Александр Михайловский – Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ] (страница 55)
- Чтобы ты знала, товарищ Ляля, - сказала младший социоинженер «Нового Тобола», - этот твой бывший одноклассник под психосканером тестируется как кандидат в императоры ранга А1! Выше этого статуса не может быть ничего. Такие люди даже еще более редки, чем обитаемые планеты во вселенной, и вдруг один из них находится тут, у вас, в малюсеньком обществе Основателей...
- Но Серега совсем не стремится к власти, - возразила собеседница социоинженера, - он добрый, умный и очень исполнительный, всегда старается сделать порученное наилучшим образом.
- Человек с истинными императорскими способностями и не должен стремиться к власти, -с торжественно-мрачной уверенностью сказала Сати Бетана. - Власть для него это не наслаждение произволом, а тяжкая работа, которую он считает необходимым делать с полной выкладкой, соблюдая при этом все заложенные в его личность моральные ограничения. Без них, как нам это известно из истории Старой Земли, даже самый лучший император превращается в жестокого тирана. У вашего Сергея все эти качества имеются в избытке, он один - как весь ваш Управляющий Совет в целом. После орбитального сканирования мы знали, что человек с подобными качествами присутствует в вашем обществе, но при личном знакомстве у меня просто мороз пошел по коже. Пожалуй, мне следует прервать прогулку по вашему поселению, и пока впечатления свежи, составить соответствующий отчет, который потом надо будет обсудить как с нашим командиром товарищем Лазаревым, так и с руководством вашего государства, включая самого товарища Петрова, потому что с такими вещами не шутят. Вы и не знали, что такой человек есть среди вас, а это очень важно - как для него самого, так и для вас...
- Ну, хорошо, Сати, - кивнула леди Ляля, - я провожу вас туда, где вы спокойно сможете написать свой отчет, а сама в это время поговорю с Петровичем. Наш главный учитель должен знать, как высоко, по мнению имперской науки, способен взлететь его самый лучший и самый бедовый уче-
ник.
20 августа 3-го года Миссии. Вторник. Вторая половина дня. Правая столовая Большого Дома.
Сергей Петрович Грубин, отец Бонифаций и капитан-лейтенант Радкомила Тирич
В то время как Итена Клэн пошла с главным военным вождем знакомиться с боеготовностью местной армии, а Сати Бетана вместе с леди Лялей отправилась смотреть на местное общество собственными глазами, капитан-лейтенант Радкомила Тирич осталась в Большом Доме вместе с Сергеем Петровичем и отцом Бонифацием.
- Прежде чем говорить о делах, - сказала она, - я хотела бы поведать о том, какие чувства вызывает у меня ваша Аквилония. Ведь у меня в голове есть встроенный психосканер, а у вас нет возможности узнать о настроениях собеседника.
- Встроенный психосканер? - переспросил верховный шаман. - Но ведь это же громоздкий прибор, являющийся частью оборудования челнока. Не так ли, госпожа Тирич?
- Так у диких эйджел, - ответила та. - Империя же добилась большого успеха в миниатюризации различных устройств, и у нас все необходимое оборудование умещается на чип размерами не больше ногтя мизинца. Такой чип при выпуске из высшего учебного заведения вживляют в голову каждому имперскому офицеру или специалисту. Правда, дальность действия такого прибора не превышает дистанции вербального общения, в то время как психосканер челнока снимает данные с километрового расстояния, а тот, что установлен на корабле, способен получить картину с половины планеты. Вы думаете, почему наш командир так быстро согласился на ваши предложения, даже на обязательное условие вступить в брак или воздерживаться от отношений? У нас в Империи все то, что ты делаешь за закрытыми дверями своей каюты - спишь одна или с кем-то - это только твое личное дело. И никого не волнует, оформляешь ли ты эти отношения официально. А если ты не хочешь жить с мужчиной, но хочешь ребенка, то идешь в генный банк и выбираешь ему заочного отца в соответствии со статусом. Мне, например, было доступно все, кроме самого премиального сегмента. А потом несложная медицинская манипуляция - и через девять месяцев ты уже счастливая мать. Эйджел в своем большинстве размножаются именно таким способом, воскрешая в потомстве давно погибших героев былых времен. Но тут, когда вы ставили нам условие упорядочить свою личную жизнь, мы почувствовали, что для вас это ключевой вопрос, так что решили не спорить. Ведь, поскольку ваше общество уже было опознано как существующее русское государство, наши главные директивы предписывали создать новую Империю именно на вашей базе, и никак иначе. При помощи встроенных психосканеров мы чувствуем, что для вас приемлемо, а что нет, и вынуждены следовать этим правилам - во-первых, потому что это мы присоединяемся к вам, а не наоборот, во-вторых, потому что вы лучше нас знаете местные условия.
- Если у вас есть такие приборы, встроенные прямо в мозг, то мы с вами оказываемся в неравном положении, - хмурясь, сказал Сергей Петрович. - При разговоре вы знаете, что мы чувствуем, а мы можем лишь догадываться о ваших настроениях.
- Да, - подтвердил отец Бонифаций, - это не совсем честно.
Капитан-лейтенант ничего не ответила. Вместо этого она достала из бокового кармана своего кителя две маленькие коробочки. Легкое нажатие пальцев с боков - и коробочки открылись с мягким щелчком. Внутри каждой оказалось по металлическому диску размером с двухкопеечную советскую монету.
