Александр Некрасов – Вечно молодой. Почему мы умны, талантливы и несчастны, или как найти себя в мире возможностей (страница 2)

Сатурн, в юнгианской символике, – архетип отца, несущий с собой страх, вину, ограничения и тревожное чувство собственной несостоятельности. Эта метафора отлично иллюстрирует реальный внутренний опыт, сформированный холодом или отсутствием отца, его молчаливым разочарованием, его слишком громкими ожиданиями. Мужчина вырастает с раной – он либо старается быть «достаточно хорошим», изнуряя себя перфекционизмом, либо бунтует, но все равно продолжает подчиняться невидимой фигуре внутри.

Мужчины с архетипом Пуэра часто выглядят уверенными, харизматичными, даже вдохновляющими. Но внутри – пустота. Им не показали, как быть мужчиной. Культура предлагает суррогаты: успех, контроль, рациональность. Но все это – не про зрелость. Настоящая зрелость требует признания своей раненности, своей уязвимости.

А Пуэр этого боится. Он не умеет быть близким – потому что настоящая близость невозможна без риска. Он не умеет любить – потому что любовь разрушает его контроль. Он может годами пытаться «выйти из Матрицы», не замечая, что основная тюрьма – внутри него самого.

Если ты женщина, ты возможно тоже поняла, о чем идет речь – не потому что ты сама читаешь Юнга или смотришь мои лекции по архетипам, а потому что ты жила рядом с Пуэром. Может быть, ты его любила. Или воспитывала. Или пыталась спасти. Становилась его музой, матерью, терапевтом. Ты думала: «Я поддержу его – и он расцветет». Но он не расцветает от заботы. Он от нее прячется. Потому что взросление для него – это потеря сказки. А ты, сама того не зная, становишься ведьмой, которая мешает ему мечтать. Так работает перенос.

А возможно, ты сама им была – и устала. Ведь, как и у мужчин, этот архетип живет и в женской душе, только прячется чуть иначе – под именем Пуэллы. Вечно молодой, вечно влюбленной. Девочки, которой все время нужно новое чувство, новая надежда, новая роль. Она всегда «почти стала собой» – но еще чуть-чуть не хватает.

И вот ты читаешь это и думаешь: «Ну да, я все это знаю». Конечно знаешь. Женщины интуитивно чувствуют, как устроена психика. Но вопрос не в том, чтобы понимать, – а в том, чтобы жить по-другому.

Все, что хочет сделать Пуэр, – это заслужить любовь. Он добивается успеха, чтобы его заметили, тренируется, чтобы его хвалили, страдает, чтобы его пожалели. Но мужчина становится мужчиной тогда, когда осознает: никто не придет, никто не спасет, никто не будет аплодировать.

Но чтобы прийти к этому, нужно пройти через тень. Признать, что вы не обязаны быть великими. Что вы имеете право быть ранеными. Этим мы с вами и займемся. А теперь давайте нырять дальше, прямо в самую пучину глубоководной психологии.

Глава 1. Архетипы и коллективное бессознательное

Чтобы разобраться в проблеме Пуэра или вообще глубинных психологических шаблонах, нужно понять, что такое архетипы. Карл Юнг – швейцарский психиатр и основатель аналитической психологии – систематизировал и популяризировал на Западе идею коллективного бессознательного.

Юнг выделял несколько уровней психической жизни человека.

1. Сознание – это то, что мы осознаем прямо сейчас: мысли, эмоции, суждения. Они четкие, оформленные, «кристаллизованные». Например: «Мне грустно», «Я думаю, что я неудачник», «Он меня предаст» – это мысли на поверхности.

2. Личное бессознательное – слой глубже. Там хранятся подавленные воспоминания, комплексы, вытесненные эмоции, вытесненные части личности (тень), а также психологические конструкции, такие как черты характера или паттерны поведения. Именно здесь формируются, например, личностные расстройства: если психическая травма структурируется определенным образом – может развиться, скажем, пограничное расстройство; если иначе – нарциссическое.

3. Коллективное бессознательное – самый глубокий слой. Это нечто общее для всех людей, набор универсальных, врожденных психических структур, которые существуют независимо от нашего опыта.

Что такое архетип?

И вот на этом глубинном уровне находятся архетипы.

Это универсальные, доопытные формы восприятия и реагирования, через которые человек воспринимает мир и себя. Их можно представить как пустые формы или матрицы, которые наполняются содержанием из нашей индивидуальной жизни.

Их достаточно много, Юнг считал, что их столько, сколько типичных ситуаций в жизни. У нас нет задачи перечислять и систематизировать все, на это уйдет не одна книга. Упомянем только некоторые.

– Архетип Матери – образ заботы, тепла, безусловной любви или, наоборот, удушающей опеки. Одновременно питающая и пожирающая, дающая жизнь и смерть. Это земля, природа, лоно и бездна.

