Александр Науменко – Лист на ветру (страница 18)

- Срань! - вдруг завопил он, грохая зеркало о стену. - Дерьмо! Говно! Чтобы вы все сдохли! Аа!

Как такое могло произойти. Всего за какие-то гребаные сутки, Олег из красавца, превратился в жуткого урода. Его внешность пострадала, и всему виной эти твари.

Олегу хотелось рвать и метать. Красная пелена залила глаза. Руки дрожали от нетерпения кого-нибудь пристрелить. Больше не в силах стоять на месте, мужчина рванул на улицу, позабыв о фонаре, который так и остался лежать на полу.

Оказавшись под открытым небом, Олег, натыкаясь будто слепой, на углы зданий, брошенные автомобили двигался в неопределённом направлении. В руках находилась винтовка.

Спустя какое-то время, до его слуха долетел шум мотора. Он был где-то рядом. Двигаясь на звук, мужчина вскоре увидел маленький огонёк, по-видимому, фонарик. Возле автомобиля находилась темноволосая женщина, лет тридцати, а рядом с ней громадный пёс, из пасти которого брызгала пена. Когда бешеная собака прыгнула, Олег тщательно прицелился, не обращая внимания на боль, и выстрелил. Пса откинуло в сторону, а женщина, развернувшись, посветила фонарём в его сторону.

- Кто вы? - спросила она дрожащим от пережитого голосом.

У Олега буквально всё кипело внутри. Она была красавицей, по сравнению с ним, уродом. Ирония судьбы. Когда ему повстречался человек, да вдобавок женского пола, удача повернулась к нему задницей. Вначале откушенный палец, а потом изуродованное лицо, которое жутко болело, причиняя нестерпимые муки. От этой боли он плохо стал соображать. В голове стоял сплошной туман. Злоба кипела, переливаясь через края, грозя перерасти в окончательное и бесповоротное безумие.

Двигаясь к незнакомке, Олег перестал соображать от злости и боли. Его гнала вперёд лишь ненависть ко всему. Да, пускай он стал уродом, но эта девка не станет над ним издеваться. Никогда.

Приблизившись к женщине, Олег с размаху двинул ей кулаком в лицо. Тут же из разбитого носа хлынула кровь, капая на губы и подбородок. Мужчина довольно усмехнулся, скаля окровавленные зубы. Его глаза поблёскивали во мраке, горя безумием.

14.

Какое-то время Олеся находилась в полной прострации. Вначале огромный пёс, который хотел прыгнуть на неё, а потом и выстрел. Девушка смотрела на собаку, а после перевела луч своего фонаря на приближающуюся фигуру. В руках у незнакомца была винтовка. Она вздрогнула, когда увидела окровавленное лицо мужчины. Часть носа отсутствовала, а в щеке находилась дыра, показывая ряд зубов. Левая рука была обмотана бинтами.

- Кто вы? - спросила она дрогнувшим голосом.

Олеся никак не ожидала увидеть человека в этом мёртвом городе. Ей думалось, что она осталась одна на всем белом свете, а тут получалось, что выходило иначе. Все-таки кто-то ещё смог выжить, оставшись после всемирного исчезновения. И это радовало.

Так и не ответив, мужчина, приблизившись к Олесе, с размаху двинул ей кулаком в лицо. Это было настолько неожиданно, что девушке даже в первый момент хотелось рассмеяться. Как же, встреча двух людей, возможно последних, и такая тёплая встреча. Но потом пришла боль. Боль от тычка под рёбра, когда носок ботинка незнакомца вонзился в её плоть.

- Ты считаешь себя самой умной? - поинтересовался мужчина, брызгая кровью.

Он слегка склонился над ней, с ненавистью глядя ей в глаза.

- Считаешь меня уродом?

- Нет, - пролепетала Олеся, чувствуя, как по подбородку стекает кровь из разбитого носа. - Я вас таким не считаю.

- Врешь, сучка

В голосе мужчины было столько злобы, что становилось жутко.

- Я знаю, что ты меня считаешь уродом. Это видно по твоей роже. Чего кривишься?

Кривилась Олеся не от внешнего вида, а точнее, не только от него, но и от боли, которая пульсировала в рёбрах. Она подумала, что этот тип ей что-то сломал. Дышать почему-то стало больно, а во рту почувствовался вкус крови.

"Не проткнуло ли мне ребро лёгкое", - подумала она с тревогой.

- Ну, чего умолкла, сучка?

Мужчина схватил Олесю за длинные волосы, резко дёргая на себя. Боль в боку пронзила тело с новой силой. Не выдержав, девушка закричала. Изо рта хлынула кровь перемешенная с рвотой.

"Господи, он мне точно что-то повредил".

На Олесю нахлынул страх перед смертью, но тут же отступил, когда ей представилось, что возможно после своей гибели она сможет попасть к своему мужу и сыну, соединившись с семьёй.

"Ну и пусть! Наверное, это даже и к лучшему. Не стану больше мучится. Сама бы я никогда не смогла бы наложить на себя руки. Так бы и жила в одиночестве, пока не умерла от болезни, или старости".

