Александр Михеев – Возвращение (страница 11)

– Так, смотрите… как вас зовут?

– Арчибальд.

– Смотрите, значит, Арчибальд. Мужчина с красным галстуком – Кристиан. Он то нам и нужен, ну, то есть, вам. Вот они идут через площадь, и меньше чем через минуту будут подниматься.

Ускоряя темп своей речи, он добавил:

– Как я уже сказал, человек он эксцентричный, немного вспыльчивый, но всякие необычности любит. Мы всегда, пока курим, обсуждаем что-нибудь из местных газет. Терпеть не любит, когда в разговоре упоминают спортивные термины. Поэтому постарайтесь без них обойтись. Завидев меня в вашей компании, он может не подойти покурить, но я об этом позабочусь. Ждите здесь.

Бросив последние слова через плечо, он забежал внутрь здания.

Мужчины подходили ближе, времени оставалось мало, охранника не было не больше двадцати секунд, но я начинал нервничать, боясь, что он не успеет вернуться. Я потратил это время, тщетно пытаясь отряхнуть своё пальто от белёсых пятен соли и не сводя взгляда с мужчины с красным галстуком. Едва он вступил на первую ступень лестницы, как дверь входа отворилась и оттуда буквально выскочив, появился охранник. Он показательно держал в руках перед собой две длинные сигары:

– Приманка готова.

Ехидно улыбаясь, он подмигнул мне.

Приближаясь, Кристиан увидел следующую картину. Растрёпанный и побитый штормом, в засаленном и покрытом солевыми пятнами пальто, с небольшой чёрной сумкой в руках стоит незнакомец. А рядом с ним, в широкой улыбке, стоит знакомый охранник с дорогими, по виду, сигарами в руках.

Оценив это зрелище, сначала недоверчивым, но потом, сменившимся на заинтересованный, взглядом, Кристиан распрощался с коллегами и, поправляя свой галстук, подошёл к нам.

Сердце застучало, я нервничал и, похоже, что даже вспотел. Вот он, этот момент, когда весь план либо канет в небытие, либо будет реализован. Вот он, этот человек, от которого сейчас всё зависит. Ещё одна, но не менее важная, ступенька на пути к финалу моей задумки со свадьбой.

За полшага до нас он вскинул руки и, улыбаясь, громко заговорил с охранником, не обращая на меня никакого внимания, словно я был второй елью, по соседством с первой, сильно оборванной по краям.

– Магнус! Экий ты толстеющий пройдоха! Знаешь, чем меня подкупить, да ещё и в пятницу. Бьюсь об заклад, попросить что-то хочешь. Телевизор не поставлю, даже не думай, а то будешь не за порядком по камерам смотреть, а очередной телемагазин.

Подойдя ближе и всё ещё не удостоив меня, даже взглядом, он широким размахом выхватил одну сигару из рук Магнуса, и очевидно привычным движением чуть подался вперед, чтоб подкурить об уже подготовленную заранее и тотчас зажжённую бензиновую зажигалку охранника. Закурив, закатывая глаза и одновременно закрывая их, он замолчал, выпуская дым вверх над нашим трио.

Охранник закурил и сделал так же. Густой белый дым издавал кисло-сладкий запах и смешивался в маленькое белое облако, постепенно растворяясь, оно медленно поднималось вверх, дожидаясь рождения своих новых собратьев снизу.

– Кристиан, сегодня никаких газет! Прошу вас, выслушайте рассказ и историю этого человека, она будет точно интересней последних недельных новостей! Мы знакомы не больше получаса, но он производит впечатление порядочного мужика, а в определении порядочности, я то уж точно разбираюсь, не зря охранником работаю, у меня глаз-то намётан на это дело.

Не вытаскивая сигары изо рта, заместитель резким и уверенным движением подал мне правую руку. Я подал свою и ощутил, как он крепко её сжал. В свои, на вид, сорок с чем-то лет, он был крепко сложён. Это не только ощущалось моей рукой, но и было заметно по плотно сидящей на нём одежде. Натягиваясь, его рубашка закрывала округлую грудь, слегка поджимая узко затянутый красный галстук, уходящий на половину в ювелирно подогнанное пальто из синего сукна. Не отпуская мою руку, он представился:

– Кристиан. Управляющий делами и заместитель мэра Рейкьявика.

– Арчибальд. Главный инженер буровой платформы Найервик.

Стоя напротив друг друга на одной ступени мы сжимали руки. Наша конституция была почти идентичной, а рост и вовсе одинаков. По его взгляду и манере общения было видно, что он многое повидал. Две разных судьбы встретились в тот полдень, их гранит был испещрён затёсами ветров десятков испытаний. Один из нас был с иголочки одет и держал в своих руках не только мою руку, но и власть, возможности. Другой же стоял в грязном пальто и с недельной щетиной, не имея в руках ни власти, ни возможностей, а только цель.

Похоже, что Провидение осталось довольно такой разносторонней и одновременно до интереса необычной встречей, и, махнув своими крыльями пролетая над нами, направило дуновение удачи в мою сторону.