- Для таких случаев, когда доверие между собеседниками должно быть обоюдным, был сконструирован компактный психосканер с индукционным линком, - сказала Радкомила. - Прикрепите эту штуку липкой стороной на висок с правой стороны головы точно между глазом и ухом, вот сюда, - кончиками длинных пальцев она прикоснулась к своему виску, - и подождите секунд тридцать, пока устройство установит коннект с вашим мозгом.
Шаман Петрович и отец Бонифаций с интересом прислушивались к своим ощущениям: голове тихо шумело, как в радиоприемнике при настройке волны. Только это был не совсем звук, а какие-то импульсы, которые трудно было описать.
- А теперь сосредоточьте свое внимание на мне, - Радкомила переводила сосредоточенный взгляд с одного мужчины на другого. - Чувствуете?
- О да! - первым откликнулся примас Аквилонии, озарившись улыбкой. - Госпожа Тирич, сейчас ваши мысли чисты как родниковая вода. Ни малейшей примеси враждебности или обмана.
- Д, я тоже это чувствую... - подтвердил Верховный шаман. Он с удовольствием слушал импульсы, проникающие в его мозг - их можно было сравнить с тихой, плавной, умиротворяющей музыкой. Это было своеобразным чудом, откровением. Слышать чувства другого человека! Нет, это совсем не то, что читать мысли, но этого было более чем достаточно, чтобы доверять собеседнику.
Женщина удовлетворенно кивнула и сказала:
- В таком случае продолжим разговор о чувствах, точнее, о том, как мы воспринимаем вас, а вы нас. Ведь именно чувства руководят поведением людей, а директивы, приказы, ордонансы и прочие распоряжения играют только вторичную роль. Если не будет соответствующих чувств, то руководящие указания попросту никто не будет выполнять. Не зря же говорят, что по приказу мил не будешь.
- А разве управлением общественными процессами занимаются не социоинженеры? - спросил Сергей Петрович.
- Социоинженерия - это дело светлых эйджел и их полукровок, но они напрочь лишены эмпатии, как и вся их порода, - ответила старший офицер «Нового Тобола». - Поэтому они строят планы и проекты, подбирают составы команд, чтобы люди были притерты друг к другу как шестеренки в точных механизмах, но управлять всей этой человеческой машинерией и принимать практические решения доверено только обыкновенным людям. Наш социоинженер может исследовать новое для нас общество, выявить его структуру и наметить пути трансформации в Империю или, как в данном случае, обнаружить отсутствие необходимости такой операции, но исполнять рекомендации Сати Бетаны придется как раз мне.
- А как же ваш командир, господин Лазарев? - спросил отец Бонифаций. - Разве не он должен принять самый главный решений?
- Командир командует кораблем, принимает решения о жизни и смерти, куда лететь, где отступить, а где драться насмерть, а людьми на борту руководит старший офицер, - ответила Радкомила Тирич. - Так было с незапаматных времен. Поэтому и управлять процессом слияния нашей команды с вашим обществом в одну структуру стану я, а Сати Бетана только будет давать мне советы.
- У нас общество устроено иначе, но, в конце концов, мы не военный корабль, - сказал Верховный шаман. - При этом мы полностью согласны с вашим постулатом о первоочередной важности чувств людей друг к другу и своему государству. Скажите, что вы чувствуете, находясь сейчас здесь? Мы понимаем, что совсем недавно вы пережили ужасную трагедию: из-под ваших ног ушел весь ваш мир, и вы остались в пустоте покинутыми сиротами. В такой ситуации люди или ищут себе под ногами новую точку опоры (и таких среди тех, кто пережил подобные события, большинство), или, сложив лапки, идут ко дну. Но вы похожи скорее на первых, чем на вторых.
- Точку опоры мы уже нашли, и сейчас стоим на ней обеими ногами, - с улыбкой произнесла старший офицер «Нового Тобола». - Я чувствую, что нахожусь среди друзей. В момент первого контакта, когда вы, считав ключевые маркеры-опознаватели, подумали о нас: «Это свои» - меня вдруг окатило теплом, будто я вернулась домой, в Склавению, в дом к отцу и матери. Для наших полукровок этот момент наступил только после того, как мы договорились об объединении, а вот для меня и командира все было решено сразу. Можно сколько угодно слушать отвлеченные рассуждения товарища Бетаны о конгруэнтности наших обществ, но для нас, настоящих людей, все решило именно это чувство взаимного узнавания своих. Тут у вас многое непривычно, что поначалу готово было вызвать крик протеста - как, например, ваш обычай иметь по многу жен... но, думаю, я тоже смогу к нему привыкнуть, и в конце концов выберу себе семью, в которую вступлю какой-то там по счету женой. И сделаю я это не ради большой любви, а только ради покоя и уюта, что царят среди ваших женщин, выбравших себе в мужья одного мужчину. Насколько ваше общество напряжено на внешнем контуре, находясь в готовности отразить вторжение или встретить наступление зимы, настолько же оно спокойно изнутри, и, как я понимаю, источником этого явления являются ваши женщины-леди, которые показывают окружающим только примеры самого цивилизованного поведения. Я тоже хотела бы быть такой, но пока у меня это плохо получалось. В Академии, среди курсантов, у меня даже было прозвище «Комок Нервов», и это меня ужасно злило, а потом из-за своей повышенной нервозности я оказалась на периферии корабельного состава, то есть в транспортном флоте, а не на боевом корабле первой линии. Быть может, тут, у вас, в покое и внутренней тишине, я смогу внутренне измениться и изжить свои недостатки... - Она закусила губу, но тем не менее продолжала открыто смотреть на мужчин.