Александр Мироненко – Осколки Нации (страница 47)
Сколько он так пролежал? День? Год? Или же вечность? Сильным рывком его вздёрнули на ноги. Когда жирные мухи перед понемногу успокоились, из пелены проступала картинка высоченного, не менее пяти метров забора. Выполненного из выщербленных дождями и временем бетонных плит.
— Фонари включайте, а то пристрелят. Говорить буду я. — Пробормотал Агван, направляясь к выбитой дыре на стыке плит.
Герой протиснулся сквозь узкий проход, обдирая об острые края локти и плечи. Впереди виднелось чудом уцелевшее высокоэтажное здание в форме огромного яйца, огороженное ещё одним наполовину завалившимся забором из проволоки и стоящими в стороне четырьмя вышками, снабжёнными смотровой площадкой. Мощный удар луча прожектора ударил по глазам героя, и он закрылся ладонью. Грубый голос с небес прорезал тишину ночи:
— Территория под охраной. Открываю огонь через три, две, одну…
— Отставить! — Прокричал Агван. — Ты что, об дуб ударился?! Начальство не узнаёшь?!
Прожекторы разом погасли, и герой непроизвольно хрюкнув от выступивших слёз. Глаза понемногу привыкли к темноте. Разглядев сквозь тьму ночи здоровенного стражника, спускающегося вниз по приставной лестнице с одной из вышек, он мысленно приготовился к неприятностям. Ещё двое таких же бугаёв вылезли из выкопанной неподалёку землянки.
— За время вашего отсутствия, особых происшествий не было… Личностный состав находится в карауле… Сержант Петренко… — нехотя, протараторил подбегающий к ним бугай.
— Спишь сучий сын?! — Грозно сверкая глазами, заорал Агван.
— Никак нет! Я…
— Вижу, что ты! Вся морда от подушки красная! Два наряда вне очереди!
— Товарищ подполковник, — проблеял сержант.
Давид с уважением посмотрел на Агвана. Как оказалось, здесь всё серьёзно, даже звания есть. Он то думал, что, придя сюда увидит пару заспавшихся мужиков с автоматами, а тут дисциплина. Да и вооружены эти ребята не хило. У одного из караульных и вовсе гранатомёт на плече болтается.
— Ты разводящий? — Не унимался Агван.
— Так точно товарищ подполковник!
— Где караульные твои?
— Так вот же! — Указал сержант рукою на стоящих за спиной двух стражников. — Со мной двое, и с той стороны объекта, четверо. И на трёх вышках по бойцу… Остальные в расположении отдыхают.
— Отдыхают или водку пьют? — Прищурившись, спросил Агван.
— Никак нет! — Отрапортовал сержант. — Устав товарищ подполковник…
— Ну, вот и молодцы. — Немного смягчившись, проговорил начальник стражи. — Слышь, сержант эти двое со мной, по особому распоряжению мэра. Так что бери ключи и отворяй нам ворота, мы ненадолго, и чтобы картошки с чаем к моему возвращению сварганил! Понял?
— Но товарищ полковник, мне никаких указаний не поступало, да и ночь на дворе. Я думаю…
— Тебя сюда не думать поставили! Думать надо меньше, а соображать больше!
— Можно я хоть для порядка молодого в город зашлю? Устав…
— Можно разогнаться и об забор башкой… — В край выйдя из себя проорал начальник стражи, надвигаясь на сержанта с жатыми кулаками. — За ключом, быстро! Минута времени тебе, отсчёт пошёл.
Сержант стремглав кинулся к землянке, а двое стоящих позади бойцов замерли будто статуи, боясь попасться под горячую руку. Через полминуты сержант уже стоял около Агвана, сжимая в руках связку ключей.
Изнутри донёсся невыносимый смрад разложения, и на зубах сразу стало вязко и сладко. Трое стражников при помощи Давида и Сасуна отворили толстенную не меньше полу метра шириной входную дверь. Возможно, когда-то давно, в довоенные времена, эта дверь открывалась легко и бесшумно, но сейчас она плотно прикипела ржавчиной к массивным навесам, и вся поросла жгучим хмелем.
— Да, это вам не Таити, — мрачно подытожил Агван, заглядывая в вязкую как дёготь темноту, — значит так, сержант. Мы идём внутрь, если через час мы не вернёмся… Тогда подождите ещё час.
Давид шагнул за порог, выдыхая воздух из лёгких, и надевая противогаз. Луч от фонаря шарил по облупившимся штукатуркой стенам, вырисовывая жуткие фигуры и пляшущие тени. Шестеро включая сержанта и двоих караульных, неспешно пошли вперёд по длинному коридору, то и дело, бросая перед собой сигнальные шашки. Переступая через кучи строительного мусора, обвалившегося от стен и потолка. Впереди замаячила лестница с уходящими верх посыпавшимися бетонными ступенями. Путь к лестнице преграждала решётка с дверью, выполненная из толстенных прутьев.
— Мои люди и я будут ждать вас тут. Дальше не велено, устав… — сказал сержант, отпирая с жутким скрипом замки на двери.
