Александр Нагорный – Холодная война 2.0. Стратегия русской победы (страница 4)

Международная финансовая олигархия отстроила мировые правила игры под себя, что позволяет ей осуществлять глобальную гегемонию. Центральным элементом этой системы является монополия на эмиссию мировой валюты, которой является доллар. Оставаясь основной валютой, обслуживающей мировой товарооборот, доллар, по своей сути, является инструментом, позволяющим мировой финансовой олигархии латентно эксплуатировать народы стран, признающих его в качестве международного средства расчета, то есть легальным, международно признанным мошенническим инструментом. Контролируя правила игры в международных финансах, международная финансовая олигархия принудила практически все страны к выплате ей дани.

Однако в настоящий момент сложившаяся система поставлена под вопрос в связи с появлением сильного геополитического и геоэкономического конкурента в лице Китая, который всерьёз намерен оспорить права гегемона. Очевидно, что с изменением баланса мировых сил, вызванным бурным ростом экономик стран Юго-Восточной Азии, и в первую очередь КНР, рушится сложившееся однополярное мировое устройство, и человечество уже сегодня находится в очередной фазе нестабильности, предшествующей общемировому переделу сфер влияния.

Приступив к реализации политики «интернационализации юаня», Китай покусился на самое важное для международной финансовой олигархии – на доминирующее положение США в международных финансах и статус доллара, остававшегося до сего времени единственной и безальтернативной мировой валютой, то есть на те главные факторы, которые обеспечивают её могущество. И это вполне обоснованно было воспринято как вызов, брошенный ей китайской элитой. В рамках этой ключевой схватки самым опасным для международной финансовой олигархии становится объединение усилий Китая и России, ибо такой союз способен не только сдержать агрессивную экспансию Запада, но и радикальным образом изменить соотношение сил в пользу его главного конкурента. И международная финансовая олигархия пытается сыграть на опережение: свидетельством являются события, происходящие сегодня на Украине, санкционная война, объявленная России, искусственное ослабление рубля, дестабилизирующее российское общество, демонетизация российской экономики и высокие процентные ставки, являющиеся следствием противоречащей целям развития политики либеральных финансовых властей России, – всё это звенья одной цепи. Цель – ввергнуть страну в состояние острого социально-экономического кризиса и, расшатав её изнутри, привести к власти подконтрольное им руководство, чтобы, рассорив Россию с Китаем, использовать её в войне с ним, при необходимости – в качестве «ядерной дубинки».

По сути, все события, происходящие сегодня вокруг России, направлены на создание безопасных для Запада условий устранения главного конкурента – Китая, где самой России отведена роль политического инструмента. Данное обстоятельство диктует необходимость осуществления российскими властями решительных шагов, направленных не только на недопущение подобного хода развития событий, но и извлечения из складывающейся ситуации максимума политических дивидендов. Причём не только для себя, но и для всего человечества.

На первом этапе основным полем противостояния Китая и США будет мировой финансовый рынок, где в качестве оружия будут выступать доллар и юань. Но у Китая сегодня нет достаточно сильных и близких союзников, аналогичных союзникам США по блоку НАТО, и одной лишь его нынешней мощи недостаточно для противостояния Западу. И в этой ситуации единственным для него выходом является тесный военно-политический альянс с Россией, которая обладает стратегическим ядерным оружием, способным сдержать Запад. Причём Россия сегодня также нуждается в подобном альянсе с Китаем.

Однако следует иметь в виду, что возникновение российско-китайского альянса приведёт к образованию столь же неустойчивого, неизбежно конфронтационного, двухполюсного мира, способного лишь отсрочить большую войну. Избежать же её можно, лишь создав третий центр силы.

Оптимальной в плане обеспечения долгосрочной безопасности человечества могла бы быть трехполюсная конструкция мира, с его разделением на три самодостаточные монетарно-экономические зоны (по сути, цивилизации), где вершиной первого полюса был бы лидер Востока – Китай, второго – лидер Запада США, а третья зона, в отсутствие ярко выраженного лидера, была бы многоглавой, состоящей из стран, которые статусу «младшего брата» в двух первых зонах предпочтут статус равного в третьей.

У такой конфигурации мира будет немало преимуществ.

