Александр Майерс – Мастер драгоценных артефактов 2 (страница 7)

— Есть у меня подозрения, что она владеет древней кровью.

Кирилл нахмурился.

— И что?

— А то, что с древней кровью она может провернуть один очень важный ритуал. Но только в том случае, если отдаст свою жизнь добровольно.

— Добровольно? — сын хмыкнул. — Ну ты и загнул, отец. Кто же на такое согласится?

— Тот, кому есть что терять, — Богдан снова посмотрел на брата. — Мы планировали держать её здесь. Год, два, сколько понадобится. Пока она в кого-нибудь не влюбится. Потом беременность. Дети. А уже потом — шантаж. Скажем, мы бы предложили ей выбор: или убьём твоего ребёнка, или ты отдашь свою жизнь. Любая мать готова пожертвовать собой.

Кирилл открыл рот. Закрыл. Снова открыл.

— Это… долго.

— Долго, — согласился Вольский. — Но надёжно. Торопиться-то было некуда… А мой драгоценный братец всё испортил! Не смог в штанах себя удержать.

Он сплюнул на пол. Целители, возившиеся у койки, сделали вид, что ничего не заметили.

— Ведьм много, — пожал плечами Кирилл. — Найдём другую.

— Не так уж их и много, — буркнул Богдан. — А с древней кровью вообще единицы. Я двадцать лет искал подходящую девку. Двадцать лет, понимаешь⁈ И вот она сама пришла ко мне в руки. А теперь сбежала.

Он развернулся к сыну и посмотрел ему в глаза.

— Мир не такой простой, каким тебе кажется. Есть вещи, о которых ты даже не подозреваешь. И есть причины, по которым мне нужна именно эта ведьма.

Кирилл выдержал взгляд отца и спросил:

— Что мне делать?

— Найди её. Мне плевать, как ты это сделаешь. Возьми людей и отправляйся на поиски. Подкупай, угрожай, пытай, убивай, без разницы. Но найди.

— А если она далеко ушла?

— Значит, пойдёшь далеко. Докажи, что ты достоин быть моим наследником.

Кирилл помолчал. Потом решительно кивнул и вышел.

Вольский снова повернулся к брату. Тот лежал неподвижно, и только слабое дыхание говорило о том, что он ещё жив.

— Дурак ты, — тихо сказал Вольский. — Такое дело запорол!

Я спустился в шахту и, недолго думая, сразу направился к новому штреку. Ну, тому, который открылся после вторжения инсектоидов. На первый взгляд там всё было очень богато, хотелось ещё раз окинуть свежим взглядом.

К тому же камни нужны, а ждать, пока их принесут — долго. Проще самому добыть.

Все камни, что было легко здесь добыть, уже добыли. Но шахтёры, понятно дело, не остановились на простом. Он продолжили работу и уже успели наколотить немало железной руды.

Отлично. Железо нам пригодится. Вот только прямо сейчас мне нужны магические камни, а на поверхности их больше нет. Придётся искать.

Я прошёлся вдоль стены, касаясь камня ладонью и посылая магический импульс внутрь породы. Относительно неглубоко отыскал россыпь кристаллов — мелких, но годных. Кварц, турмалин, немного аметиста. Для моих целей — самое то.

Недолго думая, я приказал одному шахтёру поработать на этом участке, указав примерное расположение камней. А сам отправился дальше.

И дальше по штреку картина менялась. Мягкая порода упиралась в здоровенную стену из тёмной и твёрдой породы. Мои работяги как раз пытались через неё пробиться, остервенело стуча кирками. Толку было — как от комариных укусов.

— Давно тут застряли? — спросил я у бригадира.

Тот вздрогнул и обернулся.

— Со вчерашнего вечера, ваша милость. Порода крепкая, зараза. Кирки тупятся, а толку чуть. Сами видите, — он развёл руками.

Я подошёл ближе и осмотрел стену. Отправил несколько импульсов и обнаружил, что за толстым слоем твёрдой породы — снова мягкая. И кристаллов там побольше, чем здесь.

— Отойдите-ка, — сказал я, обнажая меч.

Шахтёры переглянулись, но послушно отступили. Интересно, что они в этот момент подумали. Что граф-дурачок решил порубить мечом камень, который не берут кирки?

Ирония в том, что именно это я и собирался сделать.

Не зря же я этот меч зачаровывал. А теперь ещё и камешки в рукояти заменил на более сильные и лучше обработанные.

Примерился. Нашёл тонкую трещину в породе. И со всей дури вогнал туда меч, усилив удар всплеском маны.

Клинок вошёл на треть и застрял.

Шахтёры за спиной охнули так, как будто я их самих проткнул. Понятное дело. Они не понимали, как можно подобным варварским образом обращаться с хорошей сталью.

Я усмехнулся и добавил магической силы.

Мои руки засветились. Энергия потекла через ладони в рукоять, из рукояти — в клинок. Меч начал медленно погружаться в камень, как нож в масло.

Ну, почти как в масло. Усилий всё же приходилось немало прилагать.

Я давил на рукоять, проталкивал клинок сантиметр за сантиметром. На лбу выступил пот выступил. Духовные каналы гудели от напряжения, мышцы заныли. Однако я не останавливался.

Наконец, клинок вошёл по самую рукоять.

— А теперь — самое интересное, — пробормотал я.

И активировал воздушный аспект на полную.

Магия воздуха хлынула в породу. Заполнила микротрещины, пустоты, поры. Давление внутри камня начало расти.

Я рванул меч на себя и отскочил назад.

Вовремя.

Стена вздрогнула. Раздался треск, по камню побежали трещины. А затем здоровенный кусок породы — метра два в ширину и полтора в высоту — просто отвалился и рухнул на пол.

Грохот был такой, что в ушах зазвенело. Пыль поднялась столбом.

Шахтёры шарахнулись к стенам. Кто-то упал, кто-то выронил кирку. Бригадир стоял с открытым ртом и смотрел на меня так, будто я только что вызвал демона.

Пыль осела. Я заглянул в образовавшийся проём.

За твёрдым слоем действительно шла мягкая порода. И жилы в ней, судя по всему, неплохие.

— Вот так, — сказал я, отряхивая руки. — Можете работать дальше.

Бригадир сглотнул.

— Ваша милость… Это… Как вы…

— Магия, — пожал я плечами. — Штука полезная. Ладно, мужики, не стойте столбами. Работы прибавилось.

Шахтёры начали приходить в себя. Подбирали кирки, переглядывались. Кто-то уже полез в проём, щупая новую породу. Другие подогнали тачку и стали складывать в неё разрушенную породу.

Я отошёл в сторону и присел на камень. Надо было отдышаться — трюк с мечом прилично меня вымотал. Всё-таки мои каналы ещё далеки от идеала.

Пока сидел, заметил кое-что интересное. Шахтёры украдкой поглядывали на меня. И не просто поглядывали — они явно нервничали. Борис что-то шептал своим, те кивали и хмурились.

Странно. Вроде бы я им помог. Чего переживают?

Я встал и подошёл к бригадиру.

— Василий, что-то не так?