Разозлившись на то, что Олеся не отвечает, мужчина принялся с ненавистью пинать лежавшее на асфальте тело, нанося удары по самым чувствительным местам. Они приходились в живот, грудь, лицо. Тело стало сплошной пульсирующей болью. Олеся хрипела, отплёвывая кровь, пытаясь прикрываться руками. Но эти жалкие попытки, казалось, злили мужчину ещё больше. Он буквально зверел, видя, как девушка предпринимает всё новые и новые усилия отползти от него, защититься руками.

"Зачем я это делаю? Надо просто лечь на месте и дождаться, пока он меня добьёт. Возможно вытащит из-за пояса пистолет, и просто пристрелит, без мучений, сразу".

- Чего ты улыбаешься, сука? - окрысился незнакомец.

Но Олеся даже не думала улыбаться. Её губы непроизвольно растянулись, но не от веселья, а от боли. Сознание плыло. Казалось, что она выпила не одну бутылку. Да и рвота не давала покоя.

Девушка попыталась подняться на четвереньки, но тут же получила мощный удар ногой в живот. Воздух сразу покинул лёгкие. Олесе лишь оставалось беззвучно открывать рот, будто рыбе, которую выбросило на берег.

- Нравится? - с удовлетворением в голосе поинтересовался монстр в мужском обличии. - Это ещё что. Дальше будет только лучше.

Достав сигареты, незнакомец закурил, расхаживая возле распластавшегося тела. Он говорил что-то о своей жизни, о каком-то поджоге и Тарасе с Ольгой, но Олеся всего этого не слышала. Она переводила дух, стараясь отдышаться и собраться с мыслями. Олеся почему-то знала, что это ещё не конец её мучениям, а скорее только начало.

Олеся подумала об Алле, и о её пророчестве, которое женщина предрекла человечеству перед своим самоубийством.

"Нет, апокалипсис происходит в наших сердцах, в наших душах. Мы издеваемся, истребляя себе подобных по ничтожным поводам, будь то расовая ненависть, делёжка территории или ещё что-нибудь глупое".

Апокалипсис произошёл не несколько дней назад, а ещё на рассвете человечества, когда первые люди взяли в руку дубинку и пошли войной на своего собрата. А это лишь итог. Итог истории людей, которые даже после исчезновения почти всего человечества, продолжают кипеть от ненависти, измываясь. Нет чтобы протянуть руку помощи, но куда там.

Закончив рассказывать о чём-то своём, мужчина выплюнул недокуренную сигарету, по-видимому, собираясь с мыслями и что-то обдумывая. Потом оскалившись жуткой улыбкой, нагнулся над распростёртой Олесей, переворачивая ту на спину.

- Больно? - с сочувствием в голосе поинтересовался он.

Девушка ничего не ответила, ощущая подвох в этом обманчивом тоне. Впрочем, она оказалась права. Руки мужчины зашарили по её телу, пощипывая в разных местах. Морщась от боли, Олеся двинула этого психа ногой в пах. Тот, согнувшись, захрипел. Глаза чуть не вылезли из орбит, а изо рта потянулась нить окровавленной слюны.

- Дрянь, - наконец протянул он. - Ты за это жестоко поплатишься, грязная сучка.

Схватив Олесю за волосы, мужчина принялся бить её затылком об асфальт. В глазах сразу же потемнела, а отступившая было тошнота снова подкатила к горлу.

- Нравиться! - орал он, переходя на визг. - Нет, ответь мне, тебе нравиться? Хочешь ещё? А, сука, хочешь?

Подняв руку, Олеся вонзила ногти в рану на щеке, делая дыру ещё больше. Она буквально почувствовала, как под её пальцами рвётся плоть. Мужчина заверещал, отскакивая назад. Он схватился за щёку, громко хныкая.

- Сука! Ты что наделала? Ты? Что? Наделала?

Мужчина завертелся волчком, пытаясь уменьшить боль. Из раны снова хлестала кровь, заливая одежду, просачиваясь сквозь пальцы.

Наблюдая за всем этим, Олеся поднялась на четвереньки и поползла в темноту, даже не побеспокоившись о фонаре. Ей хотелось заползти в какую-нибудь дыру, где можно перевести дух. Пускай там будет темно, сыро, главное одной.

- Ты куда? - догнал её в спину истерический голос. Оля! Ты куда?

"Какая ещё Оля?" - подумала Олеся.

Затылок ломило от ударов. Олесю несколько раз вырвало желчью, так как в желудке уже ничего не осталось. Да и ребро сильно беспокоило. Внутри что-то кололо при каждом вздохе.

- Я спрашиваю тебя, ты куда? Ха-ха-ха! Куда?

Мужчина нагнал Олесю всего за пару секунд. Девушки далеко отползти не удалось. Её собственный фонарь уставился ей в лицо, ослепляя, лишая зрения. В тени же находился сумасшедший. Да-да, Олеся теперь поняла, что этот человек безумен. Он абсолютно не контролировал себя.

- А вот я снова тут, - ухмыльнулся он.

Девушка увидела свисающий лоскут плоти, который она вырвала из щеки. Из дыры капала кровь, на асфальт, ей на лицо.

- Что тебе надо? - наконец смогла выдавить из себя девушка, тут же поперхнувшись.

- Что мне надо?

Мужчина призадумался, как будто в самом деле обдумывал этот простой вопрос. Он даже откинул голову назад так, что лоскут на щеке затрясся. Его карие глаза уставились во тьму, будто погрузившись в неё.