Александр Михайловский – Возвращение атлантов (страница 5)
И она чуть было тут же не задрала юбку, чтобы продемонстрировать эти самые тату.
Но тут Ольга не выдержала и буквально взашей вытолкала из дома наглую подругу, велев ей забыть дорогу в ее дом. А потом всерьез наехала на бедного Карла, обозвав его распутной личностью и бабником.
Правда, уже через пять минут, немного остыв, она попросила у него прощения. Карл не смог устоять перед ее чарами и перестал на нее дуться. Ольга успокоила его старым проверенным способом – как это обычно делают потомки Евы. Но наутро Ольга сняла со стен все картины, а Брюллов нарисовал очередной ее портрет, где она была изображена в виде гневной фурии, мечущей молнии и испепеляющей всех вокруг своим взором.
Во время одной из посиделок у Одоевских Ольга рассказала о том трагикомическом случае, чем рассмешила всех присутствующих. Княгиня Одоевская, отсмеявшись, неожиданно спросила у своей тезки:
– Скажите, а почему многие женщины у вас ходят в рваной одежде? Я вижу, что у них есть дорогие украшения, да и выглядят они далеко не бедными и нищими. А панталоны у них – простите, брюки – словно порваны стаей злых собак. На одежде такие дыры, что сквозь них просвечивает голое тело. Ведь это неприлично…
Ольга Румянцева лишь пожала плечами. Она много лет занималась шитьем мужской и женской одежды, кое-что понимала в моде, но так и не смогла въехать в тему – в чем прелесть рваных брюк, больше похожих на обноски бомжей.
– Скажите, Ольга Степановна, – обратилась она к княгине, чтобы закрыть эту, не совсем приличную для жителей XIX века тему, – а что вам у нас понравилось?
Одоевская задумалась. Она погладила себя ладонью по уже заметному животику, засмущалась и сказала.
– На днях я видела, как дети в первый раз идут в школу. Это у вас называется Днем знаний. Очень красивый праздник. Мне так хочется, чтобы наш сын или дочка, одетые так же нарядно, шли в школу, чтобы было много цветов, и был звонок, зовущий их на занятия.
– Все это будет у нас, дорогая, – ласково произнес князь, погладив жену по руке. – Поверь мне, мы вырастим нашего сына – а мне почему-то кажется, что у нас будет именно сын, и он будет таким же умным и красивым, как ты.
– А мы с Карлом собираемся ненадолго вернуться в прошлое, – сказала Ольга, – Карл немного по нему скучает, да и мне хочется посмотреть – как там идут дела. Когда вернемся, мы обязательно зайдем к вам и поделимся новостями…
«Летучие мыши» выходят на тропу войны
– Ну что, орлы, прогуляемся по Америке? – Олег Щукин осмотрел стоящих перед ним спецназовцев. Он ожидал, что кандидаты на разведывательную вылазку в район крепости Росс каким-либо образом выразят свое удивление, но похоже, что «квартирьеры» – так называли их для краткости в отделе «Х» – уже догадывались о цели их предстоящей экспедиции и потому внешне оставались спокойными. В общем-то, и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что если собирают вместе людей, которые: а) знают историю Русской Америки; б) владеют английским и испанскими языками; в) умеют пользоваться не только всеми видами современного огнестрельного и холодного оружия, но и знают, как стрелять из кремневых ружей, старинных пушек и фехтовать на саблях и шпагах, – то, скорее всего, их готовят к отправке туда, где все их навыки и умения могут пригодиться. Ну не для очередной же сходки ролевиков и униформистов их готовят?
Перед инструктажем «квартирмейстеров» еще раз проверили и перепроверили, прогнали через полиграф и провели беседу, в ходе которой сразу предупредили о том, что действовать им придется в непривычной для них обстановке. И кое-кто из них может не вернуться домой.
Но орлов из «студенческого стройотряда»[3], которые прошли огонь и воду, были проверены и перепроверены, что называется, насквозь, шанс вернуться в качестве «груза 200» не сильно напугал. К тому же необычность работы в отделе «Х», о котором ходили самые невероятные слухи, заинтриговала воинов из племени «летучих мышей». Правда, теперь эмблемой спецподразделения ГРУ стала красная гвоздика с трехпламенной гренадой в центре, но по старой памяти ветераны продолжали считать своим «тотемом» крылатую мышку на фоне земного шара. Как поется в их песне:
Подполковник Щукин был из другого ведомства, но при формировании отдела «Х» руководство страны решило привлечь к выполнению силовых задач в другом времени лучших из лучших. Потому-то дюжина стоящих перед Олегом бойцов могла считаться элитой спецназа.
