Александр Надеждин – Опыты прикладной философии: интеллигенция, народ и другие (страница 2)
2. Провокация в Тонкинском Заливе, когда атака на американские корабли была приписана северовьетнамской стороне конфликта с целью значительной эскалации военных действий, которая якобы была необходима одному из кандидатов в президенты для победы над его конкурентом перед предстоящими очередными выборами.
3. Осознанное бездействие президента Рузвельта4 , несмотря на предупреждения разведки, в связи с готовящейся атакой японцев на Тихоокеанский Флот в Пёрл-Харбор в надежде стимулировать поддержку населением вступления США во Вторую Мировую войну.
Все три случая являются источником более или менее известных теорий заговора, которые здесь не стоит излагать, благодаря достаточному числу публикаций. Насколько я могу судить, многие из подобных теорий не являются опровергнутыми в умах интересующихся людей, то есть ждут своего окончательного разрешения и консенсуса. Лично мне к этой последовательности хочется прибавить дело об убийстве другого Кеннеди5 до сих пор сидящим в тюрьме иммигрантом иорданско-палестинского происхождения Сирхан Сирханом. В этом случае опубликованные детали произошедшего и столкновение тогдашних интересов влиятельных людей – просто идеальная почва для конспирологической интерпретации. Особенно в свете деталей, недавно описанных сыном убитого, из которых следует возможное участие ЦРУ, то есть людей, связанных с властями.
Достаточно часто можно услышать мнение, что теория заговора или в более общем смысле гипотеза запланированного акта вместо стечения обстоятельств или естественных зконов развития общества, является нормальной, хотя и часто необоснованной реакцией коллектива людей на ухудшение их общественного статуса в поиске «виноватых» вне этого коллектива. Хорошим примером можно считать теорию о еврейском заговоре с целью захвата выгодной позиции в мире христианского большинства. Здесь есть варианты: это может быть заговор влиятельной группы «сионских мудрецов» с целью создания мирового правительства, заговор еврейских врачей с целью уничтожения руководителей советского государства и, наконец, заговор еврейских священнослужителей с целью проведения кровавых обрядов, включающих убийство христианских младенцев для обретения магической силы. Наконец, распространение таких теорий могло быть спонтанным проявлением бытового антисемитизма или результатом заговора заинтересованных лиц, находящихся у власти. Можно сказать: были бы потенциально виновные, а улики и аргументы найдутся или будут изобретены.
В сети теория заговора описана как результат параноидального характера отношений между группами с противоположными интересами. Теории заговора как правило, становятся популярными у групп населения, находящихся в стеснённых или несправедливых, по их мнению, обстоятельствах. В странах с демократическим общественным строем теории заговора популярны среди граждан, недовольных результатами выборов, ведущих к нежелательным для них последствиям. С другой стороны, это может быть и параноидальной реакцией людей, подозревающих злые намерения со стороны властей предержащих, а также вышедших из-под контроля избирателей, высокопоставленных бюрократов при сложившихся исторических обстоятельствах. В некотором обобщённом смысле, как мне кажется, эта реакция и постоянная настороженность унаследована нами от предков, когда соседние племена и страны, находящиеся в конкурентной борьбе друг с другом за ресурсы, необходимые для выживания, были просто обязаны подозревать и разоблачать дурные влияния и тайную агрессию, идущие извне. Впрочем, далеко во времени для поиска примеров ходить не надо. Оставив пока в стороне политику, мы можем обратиться к жизни корпораций, особенно тех, которые находятся на переднем краю технологического прогресса. Книга руководителя компании Интел6 Эндрю Гроува «Только параноики выживут», прекрасно иллюстрирует жизненную необходимость быть настороже в конкурентной борьбе.