Лестница оказалось длиной и склизкой. Ноги то дело скользили по мху и плесени. Герой и двое компаньонов поднялись на второй этаж, когда снизу послышался звук запирающегося замка и удаляющиеся шаги стражи. По всей видимости, караульные не верили в их возвращение, и поэтому вернулись к своим делам, мысленно похоронив троицу сумасшедших.
Проход на второй этаж был забаррикадирован изгрызенной жуками, мебелью. Конечно, можно было бы разобрать баррикаду, но группа решила не тратить напрасно время. Проход на третий этаж оказался свободен.
Здесь повсюду на полу, стенах и даже потолке росли огромные тёмно-зелёные, покрытые соплями и прочей пакостью грибы. Под ногами стелился невысокий туман. Сделав пару шагов, герой услышал хруст под ногами. Подсветив себе фонарём, он к своему ужасу увидел, что стоит на ковре из человеческих костей.
— Держимся вместе, — перенявши инициативу у Агвана скомандовал, Давид, — не знаю, что здесь твориться, но тут явно не конфетами нас будут угощать… Берегите противогазы, если я прав, то этот туман опасен.
К удивлению коридор оказался пустынным. По бокам были раскиданы раскрытые настежь двери, ведущие в небольшие камеры.
— По-видимому, когда великая война добралась до этих мест, начальство зоны само выпустило заключённых… — проговорил Агван.
— Не думаю. — Ответил герой.
— Почему?
— Откуда здесь тогда столько человеческих костей? Если двери всё это время были закрыты, значит, тот, кто здесь поживает, маринуется в этих стенах всё это время…
— А может все кости штрафников, — басовито вмешался Сасун, — может это они из-за тумана и грибов передохли!
— Тогда почему так много костей раздроблены? Да и вон сколько со следами от зубов…
Не успел герой договорить эту фразу как в паре десятков метров из камеры вышел местный житель, точнее то, что от него осталось. Существо отдалённо напоминало человека, стояло на двух ногах и немного пошатывалось, но тут же в глаза бросались черты делавшим его похожим на выходца из ада. Гнилая плоть свисала с его тела, лоскутами смешиваясь с остатками робы. На покрытом грибами и трупными пятнами лице, отсутствовали глаза, вместо них на путников смотрели две чёрные впадины с пульсирующим багровым мозгом внутри. Руки твари были неестественно вытянуты и болтались до самых щиколоток.
Что сразу же бросилось в глаза герою так это длинные костлявые пальцы, заканчивающиеся чёрными длинными ногтями. За спиной существа поднялся частокол из тонких бардовых игл. Существо расправило руки шире и грозно зашипело. Нижняя челюсть твари со скрипом, разрывая остатки кожи и волокон мышц, распахнулась до груди, выпячивая два ряда острых как иглы, гнилых клыков. Всё тело жуткого подобия, было усеяно маленькими грибами и гноящимися язвами. Мухи плотно облепили его тело, питаясь гноем и сукровицей из ранок.
Существо развернулось и прыгнуло в темноту камеры, но герой точным выстрелом прошил его корпус, и тварь, поменяв траекторию прыжка, рухнула на покрытый костями пол. Тварь задёргалась на полу, пытаясь уползти подальше. Но герой выпустил в неё пол обоймы, и она, немного подёргавши в предсмертных судорогах своими конечностями, замерла.
— Посмотрим, с чем мы здесь дела имеем. — Произнёс герой, подойдя по ближе, и рассматривая тварь.
Грибы на теле жутко пульсировали, будто перегоняли через себя жизненные соки, но вскоре и они замерли, покрывшись чёрной плёнкой.
— Это и есть арестанты… — указав пальцем на лоскуты одежды, молвил герой. — Такую робу выдают в Ровном, да и труп сравнительно свежий не больше месяца… По-видимому, эти грибы, спорами проникают в организм носителя и паразитируют, поддерживая в нём жизнь.
— Так значит, это один из ребят, которых совет прислал сюда? — Надеюсь, что он здесь такой один, я слышал от мэра, что тюрьма была густо населена, не дай бог с дюжиной таких уродов столкнуться. — Нагнувшись над трупом, пробормотал Агван.
— Здесь больше половины камер заперты… — Ни к месту встрял в разговор Сасун.
— Пускай такими и остаются! — Огрызнулся Давид. — Мало ли кто там живёт?
Достав нож, герой принялся потрошить мёртвое тело. Под острым лезвием ножа кожа нехотя расходилась с треском, будто плотная ткань. Сизые внутренности вывались из чрева и Давид, перепачкавшись в каком-то дерьме, громко выругался.
— Что ты делаешь? — Не выдержал Агван, всё это время терпеливо наблюдая за ним.
— Пытаюсь понять, с чем мы имеем дело. Так… сердце под правым боком, странно. Кажется, из всего организма работают только желудок, сердце и мозг, все остальные функции выполняют вот эти грибы. Жутковатый симбиоз… Грудная клетка покрыта утолщённым слоем рёбер.
— Что это значит?
— Это значит, что легче поразить мозг, чем по пол обоймы тратить на каждого!
— С виду не такой он уж и опасный… — Проговорил Сасун, выглядывая из-за плеча героя.