Разжав и опустив руки, Кристиан ухмыльнулся и сказал:

– Ну, чтож, Арчибальд – главный инженер, в моих руках дымит отличная сигара из Кубинского сушёного табачного листа. Понятия не имею, откуда Магнус её взял, но меня устраивает вкус этого незнания. Я человек занятой, но раз наш общий друг раскошелился такой наживкой для меня, то мне, пожалуй, действительно стоит клюнуть и уделить вам время. Пройдёмте к скамейкам на площади, и, надеюсь, я буду удостоен рассказа не менее удивительного на вкус, чем эта сигара.

Развернувшись и выпуская струю белого дыма, засунув одну руку в карман пальто, а второй держа сигару, он начал спуск вниз по ступеням. За ним последовал и я.

Оставив Магнуса позади, с каждой пройденной ступеней я оставлял на них и свою тревожность. Сойдя с последней мраморной ступени и ступив на бетонную поверхность площади, я был спокоен. В море волнений моей души настал штиль.

Мы расположились на скамье в углу площади, позади нас была линия зелёных елей, а выше, на ступенях, окружённый белыми клубами дыма, стоял довольный охранник.

Будучи маленьким человеком, маленьким винтиком в большой машине государства, он сыграл значительную, неподвластную многим правителям этого мира, роль.

Пусть Провидение оплатит мой долг сполна, пролетая над тобой. Спасибо тебе, Магнус!

Первым заговорил Кристиан:

– Арчибальд, к сожалению, второй сигары у нас нет, но могу угостить вас с моей пачки.

– Не сочтите отказ за грубость, но я не курю.

Убирая пачку обратно во внутренний карман Кристиан сказал, усмехнувшись:

– Да что вы, ничуть не обижусь. Напротив, примите мою искреннюю зависть. Я много лет и много раз пытался бросить, но, каждый раз возвращался к началу. Сегодня пятница, конец недели. Дела я почти все сделал, а те, что не сделал – подождут до понедельника. Вы знали, что, обычно, такие сигары курят не один раз? Её можно раскурить дважды или даже три раза из-за крепости сушёного табачного листа. У дорогих сигар, лист срывают с верхней части табачного куста, сушат и обёртывают перемолотую смесь из других сортов табака. Исходя из моего опыта и ощущений – это очень хорошая сигара, её хватит на полчаса, не меньше. Прошу вас уложиться с вашими рассказами, просьбами или что там у вас на уме, в это время. И если мне действительно станет интересно, то в пятницу бары открываются уже через пару часов после обеда и наш день закончится там.

Предупреждённый кратким рассказом Магнуса о характере заместителя я был вооружён и пошёл в атаку, рассказывая мой план в деталях, опущенных при беседе с охранником. Я рассказал за наш первый с Эмбер отпуск и за визит в Исландию, в Рейкьявик в частности. Упомянул завлёкший Эмбер своим мистическим видом Холлоу Бей, мимо которого шёл наш корабль.

Едва я заговорил про остров, Кристиан удивлённо спросил:

– Чем вашу спутницу так заинтересовал этот остров? Голый камень в море. На нём ничего нет кроме старого маяка, ещё более старого смотрителя, да его развалины дома. Одни затраты у нас по бухучёту, сколько там ремонтов ни делай – всё равно, то доски где сгниют, то краска с маяка осыпаться начнёт. У меня под этот остров целая полка в кабинете отведена, забита вся одними бухгалтерскими отчётами, о затратах. Туда даже туристы не захаживают, а паром, знаете ли, содержать вообще одна большая беда. Эта посудина постоянно даёт течь, да ржавеет с каждым годом, а мы всё красим её да красим, специальной корабельной краской между прочим, а там ржавчина, словно нам войну объявила, в осаде из спецкраски, но не сдаётся год от года.

Бинго! Всё именно так, как я и предполагал. Всё складывается удачно, похоже, план «Б» мне не понадобится. Пульс участился, я вновь начинал нервничать. Победив свои страхи и уняв дрожь в конечностях, я повернулся чуть ближе к Кристиану и, поставив руки на колени, сведя ладони, чуть ближе друг к другу, словно держа в руках этот маленький остров, за который собираюсь просить, я начал выполнение следующего шага моего плана:

– Кристиан, прошу вас. Вы человек, не обделённый властью в этом городе, вы человек с большим опытом, как в вашей должности, так и в жизни. Это видно по вашим манерам и поведению. Я очень прошу вас. У вас есть проблемы с материальным обеспечением острова, а у меня есть свои цели на счёт него. Похоже, мы можем помочь друг другу. Разрешите мне вложиться в ремонт старого дома смотрителя, маяка, парома или территории. Я немного разбираюсь в бухгалтерии и знаю, что прямое появление лишних денег в отчётах недопустимо, а дать их лично, равносильно взятке должностному лицу. Но мы можем обойти эту систему, я за свои средства проведу ремонт, а вы в отчёте укажете обычную сумму равную ежегодной, отведённой на ремонт. И все в выигрыше. Взамен я прошу только одно – разрешите сыграть мою свадьбу на этом острове!