Мне, пережившему несколько лет всемирного кризиса пандемии ковида с прививками, ограничениями в общении и передвижении, повторными заболеваниями и противоречивыми методами лечения, трудно отказаться от хотя бы беглого рассмотрения этой темы, богатой опытом создания и разоблачения теорий заговора и разоблачений самих разоблачителей. Период пандемии уже отделён он нас несколькими годами не менее значимых мировых кризисов, а расследования активных деятелей той эпохи лишь только ещё входят в фазу отсеивания фактов от вымыслов. Однако серьёзные основания подозревать заговоры огромного масштаба со стороны государственных органов, профессиональных союзов и, наконец, политических и финансовых организаций существовали и в начале, и в середине кризиса, и до сих пор существуют, требуя нелицеприятного анализа. Отнюдь не в качестве доказательства их истинности, но в качестве аргументов в их пользу, известных интересовавшимся и, в общем и целом, доступным читающей и слушающей публике, перечислю некоторые из них. Итак, мы имеем описанные в сети случаи намеренной дезинформации печатью и телевиденьем с подачи официальных источников, плохо вяжущиеся с демократическими традициями угрозы специалистам, несогласным с решениями бюрократов, выдачи правительственных грантов учёным в зависимости от согласия отказаться от уже опубликованных результатов, опровергающих официальную линию; драконовские меры, применяемые по отношению к большим группам населения, несогласным с теми политическими решениями, которые негативно отразились на их жизни. Возражения этим теориям заговора основаны на возможности совпадений и неразберихи в принятии важных решений или даже обвинения конспирологов в злонамеренной подтасовке фактов. Вспомним издевательскую фразу, подхваченную наёмными болтунами с телеэкрана, о том, что верящие в заговор властей подобны верящим в то, что Земля плоская.
И всё же не могу не упомянуть несколько весьма подозрительных ситуаций:
Первый коронавирус новой болезни, внезапно обнаруженный в г. Ухане, был описан основными средствами информации и ответственными правительственными чиновниками как натурально полученный первыми жертвами на рынке свежих продуктов животного происхождения. При этом, как было почти сразу официально объявлено, вирус содержал последовательности нуклеотидов, существовавших в генетическом коде «панголинов» из Юго-Восточной Азии и летучих мышей, обитавших за тысячи километров от них в отдалённых пещерах Северного Китая. Через какое-то время стали известны неуклюже скрываемые тогда сведенья, что эти отрезки генетического кода существовали в добавок к искусственно внедрённым участкам ДНК, что довольно прямо указывает на лабораторное происхождение первоначальной инфекции.
После обнаружения первых жертв в г. Ухане китайские власти приняли серьёзные карантинные меры, одновременно скрыв проблему от остального мира с последующим катастрофически быстрым распространением смертельной опасности на все континенты.
Закрытие школ в США без доказательных обоснований, приведшее к огромным проблемам в экономике и народном образовании в год, когда этот кризис мог повлиять на результаты предстоящих выборов президента США.
И, возможно, самое главное – категорический и, по-видимому, беспрецедентный запрет высшей медицинской администрации на методы лечения и лекарства7 практикующим врачам с угрозой лишить нарушителей лицензии. Последнее держалось некоторое время в секрете от населения, как, например в Канаде, но вскоре оказалось секретом Полишинеля. Тем не менее, вся эта информация замалчивалась и игнорировалась основными органами печати в странной, на первый взгляд, кооперации «независимой прессы» с правительственными органами принятия решений.
Я осознаю, что, несмотря на многочисленные утверждения либертариански8 настроенных блогеров, вышеприведённые аргументы не являются доказательством существования какого-то общего заговора, объединившего многочисленные правительства, академические круги, фармацевтические компании и практикующих врачей в одну систему, преследующую хорошо определённые цели. Например, сокращение народонаселения для предотвращения кризиса ресурсов или подчинение широких масс населения диктату некоей элиты, преследующей цели мирового господства для проведения в жизнь радикальных реформ. Конечно, многие наблюдаемые явления указывают и на отсутствие необходимой компетенции у правящих органов, и на хаотичную реакцию публики и регуляторов на возникший кризис, и на технические и методологические ошибки вследствие недостаточности знаний в области медицины и фармакологии. И всё же неоспоримые факты сокрытия информации и последующее признания официальных лиц под присягой в обмане публики не могут быть легко и целиком списаны на хаос или некомпетентность. Как мне представляется, вместо единого и универсального заговора мы здесь имели дело с целом рядом локальных заговоров для получения желательных, пусть даже кратковременных результатов отдельными группами людей, обладающих различной степенью власти. Обращаясь к физической аллегории, представим себе турбулентный поток в замкнутой системе: хаос, наблюдаемый локально, может обернуться достаточно структурированной картиной взаимодействующих друг с другом вихрей при взгляде со стороны.