Александр Михайловский – Прорыв на Донбасс (страница 10)
Гарри Гопкинс сел за столик в Овальном кабинете, достал из пакета текст донесения помощника посла, несколько довольно неразборчивых фотографий, и сопроводительную записку, написанную военно-морским атташе США при посольстве в Турции. Отложив фото в сторонку, он стал читать. По ходу чтения Гарри несколько раз удивленно хмыкал, озадаченно тер затылок, а закончив изучать бумаги полученные из Москвы, принялся рассматривать фото и читать приложенное к ним донесение. Потом Гопкинс пристально посмотрел на президента.
— Слушай, Френки, а не подсунули ли русские нашим парням очередную дезу? — Я знаю, что они большие мастера пускать пыль в глаза. — Уж больно тут все смахивает на сказку. — Что-то вроде волшебной Страны Оз, из которой появились корабли под военно-морским флагом Российской империи, и моряки с погонами, от которых большевиков должно трясти, как раввина, увидевшего кусок ветчины.
— Нет, Гарри, все это есть. — сказал Рузвельт, — мы перепроверили эти данные по каналам нашей разведки. Все сходится. Эта таинственная эскадра существует, от нее крепко досталось парням Геринга и 11-й армии Манштейна, которая совсем уже была готова взять Севастополь. И вот, вместо блестящей победы эта армия потерпела полное поражение, а сам Манштейн сейчас сидит в подвале на Лубянке, где с ним ведут душеспасительные беседы "богословы" из ЧК.
— Из НКВД, — машинально поправил президента Гарри Гопкинс. — Слушай, Френки, но если это все правда, то тогда Советская Россия за год — полтора сможет окончательно победить Гитлера, и стать полной хозяйкой в Европе. Англия — не в счет. Ей уже никогда не быть достойной соперницей России. Франция — та с задранной до ушей юбкой покорно лежит под немцем, и лишь иногда слабо попискивает голосом маршала Петэна, заклинающего своих почитателей беречь семейные ценности и покорно выполнять все требования оккупантов. Ну, а мы, мы просто не сумеем и не успеем что-либо сделать в Европе для того, чтобы нас пригласили за стол победители в войне. Тем более, сейчас, у нас есть куда более насущные вопросы — проклятые джапы с удивительной легкостью захватывают колониальные владения британцев, французов и голландцев. Да и нам от них достается изрядно. Боюсь, что Филиппины мы уже потеряли. — На очереди Гавайи?
Нас спасает только то, что у японского командования глаза разбегаются во все стороны: Индия, Австралия, Гавайи, Аляска… У русских есть поговорка, что-то вроде "за двумя кроликами погонишься, ни одного не поймаешь…" Если они и дальше продолжат в том же духе, то у нас есть шанс, успеть мобилизовать всю нашу промышленность и задавить джапов. Но без помощи русских война на Тихом океане затянется, года до сорок восьмого-пятидесятого. А если им удастся выбить кузенов из Индии, то и того больше…
— Гарри, ты как всегда прав. — Поэтому, я прошу тебя, как своего друга, снова слетать в Москву и попытаться разговорить Сталина. Я хорошо понимаю, что это нелегкая задача, и Дядюшка Джо умеет хранить тайны.
— Кстати, Гарри, — Рузвельт достал длинный мундштук, вставил в него сигарету, и закурил, — после ознакомления с примерно такой же информацией, старину Винни хватил удар. — Гопкинс удивленно посмотрел на президента. — Да-да, Гарри, я не знаю чего там напридумывали аналитики из SIS, но сэр Черчилль не смог пережить всего этого. А ведь он много чего повидал на свете, воевал, был в плену у буров, готовился к расстрелу. — А вот этого не пережил. Нашей разведке удалось узнать, что его последние слова были о "Втором Пришествии".
Поэтому-то ты должен точно выяснить — что происходит на Черном море, откуда взялись там новейшие корабли, включающие авианосец, самолеты с совершенно фантастическими летными характеристиками, и что кроется за этим маскарадом с погонами и царским военно-морским флагом. Например, "джерри" на полном серьезе подозревают нас в организации всего этого. Можешь обещать Сталину все, что угодно. Во-первых, обещания — это только слова, и потом можно будет от этих слов отказаться под любым благовидным предлогом. А, во-вторых, как мне кажется — а ты знаешь, Гарри, интуиция меня редко подводит, — все затраты потом окупятся сторицей, если мы разгадаем секрет этой эскадры, и сможем получить доступ к новейшим технологиям.
Но пряником их помани лишь тогда, когда они, как тебе покажется, пойдут нам навстречу. А если нет, покажи кнут — намекни, что помощь по ленд-лизу может быть ограничена. Или прекращена вообще — ссылайся при этом на наши трудности на Тихом океане. Хотя, черт, без русских нам с джапами в разумный срок не справиться. Если они не поддадутся на твой шантаж, тогда начинай разговаривать с дядей Джо серьезно. В крайнем случае, меня устроит если по итогам этой войны Россия и Америка станут двумя равновеликими государствами. Мы в западном полушарии — они в восточном. Доктрину Монро официально еще никто не отменял.
