Александр Мазин – Игры Валхаллы (страница 14)

Что ж, это дало Саньку некоторое преимущество: значение щита для воина, даже для воина вне очень даже грозным оружием. Экс-ярл к щиту привык. Меч-щит для викинга — неразрывная пара.

В отличие от Санька, которому без щита было даже как-то попроще. Вне строя, само собой. Левая рука для него и баланс, и возможность захватов в совсем тесной сшибке, и ножом можно отработать, есть понадобится. Меч перехватить опять-таки, если понадобится: амбидекстром Санек раньше не был, но второй уровень давал возможность работать обеими руками равно и независимо. Так что без щитов — это ему. В бою. И плюс противнику — психологический, прямо сейчас. Не боится Наддад. Показушно отказался от привычного оружия. Не от всего. Топорик за поясом оставил. И кинжал полуметровый тоже.

Ну, с Богом. Вернее, с богами.

Санек вступил в круг, образованный кольцом щитов. Бойцам — места в первом ряду. Прочим — на галерке. Солнце не зашло, потому факелов не требуется и с галерки, то есть со склонов тоже все неплохо видно.

Наддад двинулся навстречу. Санек поднял в позицию руку с мечом. Отличный, кстати, повод посмотреть: как поведет себя в бою подарок Службы Контроля.

Наддад перемещался не прямо, зигзагом. Причем настолько осторожно, что Санек не мог по характеру движений определить степень его опасности. Может, выпитое пиво на экс-ярле сказалось?

Ну, пусть крадется. Санек подождет. Не к спеху. Он тоже пивка здешнего принял порядка литра. Ну да на продвинутом организме двойки такая мелочь не сказывалась. Наверное.

Оп! Наддад сорвался с места, в три длинных прыжка оказался рядом и рубанул по-простому: наискось, в основание шеи. Санек парировал сильной стороной клинка, сократил и от души пнул экс-ярла в голень. А когда тот пошатнулся, левой рукой ухватил рукав рубахи и дернул на себя. Раздергать такую тушу Санек особо не рассчитывал, но получилось неплохо: Наддад вырвал руку с мечом (Санек сам отпустил) и оказался на идеальной дистанции. Рубящий в голову, от которого Наддад легко уклонился, немного откинувшись… Обманка! Санек доработал корпусом и меч его резко ушел вниз, врубившись в бедро экс-ярла пониже края кольчуги.

Да, насчет остроты Контролер не ошибся. Даже топор не сработал бы лучше. Клинок вошел в мышцу на всю ширину и, кажется, даже кость достал. Точно сказать Санек не мог, потому что еле успел отпрыгнуть. Наддад не только проигнорировал рану, но и за какую-то секунду успел выхватить топорик и, дотянувшись, ткнуть торчащим сверху Санька.

Уход ослабил удар. Сквозь кольчугу Санек даже его не почувствовал. Зато ощутил дуновение воздуха, когда клинок экс-ярла вспорол его в сантиметрах от носа Санька. До чего же быстрый этот Наддад! Пол-секунды промедления — и быть бы Саньку как минимум с разрубленным личиком.

От столь реальной опасности Санек наконец-то включился и ощутил пространство боя…

Чтобы тут же осознать: в таком навыке больше нет необходимости. Враг — всё. Стоя на одной ноге особо не посражаешься. Тем более, когда из второй широкой красной полосой сбегает кровь.

— Перевяжите его! — крикнул Санек, взмахом стряхивая с клинка красные капли.

Однако никто не бросился на помощь раненому.

Хирдманы просто опустили щиты и всей толпой двинулись в длинному дому.

А Ниддад так и стоял посреди пустого пространства, и блестящая алая лужа под ним становилась все больше и больше…

А потом экс-ярл, не выпуская меча, осел наземь и так, сидя, и умер.

— Скажу трэлям, чтоб содрали с него все и тебе принесли, — прогудел за спиной Медвежья Лапа.

— Похоронить бы его, — заметил Санек.

— И это тоже. Сожгут до заката.

— Вот так, без почестей? — удивился Санек. — Он же, вроде, хольд ваш. И ярл бывший.

— А за что его почитать? — Лапа пожал могучими плечами. — Проявил неуважение к людям, не жди, что люди проявят его к тебе. Он тебя, почетного гостя прилюдно оскорбил. Не понимаю, почему. Даже от него никто такой дурости не ждал.

Санек понимал. Шлем, провокатор.

— Хотя неплохо вышло, — сделал неожиданный вывод Лапа. — Наддад с железом хорош был, а теперь все увидели, насколько ты лучше. Мы, в смысле коренные, и так знали, и из новых если кто и сомневался, что ты у нас великий герой… — Лапа хлопнул Санька по спине, — сейчас все увидели. Может завтра Торд про тебя новую песнь сочинит. Пойдем пиво пить, Сандар Бергсон!

— Ты славно сражался.

Санек, который вышел отлить и только что успешно это осуществил, уставился на мальца. Мелкий совсем, но не по годам гордый. А годов ему шесть, примерно. И нож на поясе. Значит, почти взрослый. В таком-то возрасте. Занятный малёк.

