Александр Моисеев – Кровавая тень государства. Часть вторая «Архангел». Том второй (страница 12)

– Александр Алексеевич, это Борис Николаевич. – сказал президент.

– Какие новости по моему вопросу? – спросил я.

– Решаются. Ваши девицы и до министра добрались. Он уже действует. Дал поручение найти лучших нейрохирургов страны, которые ближе всего к вам. – сказал президент.

– Сколько времени будут искать? – спросил я.

– Сказал, что в течении десяти-пятнадцати минут вам позвонят. – сказал президент.

– Отлично. Пусть сообщат, во сколько мне это обойдётся. Я заплачу. – сказал я.

– Ну что вы, Александр Алексеевич? Менять жизнь ребёнка на деньги? Сейчас нужно думать о спасении жизни ребёнка, а не о деньгах, понимаешь. Ничего не нужно. А вот с вашими красными девицами, которые так в оборот могут взять по вашему приказу, я бы познакомился лично. Ведь мне и МЧС доложился о том, что и на них ваши девочки вышли и не попросили, а потребовали помощи для ребёнка, если понадобится его эвакуация в другое медицинское учреждение. – сказал президент.

– А они чего? – спросил я.

– Ну а чего они? Согласились. Но решили на всякий случай доложить мне. Я им сказал, что с вами нужно дружить. – сказал президент.

– Понятно. Спасибо, Борис Николаевич, за поддержку. А по поводу знакомства с моими девочками, то я думаю, что у вас будет такая возможность. Правда одну из них вы уже встречали ранее. – сказал я.

– Значит она была тихой и ничего не требовала. – засмеялся президент.

– Точно. Нам бы с вами встречу запланировать. У меня есть вопрос, который я хотел бы с вами обсудить. Найдёте для меня окно в ближайшее время? – спросил я.

– Сейчас посмотрю… Если только через две недели. Но не точно. Я запишу себе. Мой помощник с вами свяжется, когда у меня образуется окно. Но это точно не раньше, чем через две недели. – сказал президент.

– Хорошо. Я себе запланирую поездку на тот период. Буду ждать звонка. – сказал я.

– А по телефону нельзя обсудить данный вопрос? – спросил президент.

– Не люблю важные дела обсуждать по телефону. – сказал я.

– Я вас понял. Хорошо. Вам сообщат. Я надеюсь, что мальчик поправится. Пожалуйста, держите меня в курсе о его состоянии. – сказал президент.

– Хорошо. Я попрошу моих девочек докладывать вам о состоянии мальчика. – сказал я.

– Ну спасибо, Александр Алексеевич. – засмеялся президент.

– Пожалуйста, Борис Николаевич. До свидания. – сказал я.

– До свидания, Александр Алексеевич. – сказал президент и положил трубку.

– Девчонки достали всех. – сказал я.

– Молодцы девочки. Дают жару. – сказал Владимир.

– Молодцы. Всех на уши подняли. – сказал я.

– Приказ получен, выполняют. – сказал Владимир, в этот момент снова зазвонил телефон.

– Симонов. – сказал я, взяв трубку.

– Александр Алексеевич, это Нечаев, министр здравоохранения. – сказал голос в трубке.

– Здравствуйте. Слушаю вас. – сказал я.

– Я звоню вам по вашему вопросу в отношении мальчика с травмой головы. – сказал министр.

– Хорошие новости есть? – спросил я.

– Есть. Ваши сотрудники даже мёртвого заставят плясать. Мы недавно по этому поводу говорили с президентом. И я очень хотел бы посмотреть на ту даму, которая заткнула мне рот и приказала слушать её внимательно, пока не началось. Очень захватывающе. – сказал министр.

– Я вас обязательно с ней познакомлю. А теперь можно перейти к делу? Мне некогда развлекаться разговорами, как и моим сотрудницам, которые выполнили мой прямой приказ. Жизнь мальчика на волоске, господин министр. – сказал я.