– Да-да, я не оговорился, – сказал Щукин, – вам предстоит отправиться в Америку. Но не в нынешние Соединенные Штаты, а в Калифорнию, которая еще пока мексиканская, и где на расстоянии около восьмидесяти верст от нынешнего Сан-Франциско расположена колония Российско-Американской компании крепость Росс. Она более известна как Форт-Росс.
– Значит, мы попадем во времена до 1841 года, – подал голос капитан Мальцев, старший группы «мышек». – Ведь, если мне не изменяет память, в 1841 году сама крепость Росс и земли вокруг нее были проданы некоему Джону Саттеру – человеку, на землях которого вскоре найдут золото и начнется знаменитая «золотая лихорадка».
– Да, в нашей истории все было именно так, – кивнул подполковник Щукин. – Но в этом варианте истории дела в 1840 году идут несколько по-другому. Дело в том, что с помощью машины времени – да-да, именно машины времени – мы уже обжились в XIX веке и установили контакт с императором Николаем Павловичем. Хороший контакт.
Кое-что нам уже удалось там сделать. Например, наладить блокаду Черноморского побережья Кавказа. Ведь вы, наверное, помните, что Россия ведет в это время затяжную войну на Кавказе. Лермонтова читали?
Все «спецы» дружно закивали – многие из них успели побывать в «командировках» на Северном Кавказе, получили за них награды, а кое-кто – и ранения.
– А с Лермонтовым вам не довелось там встречаться? – поинтересовался старший лейтенант Скоробогатов, считавшийся одним из лучших рукопашников.
– Довелось, – улыбнулся Щукин. – Скажу больше – Михаил Юрьевич побывал у нас, в XXI веке, и прошел краткий курс обучения в одном из наших учебных подразделений. Он теперь снова в своем времени и командует особой группой – чем-то вроде нашего спецназа.
Вот тут-то «мышки» по-настоящему удивились. На их лицах можно было увидеть недоверие, восхищение и зависть. Надо же, классик, автор «Бородина» и «Валерика», «Героя нашего времени», оказывается, жил совсем рядом, занимался на тренажерах, дырявил пулями мишени на стрельбище и махал руками и ногами в спортзале.
– Товарищ подполковник, – спросил капитан Мальцев, – а почему мы тогда отправляемся не на Северный Кавказ, а в Калифорнию? Ведь там мы принесли бы большую пользу.
– А потому, товарищ капитан, – назидательно произнес Щукин, – что, как говорил Козьма Прутков, «всякий необходимо причиняет пользу, употребленный на своем месте». На Северный Кавказ отправились ваши коллеги, которые там успешно работают над замирением мятежных аулов. Ваша же основная задача – крепость Росс и прилегающие к ней территории.
– Мы что, будем завоевывать всю Северную Америку? – полусерьезно, полушутя спросил старший лейтенант Кононенко, штатный специалист по минно-взрывным работам.
– Для этого ваших сил явно маловато, – усмехнулся Щукин, – хотя, конечно, ребята вы бравые, и дай вам команду, вы до самого Вашингтона дойдете. Но такой команды я вам не дам. Ни к чему это.
А вот помочь русским прочно устроиться в Калифорнии, причем не только в районе крепости Росс, но и в районе нынешнего Сан-Франциско, а возможно, и в некоторых других районах, вам придется. Конечно, тут главная работа предстоит нашим политикам и дипломатам, а вам придется заниматься многими вещами, в том числе и охраной русской колонии, вокруг которой шастают разные банды как мексиканских бродяг, так и местных индейцев, вступивших на тропу войны и нападавших на всех бледнолицых без разбора.
Но это так, дела текущие, с которыми справились бы и казачки-пластуны, которые, кстати, будут отправлены вместе с вами в крепость Росс. Основной же вашей задачей будет проведение разведки территории Калифорнии на предмет обнаружения разных полезных ископаемых, прежде всего – золота и серебра. Опять-таки, работать вам придется вместе с нашими геологами и местными проводниками, в том числе и с индейцами кашайя, испокон веков живущими в тех краях.
Между прочим, именно они уступили земли для строительства первому коменданту крепости Росс Ивану Кускову за три одеяла, три пары штанов, два топора, три мотыги, несколько ниток бус. Так что сделка вполне законная. Ведь остров Стейтен-Айленд – ныне это один из районов Нью-Йорка – голландцы купили у индейцев делаваров за байковые одеяла, котлы, топоры, мотыги, шила, губные гармоники и вампум (индейский бисер, служивший подобием денег) – всего на сумму 60 гульденов. Причем в подписанном договоре было упомянуто, что продавцы-индейцы были очень довольны сделкой.