Александр Мазин – Геном доминатора (страница 7)
— Жди, — Седьмая снова прилепила к голове слимы, но взгляд ее остался осмысленным. Девочка вошла в ядро блока лишь одним из доступных ей мыслительных потоков.
Шесть секунд ей понадобилось, чтобы убедиться: человек прав. Все линии доступа к Системе заблокированы… Еще на восемнадцать секунд… Нет, это фальшивка, червь! Сожри их мут, линии не заблокированы! Они разрушены! Все! Даже подземная кабельная!
Глаза девочки закатились. Оба потока включились в анализ и через две секунды выдали результат.
— Нас сейчас атакуют! — крикнула Седьмая. — Протокол три!
Сигнал тут же прошел на импланты всего живого и неживого персонала клиники. Боевые системы перешли в режим готовности. Технический персонал, включая и солдата, принесшего нехорошую весть, начал действие согласно протоколу: активная защита согласно списку приоритетов. И первой в этом списке значилась она, Евгения Седьмая.
В больничную палату влетели два охранных дрона Седьмой. Третий завис снаружи, напротив окна.
На вбежавшего в палату доктора дроны не отреагировали. Тот тоже действовал согласно протоколу: подскочил к Седьмой и немедленно ввел в обнаженное плечико максимально допустимую порцию ингибитора, защищавшего девочку от гормонального взрыва, галлюцинаций, судорог и прочих прелестей предтрансформационного периода.
Глаза Седьмой прояснились. Она увидела, что хотела и вышла из сети.
«Что?» — взглядом спросила киноид.
— Мятеж! — выдохнула Седьмая.
И пользуясь меж-связью, через слимы, скинула киноиду трехмерку.
Тридцать три дрона и три оператора-солдата в летающих модулях Службы защиты сгоняли граждан рабочего статуса с улиц, причем, судя по остывающим телам на дорогах, использовали в том числе и летальное вооружение.
Прямое нарушение директивы. Солдаты могли применить силу в отношении не нарушивших закон граждан лишь по прямому распоряжению Королевы, Евгении Шестой. А летальное оружие против населения вообще под категорическим запретом.
Но это все было менее странно, чем то, что все солдаты, все тридцать шесть боевых единиц, были полностью экранированы от внешнего управления. Фактически удалены из Системы и подчинялись теперь только собственным прим-офицерам. Вопрос: кому подчинялись сами примы?
Но этот вопрос был тут же сброшен другим. Солдаты не могли сами отключиться от системы! Их можно было отключить, можно было представить определенную автономию, как, например, случалось во время выхода за периметр, или перевести под контроль дочерних ИИ во время апгрейдов Системы, которые в этот период переходили непосредственно под управление носителя чистой линии вроде Евгении Седьмой…
Мятеж!
В памяти Седьмой хранилась информация о похожих событиях. Но — в незапамятные времена. До того, как все управление города не было консолидировано в руках чистой линии. Семь партеногенетических поколений. Восемь веков безупречного правления Королев, каждая из которых была усовершенствованной копией матери. Она, Евгения Седьмая — лучшая из всех. Лучшая! Самая лучшая!!!
— Женька!!!
Крик подруги и удар по спине разорвал эмоциональный сбой, замкнувший оба потока на самоутверждение.
— Женька! Нас атакуют! В реале! Помогай!
Седьмая очнулась и тут же зажмурилась. Вспышки перегружавших защиту импульсов били по сетчатке сильнее, чем прямой взгляд на полуденное солнце. Четверть секунды — на осознание, секунда — на предельное сужение зрачка. Зрение вернулось. И пришло понимание: защиту перегружают одиннадцать независимых дронов. И им никто не препятствует!
Ладошка Седьмой легла на панель:
«Генетический доступ!»
«Принято».
Седьмая вошла в автономную систему клиники сразу обоими потоками.
Весь медицинский комплекс, две пирамиды с общим основанием, надземная и подземная, защищенные цепью активных модулей исключительно от гипотетической, как полагали (ошибочно, как выясняется) внешней атаки, объемной картинкой развернулся в сознании Седьмой. И сразу упростился, потому что Седьмую сейчас не заботило то, что происходит внутри двухсотметрового октаэдра.