– Теперь понятно, у кого они учились. Хорошо. Я дал поручение найти лучших нейрохирургов страны. Нашли четверых. Трое готовы вылететь, а четвёртый врач работает вроде бы на вас, как мне доложили. Но у вас всё настолько секретно, что в министерстве обороны меня очень далеко послали с такими запросами. Причём прямым восьмиэтажным текстом. – сказал министр.

– Не понял. Какой нейрохирург на меня работает? – удивлённо спросил я.

– Семёнова Раиса Михайловна. Слышали о такой? Один из лучших нейрохирургов страны. Военврач. Если она согласится, то замечательно, если нет, то МЧС готово отправить свой борт с врачом к вам. – сказал министр.

– Ангел, нашего военврача сюда! Живо! – громко приказал я Владимиру, от чего он дёрнулся от неожиданности.

– Есть. – сказал Владимир и сразу сказал в рацию – Ангел три, ответь Ангелу.

– Ангел три на связи. – ответил Андрей.

– Ангел три, немедленно доставить нашего военврача в городскую больницу. – приказал Владимир.

– Есть. – ответил Андрей.

– А вы что, не знали, что она нейрохирург? – спросил меня министр.

– Её личное дело не менее секретное, чем вся наша организация. Я знаю, что она военный хирург и до сих пор мне этого было вполне достаточно. – сказал я.

– Ну теперь будете знать. Ещё. Если в дальнейшем нужно будет перевезти мальчика к нам в Москву, то сообщите. Я решу этот вопрос. – сказал министр.

– Хорошо. Спасибо вам большое. Если ребёнок выживет, то с меня большая бутылка отличного коньяка. – сказал я.

– Договорились. Если что, я буду у себя, если потребуется отправка хирурга. – сказал министр.

– Хорошо. Спасибо. Мы позвоним и сообщим вам. – сказал я.

– Хорошо. – ответил министр и мы положили трубки.

– Её уже везут сюда. – сказал Владимир.

– Это хорошо. А ты знал, что она одна из лучших нейрохирургов страны? – спросил я Владимира.

– Да ты что? Нет. Не знал. Я знаю, что она многим совсем плохим жизнь спасла. Она Макса с того света вытащила. И Андрюху тоже, когда его тяжело ранили. Но таких подробностей о ней я не знал. – удивился Владимир.

– Вот и я не знал. – сказал я.

– Так получается, что мы подняли всех на уши, а тот, кто нужен у нас работает? Ну ничего себе. – сказал Владимир.

– Только бы она согласилась прооперировать мальчишку. – сказал я.

– Будем надеяться. – сказал Владимир.

– Ладно. Идём в обратно. Узнаем, как там мальчуган себя чувствует. – сказал я.

Мы вышли из машины и пошли обратно в больницу. Войдя внутрь, мы столкнулись с врачом.

– У этого мальчика очень серьёзные покровители. Наш главврач всех на уши из-за него поднял. Ему наш замминистра позвонил и потребовал докладывать о состоянии мальчика каждые полчаса. Похоже, что непростой мальчик. Теперь лично дежурит около него. – сказал врач.

– Обычный мальчик. Просто заместителю министра не безразлична его судьба. – сказал я.

– А мне кажется, что ему просто хорошенько прищемили откуда-то выше. – сказал врач.

– Ладно. Как мальчик? – спросил я.

– Как и прежде. Пока держим в том же состоянии. Он реагирует на раздражители. Значит мозг работает. Сколько ещё он продержится, я не могу вам сказать. – сказал врач.

– Хорошо. Надеюсь, что скоро прибудет помощь. – сказал я.

– Я тоже на это надеюсь. Пойду посмотрю, как он там. – сказал врач и пошёл в реанимацию, а мы пошли в приёмный покой.

– Ну как вы тут? – спросил я.

– Плачет. Больше ей ничего не остаётся. – сказала Лиза.