— Но, Френки, — возразил Гопкинс, — тогда мы должны списать кое-что с баланса наших английских кузенов. Если война в Европе не принесет нам дивидендов, то зачем вкладываться в нее?
— После кузенов останутся Канада и Австралия, — выморочное имущество. — Рузвельт затянулся папиросой, — Индию Дядюшка Джо наверняка захочет для себя за помощь против джапов.
В общем, пора в дорогу, Гарри. Сегодня вечером тебя ждет самолет, на котором ты вылетишь в Москву. Короче торгуйся за каждый цент, и да прибудет с тобой Господь.
После почти суточного марша передовые части 6-й армии вошли в Лозовую. Было раннее утро, еще не рассвело. Станцию, обороняли всего два батальона мехбригады ОСНАЗ генерал-майора Бережного, но еще вчера вечером введенные в прорыв в первом эшелоне части 6-го кавкорпуса, перерезали железную дорогу в тылу у немецкой группировки штурмующей Лозовую. Почуяв запах паленого, немецкая пехота, бросая тяжелое вооружение, стала стремительно откатываться на рубеж реки Орель. Дорога на Павловград для них была закрыта, станцию и железнодорожный мост оборонял арьергардный комендантский батальон НКВД из состава все той же мехбригады.
А вот у ОСНАЗовцев этого самого тяжелого вооружения — горы. Пока ехал по станции видел что все свободное место заставлено техникой. Обычной пехоты нет, только моторизованная. И не на полуторках или Зис-5, а на новейших пехотных танках и трофейных немецких полугусенечных тягачах. Даже артиллерия у них не на конной, и даже не на механической тяге, а самоходная. Способна идти прямо в боевых порядках танков и мотопехоты… По названию бригада, а присмотришься — по мощи корпус или даже поболее… Да и люди особенные, ведут себя спокойно, не суетясь, кажется, что у половины бойцов немецкие ручные пулеметы. Победители Манштейна и Гудериана, как-никак.
Эмка остановилась у здания станционного вокзала. Именно здесь, как мне сказали на КПП, и находится штаб бригады. Часовой в белом камуфляжном масхалате, проверил мои документы и привычно козырнул. На вопрос — Как найти генерал майора Бережного? — Часовой только махнул рукой. — Зайдите, товарищ генерал майор, и сами все увидите. В крайнем случае — спросите.
Внутри было светло, людно, шумно, где-то тарахтел дизель. Я остановился, не понимая — куда я попал. Дело в том, что почти половина присутствующих имели вполне белогвардейский вид из-за наличия на плечах погон. Тем не менее, другая половина представляла из себя командиров РККА, которые не обращали никакого внимания на снующих повсюду поручиков, подпоручиков и штабс-капитанов. Более того, я увидел в этой плотной группе и нового командующего Юго-западным направлением генерал-лейтенанта Василевского. Он-то как сюда успел попасть? Василевский стоял и разговаривал с невысоким худощавым офицером возле стены, где до войны висело расписание поездов, а сейчас была растянута огромная карта района боевых действий.
Штабные операционисты со стремянок наносили на карту текущую обстановку. Вглядываюсь в карту, и захватывает дух. Да, плохи дела у немцев, 17-ю армию Гота бригада ОСНАЗа нашинковала мелкими ломтиками. Разгромлена станция Синельниково, захвачены и удерживаются станции Павловград и Лозовая… А ведь там были все немецкие армейские тылы. Подъезжал — видел, все пути на станции забиты вагонами с германской маркировкой. И судя по карте, конно-механизированный корпус Буденного, форсировавший фронт прямо перед нами, уже подходит к Павловграду, форсируя реку Самару по удерживаемым осназовцами мостам, и после краткого отдыха двинется на Синельниково. Следом за ним движется 5-й кавкорпус Гречко, который за Павловградом должен повернуть на Сталино вдоль левого берега реки Самары. Все это я ухватил за какие-то секунды, лишь только увидев карту. А уже в следующее мгновение, генерал-лейтенант Василевский поднял глаза, и заметил меня.
— Авксентий Михайлович, — подозвал он меня к себе. — Знакомьтесь, генерал-майор Бережной Вячеслав Николаевич, командир мехбригады ОСНАЗА. — Мы пожали друг-другу руки. — Авксентий Михайлович, необходимо как можно быстрее сменить людей Вячеслава Николаевича на позициях. Здесь они свое дело сделали, и позарез нужны нам в другом месте… В кратчайший срок необходимо перебросить не меньше полка на Павловград…
— Товарищ генерал-лейтенант, — вскричал я, — люди устали, просто с ног валятся. Сутки на ногах, сюда шли, думали дойдем — хоть отдохнем…