Наверное, вот так, метая молнии с небес, я похож на Зевса. Грозовое копье стремительно преодолело расстояние до дракона. Тот почувствовал опасность, но, зажатый у выхода из пещеры, он не имеет маневра. Попытался уклониться, только ничего не получилось. Копье ударило в бок, вспыхнуло и ударило мелкими разрядами в стороны, что побежали по шкуре, изгибаясь так, будто прыгают по ней, как плоский камень, запущенный по водной глади.
Дракон взревел, над головой поднялась цифра 66 750, что оказалась значительно меньше ожидаемой. Само заклинание наносит 250 базового урона, плюс 8800% — модификатор магического урона, плюс 250% урона по тварям хаоса и плюс 250% к силе заклинаний воздуха, к которым относится молния. Должно быть вдвое больше. Значит, у дракона настолько высокое сопротивление магии, что это снижает силу получаемых заклинаний на 50%.
Я решил проверить, относится ли это к магии порядка или только к заклинаниям стихий. Сформировал гравитационный разрыв и, подхватив телекинезом, метнул в замершую тварь, движения которой удалось-таки сковать множеством попаданий стрел с заклинаниями молнии. Гравитационный разрыв ударил в голову монстра, пространство привычно стянулось, а затем резко расширилось, словно взорвалось, исказив изображение головы монстра. Поднялась цифра в 33375.
Ясно. Даже заклинания порядка наносят вполовину меньше урона.
Тем временем из леса выскочили еще воины, и со всей скоростью помчались к четверке, что еле сдерживает ярость дракона. Асфарот вышел из оцепенения, огромная пасть раскрылась, и в воинов ударило зеленое пламя. Внезапно перед ними возникли один за другим прозрачные купола, огонь врезался в них и растекся по куполам, от мест ударов в разные стороны побежали радужные всполохи. Наконец подключились целители.
Лучники не перестают один за другим выпускать стрелы, что, попадая в монстра, выпускают мощные разряды. В этот момент со стороны леса вылетели огненные шары и ледяные копья магов.
Поначалу я хотел экономить заряд в перчатке на всякий случай, но какого черта? Сейчас дракон не может маневрировать, и сейчас самый подходящий для этого случай. Я, сменив шкуру на привычную доску, направил перчатку в сторону монстра. Черные шары полетели в него со скоростью пуль, один за другим, как из пулемета.
Заклинания стали попадать одно за другим, срабатывать, нанося монстру урон, но бомбежка не могла продолжаться долго. Дракон, мощно зарычав и бросив попытки вырваться из пещеры, особенно после того, как еще с десяток воинов присоединились к битве, резко поднял морду вверх. В потолок ударило зеленое пламя, и тут же вниз стал капать расплавленный камень и земля, а затем зеленое пламя, пробив холм насквозь, ударило вверх. Дракон, продолжая терпеть урон от попадающих в него заклинаний и стрел, стал медленно перемещать пламя, которое начало разрезать вершину холма. Воины, поняв, что задумал Асфарот, рванули вперед, стали бить по телу, но дракон продолжает сосредоточенно выжигать верхушку холма, не обращая внимания на раны и боль.
Наконец разрез опустился до выхода из пещеры. Асфарот чуть присел, а затем подпрыгнул. Спина с мощью ударилась в узкий по меркам тела разрез. Холм вздрогнул, часть потолка справа и слева от разреза, не выдержав удара, рухнула вниз, еще больше увеличив дыру вверху. Дракон еще раз прыгнул, и на этот раз удар был настолько мощный, что верхушка холма словно взорвалась. Кучи земли и камня взлетели в воздух и, разлетевшись по дуге, упали в стороне. Сквозь оседающую пыль я увидел тело дракона. Теперь дыра настолько велика, что он легко может в нее пролезть, чем Асфарот и воспользовался. Мощная туша стремительно взвилась в воздух, а потом произошло то, чего никто не мог ожидать. Он взмахнул одним крылом, а затем зеленое пламя сформировало второе крыло. И монстр, вместо того чтобы упасть, завис в воздухе, чуть покачиваясь в такт взмахам. У меня сердце упало в район желудка.