Во-первых, каждая из сторон будет заинтересована в сохранении сложившегося баланса сил, поскольку, в случае его нарушения и исчезновения одной из них, две оставшиеся окажутся в условиях биполярных конфронтационных отношений.

Во-вторых, в случае чрезмерного роста могущества одной из сторон, две другие, объединившись, могут принудить её к сдерживанию роста до паритетного уровня.

В-третьих, такая конфигурация будет самоподдерживающейся системой, в сохранении которой будут заинтересованы все три стороны.

Если с двумя первыми зонами все более или менее понятно, то контуры третьей пока размыты. Наиболее сильный ход, который мог бы оказаться решающим для ее образования, – достижение договорённости между двумя ключевыми странами: Россией, являющейся богатейшей по природным ресурсам страной мира и обладающей стратегическим ядерным оружием, и Индией, с ее полуторамиллиардным населением (и соответствующим размером рынка), с потенциалом экстенсивного роста как минимум на несколько десятилетий. Ресурсов двух этих стран вполне хватило бы для создания самодостаточного центра силы, способного конкурировать с двумя другими. Но в силу большей, чем у конкурирующих зон, демократичности этого ареала, к нему, с большой долей вероятности уже в первые же годы образования, примкнут такие мощные страны, как Бразилия, Иран, ЮАР и другие, которые роли сателлитов США или Китая предпочтут членство в третьей – независимой – зоне.

Таким образом, именно Россия сегодня является страной, способной бескровно восстановить глобальный баланс сил и спасти мир.

Конечно, новый мир возникнет независимо от участия России в его строительстве, но степень её влияния в нём будет зависеть от степени её активности на этапе его строительства. И оптимальной для неё ролью в миростроительстве была бы роль инициатора создания Третьей цивилизации, в случае возникновения которой Россия, при правильном позиционировании, обречена на статус её неформального лидера.

В силу целого ряда причин, самыми благоприятными условиями по инициированию и созданию третьей зоны обладает Россия. Главная из них – это её статус лидера Евразийского экономического союза, на основе которого и можно будет создать третью зону. На пути к построению третьего глобального полюса силы необходимо активизировать работу по вовлечению в евразийский интеграционный процесс наших традиционных партнёров, ускорить подписание соглашения о зоне свободной торговли с Вьетнамом, начать соответствующие переговоры с Индией, Сирией, Ираном, Турцией, объединениями МЕРКОСУР и «Боливарианский альянс» в Латинской Америке.

Совершенно очевидно, что евразийский интеграционный процесс должен преподноситься не как вещь в себе, то есть не как сугубо региональный проект с ограниченными целями и ограниченным числом участников, а как глобальный проект восстановления общего пространства развития веками живших вместе, сотрудничавших и обогащавших друг друга народов от Лиссабона до Владивостока и от Петербурга до Коломбо.

Для успеха проекта важен не только учёт прагматических экономических интересов – не менее, а скорее даже более важным является идейный фундамент нового образования. Союз должен предложить реальную альтернативу сложившемуся мировому устройству, выдвинуть новую парадигму развития на основе иной системы ценностей.

В контексте цивилизационного выбора, а также позиционирования в общественном сознании, в поле общественного мнения тех или иных интеграционных группировок, объединений и других подобных образований именно вопрос о ценностях является ключевым, поскольку именно те или иные ценности непосредственно связаны с самоидентификацией социальных общностей, этносов, наций и цивилизаций. В немалой степени это и вопрос самоидентификации элит, от которого зависит развитие различных наций и тех интеграционных группировок, которые они образуют.

К сожалению, вопрос о ценностях евразийской интеграции пока ещё очень слабо артикулирован, во многих аспектах – вообще не озвучен в явном виде, хотя некий особый ценностный цивилизационный код на евразийском пространстве, несомненно, существует объективно и органично по умолчанию.

На этом фоне представляется принципиально важным, чтобы формирующийся Евразийский союз явил миру альтернативный проект и систему ценностей, которые учитывали бы, с одной стороны, традиции народов, его населяющих, а с другой стороны, позитивный, а равно и негативный опыт других интеграционных проектов и центров силы, как в исторической ретроспективе, так и в современных условиях.

На наш взгляд, эта ценностная система должна включать в себя следующие компоненты и принципы: