Александр Мироненко – Перун. Избранник богов. Часть 1 (страница 24)

Наконец усадили на жёсткую скамью. Путы на руках и ногах ослабли, и он облегченно прижался спиною к холодной стене. Рядом слышалось тяжёлое дыхание двоих мужчин. Наконец-то с головы сдернули мешок.

Некоторое время сидел без движимо на дубовой лавке, щуря отвыкшие от света глаза. Небольшая комнатушка. В углу наспех сложенная селянская печь. Посреди широкий стол. У стены лавка на которой он и сидел. Подле него с двух сторон возвышались исполинского роста богатыри. Молчаливо нависая над ним будто живые скалы, своим видом отсекали всякое желание на бунт и неповиновение.

Скудно обставленная холодная, шла в разрез с его ожиданиями. Как-никак детинец, жилище самого князя! А здесь грубо сколоченный стол, да не побеленная печь. Вырубленное по-над самым потолком маленькое оконце выходило заподлицо на вымощенную булыжниками площадь. Сбежать через такое не представлялось возможным. Разве что худощавому отроку.

Единственная польза от окна — это скудное освещение мокрого каменного пола. Даже самый захудалый пропойца украсил бы утварь резными узорами, не говоря уже о росписи. Хотя что верней всего, его привели в пыточную. А в таких местах лепости были лишними. Нервно сглотнув паренек осмотрелся, к своему великому облегчению пыточных приспособлений здесь не было.

Массивная дубовая дверь напротив, распахнулась так будто её выбили тараном. Аки вихрь в комнату влетел одетый в дорогую, расшитую златом и камнями кольчугу великан. Сколь не казались богатырями его охранники, но супротив этого гиганта они были будто тени.

Грозно гремя пудовыми сапожищами, великан быстро приблизился к пленнику. Лицо и грудь обжег испепеляющий взгляд карих глаз. Не в силах играть в гляделки с этим монстром Перун укрощено опустил голову. За столь короткое время парень научился определять по человеку не только его призвание и сословие. Но ещё и саму структуру его духа.

Этот был воин — богатырь. Самый настоящий велетень, защитник родной земли. Причем не тот который отсиживаться на заставах, да раз в пять лет на бой выходит. А настоящий боец. Такой, каким и должен быть богатырь. Благословленный богами на подвиги. Только такого и могла породить эта земля. Закалив в кровопролитных боях неспокойного времени.

Сдвинув чёрные будто ночь, лохматые брови воевода долгое время изучал пленника. Наконец почесав широкую бороду молвил:

— Оставьте нас.

Последнее было направленно в сторону стражей. Учтиво поклонившись командиру стражи удалились, громко звеня латами. В подвале повисла тишина, которую он не смел нарушить. Огромная будто пивной котел голова со шлемом на макушке, заговорила. И каждое слово отдавалось от стен будто зов боевого рога:

— Ты по-нашему разумеешь?

Перун, не подымая взгляда кивнул.

— Немой что ли?

— Нет ваша милость.

— Вот и славно. — На покрытом морщинами лице воеводы отразилось недовольство. — А коли разумеешь так вникай. Второго раза повторять не буду. Сейчас вот в эту дверь войдет сам великий князь и вседержитель земель наших, и окрестных. От Велик — реки до самых мертвых льдов. С князем первым не заговаривать! А не то башку твою отрублю. В глаза не смотреть! Стоять смирно. Отвечать на вопросы владыки споро и честно! Когда он спросит… Коли узнаю, что сбрехал лично шкуру с тебя живьём снимать буду! К светлому князю обращаться не иначе как милостивый владыка! Ты меня понял?

Узник поспешно кивнул. Тут же на него обрушился удар такой силы. Что, казалось бы, его голова оторвется он шейных позвонков и улетит сквозь оконце. Куда — то далеко, туда где не будет больше боли и страданий. Удар был настолько быстрым, что он не смог даже уловить его взглядом. В черепе гремели водопады, когда воевода снова занёс свою широкую длань для подзатыльника.

— Я понял тебя не бей меня. — Быстро выпалил юнец, вставая на ноги, вытягивая руки вдоль тела.

— Молодец. — Неуместно похвалил воевода. — Немногим с первого раза доходит.

Дверь напротив вновь открылась и на пороге показался сам князь. Высокий, статный светловолосый мужчина. С высоким светлым челом, заплетенной в косы бородой. Всё в этом человеке выдавало умелого воина. Обученного рубиться как пешим, так и верхом на лихом коне. Это стало понятно по осанке и походке. Пускай тело и было сокрыто блистающим златом доспехом, но по могучим рукам и плечам можно было измерить недюжинную силу.

Воевода почтительно поклонился, а Перун и вовсе рухнул на пол к ногам владыки. Стоящий рядом с воеводою широкоплечий князь, всё же смотрелся подле него будто малец около тяти. Едва доставая тому макушкой до груди.

— Ну будет тебе Илья. Небось запугал мужичка. — Звонко засмеялся князь, да так заразительно что и сам грозный воевода украдкой улыбнулся в бороду. — Встань отрок. У меня дело к тебе есть.

С неимоверным облегчением, сошел тяжкий груз с груди паренька. Не спеша, как и учил его воевода, он поднялся с холодного пола. Обмер, не вправе пошевелиться. Всё это время его изучал взглядом голубых глаз светлый витязь. Наконец удовлетворив своё любопытство, князь молвил:

— Дело требует чрезвычайной секретности. Клянёшься ли ты в верности мне, своему правители и владыке?

— Клянусь. — Не подымая головы отвечал он.

— Да будет клятва твоя нерушимой, и да пошлют на тебя боги наказание, и проклятья. На тебя и весь твой род коли ты клятву нарушишь.

Снова наступило короткое молчание. Князь будто собирался с мыслями, размышляя стоит ли вообще верить смерду — простолюдину. Без роду, без племени. Но видимо решение было принято задолго до этого, и князь начал:

— Это мой воевода. Илья Горыныч. Я доверяю ему как себе. Доверься ему и ты, как твой владыка. Присягни душою и телом. Ибо поступаешь ты ему в услужение. И более подле себя, я тебя видеть не желаю. Более того, запрещаю упоминать на чьей ты службе состоишь. Ибо отныне служба твоя секретна. При моём дворе тебе тоже не место. О местах и времени встречи вы уж сами условитесь. Будешь докладывать Илье Горынычу напрямую. Ровно, как и получать приказы к выполнению. За непослушание будешь бит. За строгостью наказания будет следить твой командир. Тебе это понятно?

— Понятно, милостивый владыка.

Князь задумчиво перевёл взгляд на Горыныча. Продолжил:

— Светозар неоднократно упоминал тебя. Чего смотришь? Жив ваш волхв. Давеча с ним долгий разговор был…. Он твердит что ты колдун силы необыкновенной. Неумелый пока, но могучий к стихиям. Волхв также упомянул что — ты умеешь оборачиваться в зверя. Это правда?

— Правда. — Честно признался хлопец, потупив взор.

— Тогда покажи! Здесь и сейчас.

— Не могу милостивый государь.

Князь гневно зыркнул в сторону воеводы.

— Ты же мне докладывал, что люди твои видели зверя. Сегодня ночью у таверны.

— Докладывал. — С готовностью подтвердил Илья. — Светлый княже! Я от своих слов не отступаюсь.

— Так почему же ты смерд! Проклятый мне здесь мозги, пудришь?! — Гневно наступал князь на пленника.

В какой-то момент они поравнялись. Оба молодые, крепкие. Один с чёрными будто вороное крыло волосами. Почерневший под знойным солнцем, с нечёсаной бородой. Второй со светлыми как пшеница кудрями и белым нетронутым солнцем лицом. Оба ровесники по летам, и по росту. Разве что Перун на пару пальцев ниже. Отступая к стене, будто ища защиту от княжеского гнева он ответил:

— Не серчай княже. Я ведь еще до конца не на учился оборачиваться. Сегодня ночью вот получилось, да на силу снова в личину человеческую вернулся.

Князь гневно зашагал от стены к стене. То и дело останавливаясь рядом с пленником, будто пытаясь вывести того на чистую воду. Перун стоял как вкопанный, с почтительно опущенной головой. Немного остыв, князь продолжил:

— Ладно уж. Поверю тебе. Я от колдовства далёкий. Мне больше под стать жаркие битвы, подвиги да молодецкая удаль. Но всё же ты можешь быть полезным. И ты мне послужишь! Мои разведчики докладывают, что к Старгороду движется огромная армия умертвий. Возглавляемых отвергнутых богами изгоями. Да поразит Всесоздатель их сердца и души! К пятому дню орда будет уже здесь….

— К завтрашнему вечеру. — Не подумавши буркнул пленник.

Князь умолк, задыхаясь от гнева от такой невиданной наглости. Будто сыч, яро выпятив глаза раздулся воевода. Владыка хотел уже было заорать, как осёкся и переспросил:

— К завтрашнему вечеру? Что ты городишь?! Откуда такая новость?!

— Великий государь… — Начал было воевода, но был остановлен властной рукой. Давая понять, что в нём пока нет нужды.

— Я сам вчера видел. — Уже пожалев о сказанном боясь, как бы ему не укоротили язык, отвечал пленный. — Когда вчера ночью в лес на разведку выходил.

— И что же ты видел?

— Повидал я многое княже. Да только вот кто мне поверит?

— Говори же змей тебя дери! Иначе прикажу высечь!

— Увидал я владыка, несметное войско. Войско мертвецов.

— Где именно?

— У подножия гор на западе.

— У подножия гор… — Задумчиво почесал бороду князь. Обратился к воеводе. — Сколько дней пути от гор такому войску. Как сам думаешь, Горыня?

— Пять дней владыка. — Грозным гласом отвечал богатырь. — Пускай сие войско и многочисленно, но умертвия быстро не ходють. Посему и особой опасности для города не представляют. Отсидимся за стенами, да будем выбираться на вылазки. Так и разобьем войско чёрное. Во славу светлых богов! Чай не впервой.