– Архетип Героя – это не конкретный супермен, а внутренняя потребность преодолевать испытания, идти через боль ради трансформации.

– Архетип Трикстера – тот, кто нарушает правила, разрушает устои, вносит хаос, но тем самым запускает перемены и движение. Он разрушает – но чтобы освободить.

– Архетип Любовника – символ глубокой связи, экстаза, растворения в Другом. Это может быть эротическая любовь, мистическое слияние или эстетическое переживание красоты.

– Архетип Старца – внутренний голос интуитивного знания, источник прозрения, интуиции, нередко проявляющийся в кризисные моменты.

– И, наконец, архетип Пуэра – это внутренний ребенок: вдохновленный, креативный, стремящийся к свободе, но одновременно не способный выдерживать скуку, ограничение, тяжелую работу.

Архетипы – это структуры. Мы не всегда их осознаем, но они формируют наше мышление, реакции и поведение. Это как прошивка в операционной системе – она работает до того, как вы вообще начинаете «думать».

Потому что архетип – это не мысль и даже не чувство. Это нечто более «текущее», более глубинное, более энергетическое, если угодно. Он не говорит: «Меня бросят», как при пограничном расстройстве. Он просто запускает в человеке ощущение экзистенциальной тревоги и поиска идеала, который невозможно сформулировать словами.

Быть Пуэром – это не просто лениться или прокрастинировать. За этим стоит архетипический страх быть обычным. Он заставляет человека мечтать о великом, но одновременно отказываться от реального пути, который ведет к этому великому, потому что он скучен, медленен и требует жертв.

Потому что они общие для всех людей. Архетип Матери есть у каждого, даже если он вырос без матери. Архетип Героя проявляется даже у ребенка, который никогда не читал мифов. Эти образы вплетены в мифологию, религию, сказки, культуру, потому что они встроены в саму структуру человеческой психики.

Юнг говорил, что архетип – это как русло, по которому течет психическая энергия. Мы наполняем это русло собственным содержанием, но само направление задано изнутри не нами.

Пока архетип действует бессознательно, он управляет нами. Мы подчиняемся его логике, даже не понимая, что происходит. Когда мы его осознаем, интегрируем, – мы получаем возможность перестать быть его марионетками. Мы не убиваем Пуэра, мы переводим его из хаотического и разрушающего состояния – в структурированное, зрелое, творческое.

Ты не становишься героем, потому что прочитал «Одиссею». Ты читаешь «Одиссею» и чувствуешь – это про тебя. Потому что архетип Героя уже был в тебе, он отзывается. То же с Матерью, Старцем, Тенью, Анимой – и, конечно, с Вечным Юношей.

Кто такой Puer Aeternus и как Юнг его «нашел»?

Вечный юноша – Puer Aeternus – это один из архетипов, с которым Юнг столкнулся, анализируя пациентов и мифологические образы. Он начал замечать, что у некоторых людей проявляется один и тот же психический паттерн:

– романтичность и идеализм,

– отказ взрослеть,

– постоянный поиск «своего места»,

– стремление к свободе и вдохновению

– и абсолютная нетерпимость к ограничениям и рутине.

Юнг увидел в этом не личную проблему, а архетипическую фигуру, которая встречается в мифах, сказках, религии и психотерапевтическом кабинете.

Миф о Персефоне, Гермесе, Эросе, Дафнисе и Хлое, Питере Пэне – все это вариации одного и того же образа: человека, застрявшего в вечной весне, где все возможно, но ничего не реализовано.

Юнг описывал таких людей как «живущих в мире потенциала». Их жизнь – это ожидание чего-то настоящего, что вот-вот начнется. Но не начинается.

В психологии есть такой термин «Синдром отложенной жизни» – когда человек не проживает свою жизнь в настоящем, а ждет некоего будущего события, чтобы начать «настоящую» жизнь. Эта ситуация характеризуется тем, что текущий момент воспринимается как подготовка, а не как полноценная жизнь. Именно эта идея позже была развита его ученицей Марией-Луизой фон Франц в книге Puer Aeternus, где она подробно описала психологию и судьбу «вечного юноши».

Потому что, в отличие от неврозов и диагнозов, архетип не «лечится», ведь это не болезнь. Это сила, которую можно либо подавить (и заболеть), либо преобразовать (и начать жить).

Как неоформленный гений внутри тебя. При грамотном использовании он может вдохновлять. Но если ты не вступишь с ним в диалог, он будет разрушать, сжигать твою энергию на фантазии, вести тебя за очередной мираж – и каждый раз отводить от настоящей жизни, в которой нужно приземляться.

Юнг не осуждал Пуэра, осуждение вообще едва ли применимо к таким вечным формам. Он считал, что в каждом человеке живет ребенок, который хочет вечной весны. Вопрос лишь в том, подчинен ты ему или он тебе.