— Тебе понравилось? — спросил Санек, затягивая шнурок на штанах.

— Ага. Я когда выросту, еще лучше биться стану!

Смелое заявление.

— Раз ты воин, — Санек показал на нож мальца, — то должен сначала назваться, а уж потом разговор начинать.

— Я еще не совсем воин, — самокритично сообщил малыш. — Еще никого не убил. Дядька Кетильфаст обещал мне меч подарить. Вот тогда… У-у-у! — И, вспомнив, — Тори меня зовут. Тори Хрогнирсон. Это в честь моего папки фьёрд назвали!

— Ну с таким папкой тебе точно придется стать великим воином, — сказал Санек. И, тоже вспомнив: — А мы с тобой, получается, даже немного родня. Я у твоего папки в хирде был, и он как-то сказал, чтоб я его тоже отцом считал.

— Ты счастливый, — протянул Тори. — Про тебя Сниллинг песни поет, о том, как ты за папку моего отомстил. Вместо меня! Это потому, что не было меня там! Я бы тогда тоже… Наверное. Он страшный был?

— Кто?

— Тот, кто папку убил?

— Он был подлый, — сказал Санек. — Ударил исподтишка. Иначе ему бы нипочем с твоим папкой не справиться!

— Я, когда вырасту, всех подлых убивать стану! — решительно заявил малец.

— Станешь, — подтвердил Санек. — А пока ты еще не совсем вырос, если обидит кто, мне скажи. Я помогу.

— Никто меня не обидит! — возмутился малец. — За меня, если что, Кетильфаст! Он теперь мой отец! А он… У-у-у! Сильней всех! Даже тебя… наверное.

— Кетильфаст очень сильный, — согласился Санек. — Рад с тобой познакомиться, Тори Хрогнирсон!

— И я тоже… брат!

Санек аккуратно пожал протянутую лапку.

Глава 7

Глава седьмая

Игровая зона «Мидгард». Уровень один

Хёвдинги, ярлы, конунги и что бывает, если много пива смешать с многими амбициями

Вернулись они к прерванному Наддадом разговору только на следующий день.

Прогуливаясь вдоль берега и любуясь тремя новенькими драккарами, купленными Кетильфастом прошлой осенью. Переплатил ярл почти треть, зато получил корабли, обойдя заказчика. Корабли, кстати, а может и некстати, предназначились тому конунгу, которого недавно заборол Сигурд. Кто знает, может, будь у конунга драккары, результат битвы был бы другим?

— Сигурд… Хм… Ты знаешь, что он ко мне недоброе затаил? — внезапно спросил Кетильфаст.

— Слышал что-то такое, — Перед разговором Санек предусмотрительно снял шлем и это было мудро. Теперь ярл смотрел на него самого, а не на спорный подарок. — Ты его, вроде, прижал на тинге или что-то вроде.

— Было такое, — признал Кетильфаст. — Помнишь, нас тогда заставили на берег выброситься? Когда ты Крикуна убил?

— Такое забудешь, пожалуй.

— Так вот: это не Харальда-конунга драккары были. Харальд к данам ушел: землю их себе брать, а Сигурда вместо себя оставил. Сигурд ему родич по матери. И ульфхеднаров своих тоже к данам не взял. Взял бы, они бы к нам не заявились. Но там, у данов, воинов Одина тожн сильно не любят. Так Харальду только с другим претендентом решать следовало, а увидели бы даны ульфхеднаров, тут же по землям стрелу послали бы. Потому что — ульфхеднары. Они даже к слову Харальда не всегда внимательны были, хотя все с ним договор верности заключили пред лицом богов.

«Послать стрелу — сбор ополчения», — вспомнил Санек.

— И что? — поинтересовался Санек. — Одолел Харальд соперника? Взял землю?

Кетильфаст ухмыльнулся:

— Кабы взял, у нас бы никто на Сигурда и не вякнул. Убили там Харальда. Но это не значит, что Сигурд слаб. Дружина у него и сейчас крепкая. Была еще крепче.

— Была? — уточнил важный момент Санек.

— Он все еще силен, Сигурд-конунг, — задумчиво глядя на воду, произнес Кетильфаст. — Хотя сойдись он с Вебрандом в нынешних силах, сам стал бы кормом для рыб. Но и та победа далась ему дорого. Многих потерял Сигурд. И еще больше было ранено. И сам Сигурд был ранен, говорят, и ранен смертельно. Но исцелили его. Говорили, вёльву заполучил в жены и теперь ему никакое железо не страшно.

— Вёльва! Ха! — не удержался Санек.

Вот уж принцип «злого золота» в действии. Мало того, что сама Аленка нарвалась, так еще и Кетильфасту жизнь испортила.

— Ты что-то знаешь? — Кетильфаст повернулся к нему — Не было вёльвы?

— Была. И исцелила. Но в жены к нему пойти отказалась, это я тебе могу сказать определенно?

—? — приподнял бровь Кетильфаст.

— Эта вёльва — моя жена. Помнишь, как мы с тобой в первый раз встретились?