Положительный момент: энергетическая пассивная защита пока стояла.
Отрицательный: при текущей внешней нагрузке ее хватит еще на пять минут. Потом резерв истощится и комплекс можно будет ломать хоть кирками.
Какого мута?
Ответ пришел, когда сгорел ее собственный, висевший снаружи дрон. Сгорел, даже не попытавшись защититься.
Зеленые отметки. Атакующие дроны опознаются как свои!
Командным доступом Седьмая прошлась по агрессорам, сменив маркировку. Чем немедленно инициировала активную защиту.
Защитные модули ударили разом и дронов осталось девять.
Девять? То есть рабочих модулей только два?
Анализ! Визуализация!
Модули не отключены. Накопители: норма. Что? Механические повреждения? Что за хрень⁈
Седьмая с трудом обуздала эмоции.
«Похоже, моя мысль насчет кирки оказалась пророческой», — подумала она.
Ирония — отличный способ управления гневом.
Что ж, против кирки тоже есть средства. Доступ к двум уцелевшим модулям заблокирован бронестворками.
На осмысление и реакцию Седьмой потребовалось порядка полутора секунд. Второй раз отработать модули не успели, поскольку их перезагруз — две с четверью секунды.
Этого достаточно, чтобы все уцелевшие дроны ушли в «темные» зоны и продолжили атаковать.
Но за полторы покинуть сектора атаки успели только три, а Седьмая на то и Седьмая, чтобы опережать любые локальные ИИ. Оба модуля отработали накопленной четвертью заряда, причем в узком спектре. Не уничтожили, «оглушили», вскрыв защиту…
…Чем немедленно воспользовалась Седьмая, тем же подтверждённым генетическим кодом войдя в управляющие блоки, перехватив управление дронами и сменив управляющую директиву.
Оба дрона тотчас отработали по новому алгоритму, сбив защиту сразу у четырех «красных».
Сто восемьдесят миллисекунд — все оставшиеся дроны сменили маркеры на зеленые…
И самоуничтожились!
Тот, кто переориентировал дроны, учел возможность смены приоритетов.
Седьмая зарычала не хуже своей подруги. Подобное она должна была предугадать… Но не предугадала. Успей она пройти трансформу… Гнев, ярость, отчаяние, раскаяние…
Ингибитор! Медик!
И едва препарат попал в кровь, поняла: не тот.
— Неженка, взять!
Бросок киноида, взвизг доктора, перешедший в жалобный всхлип.
— Что ты мне ввел? — бешено выкрикнула Седьмая. — Говори, червь!
— Два-десять-семь, — просипел медик. — Пощади…
— Раздави клопа! — с трудом удерживаясь в границах разума, рявкнула Седьмая, подхватывая аптечку, набирая нужный код и выхватывая из гнезда наполнившийся дозатор.
Полегчало мгновенно. Тройная доза ингибитора убила бы обычного человека, а ее превратила бы в овощ, но в данном случае всего лишь компенсировала уже введенный препарат. Да, почкам Седьмой придется непросто, но они справятся. Зато шквал эмоций превратился в приятный ветерок. И Седьмая порадовалась, увидев, что медик жив. Киноид не стала выполнять приказ, отданный в неадеквате.
— Зачем? — спросила Седьмая, присаживаясь рядом с придавленным к полу доктором.
— Меня… Мне… Приказ.
— Кто?
— Консорт Демьян.
Консорт?
Седьмая растерялась. Консорт — это голос и рука Королевы. Получается, за все происходящее отвечает мама? Но зачем ей…
И тут все встало на места. Картинка сложилась. Да, мятеж. И его лидер — Демьян. Элита. С максимальным для прима доступом. Реальный вариант. Но только в одном случае: если мама мертва. Но ведь это не так? Это же не может быть, правда?
Седьмая скрипнула зубами. Ни один ингибитор не может убрать