Александр Майерс – Лекарь из Пустоты. Книга 9 (страница 35)
— Благодарю, полковник, — ответил я.
Мы обменялись ещё парой фраз, и я сбросил звонок, чувствуя удовлетворение. Теперь, когда Вебер нанесёт удар, за ним будут наблюдать сразу с двух сторон.
Уладив это дело, я переключился на дела насущные. Машина уже подъезжала к портальному комплексу, и сегодня меня ждали Петербург и Николь.
Вскоре я уже шагал по коридорам «Ренессанса», где вот уже почти месяц восстанавливалась Николь.
Она заранее знала, что я приеду, поэтому не стала дожидаться в палате. Маркиза встретила меня в холле, уже одетая так, словно собиралась на очередную прогулку.
Увидев меня, девушка ахнула, а её глаза расширились от удивления и восторга.
— Это мне?
— Конечно, — улыбнулся я, протягивая букет её любимых пионов.
— Как приятно! Спасибо, — она с улыбкой приняла цветы и вдохнула их аромат.
— Чудесно выглядите, — искренне сказал я, и это была чистая правда.
Мы вышли на улицу. Было немного прохладно, но сегодня питерская погода расщедрилась на солнце. Немного поговорили, и я ещё раз убедился, что восстановление Николь идёт превосходно. Кризис давно позади, организм и аура восстановились, и держать маркизу в клинике дальше попросту незачем.
— Дальше вам нужно естественное восстановление, Николь. Свежий воздух, прогулки, привычная обстановка. Думаю, вам пора домой, — сказал я.
— Даже не знаю, что сказать… С одной стороны, это хорошо, я соскучилась по родным. С другой стороны — жаль уезжать отсюда. У вас в клинике очень уютно, Юрий, — произнесла маркиза.
— Не сомневаюсь. Но дома всё-таки будет лучше.
— Раз так… поедем со мной! Хотите провести выходные в Париже? Мои родители будут рады снова с вами повидаться. И… я тоже буду рада провести время вместе, — чуть покраснев, добавила Николь.
— Интересное предложение, — задумался я.
С одной стороны, дел у меня было невпроворот — впрочем, как и всегда. Но, с другой стороны, позволить себе отдых тоже не помешает. В последнее время я вообще забыл, что это такое, и работал от зари до зари. Да и не хотелось отвечать отказом на искреннее предложение маркизы.
— Хорошо. Проведём выходные в Париже, — кивнул я, и на лице сама собой появилась улыбка.
Николь радостно захлопала в ладоши, и мы условились встретиться вечером в портальном комплексе.
У меня оставалось несколько часов, и я решил потратить их с толком, чтобы отдохнуть с чистой совестью и не думать, что я о чём-то забыл.
Первым делом я провёл видеовстречу с Дмитрием и дирекцией «Аргентума». Обсудили текущие дела, и я убедился, что всё идёт своим чередом. «Бодрец», «Лунная роса» и «Барьер» продолжали хорошо продаваться по всей стране и за её пределами. В некоторых регионах России спрос даже превышал предложение, и мы едва успевали пополнять склады и полки магазинов.
Это было здорово, но в то же время слегка расстраивало. Мы сейчас не могли позволить себе увеличить производство, и логистическому отделу приходилось отчаянно лавировать, чтобы везде доставить нужное количество товара.
Затем, собственно, последовала встреча с представителем одного из логистических партнёров. Обсуждали новые маршруты поставок и страховку грузов. После истории с Вебером я стал куда внимательнее относиться к логистике, так что лично проследил, чтобы данные о маршрутах хранились надёжно и не утекали на сторону.
Да, предстояли дополнительные расходы на безопасность, но скупой платит дважды.
Покончив со встречами, я уединился в кабинете своего особняка и занялся документами. Подписал несколько контрактов, утвердил квартальный отчёт, отправил распоряжения управляющим. Бумажная работа — скучная, но необходимая часть бизнеса.
Под конец я уделил время личным финансам. За последний год мой капитал вырос настолько, что держать его без движения было бы расточительством. Я открыл свой инвестиционный портфель и пробежался по позициям.
Часть средств я давно вложил в надёжные имперские облигации. Другую часть — в акции нескольких промышленных родов, чьи дела шли в гору. Особенно радовали бумаги одного машиностроительного концерна, выросшие почти на треть с момента покупки.
Поразмыслив, я решил реинвестировать часть прибыли. Я уже приглядел акции пары перспективных компаний, занимающихся добычей и обработкой редких алхимических реагентов. Дело, которое я знал изнутри, а вкладываться лучше в то, в чём разбираешься.
Деньги должны работать. Лежащий мёртвым грузом капитал — это упущенная выгода, а я не из тех, кто упускает.
Вечер выдался ясным и тёплым. Я приехал в портальный комплекс чуть раньше условленного времени и вскоре заметил Николь — она ждала меня у входа, элегантная и сияющая, с лёгкой дорожной сумкой через плечо. Рядом с ней стоял молчаливый, как всегда, Фабьен.
— Вы готовы, Юрий? Я уже предупредила отца, он обещал, что нас ждёт прекрасный ужин! — сообщила Николь, когда я подошёл.
— Уже предвкушаю. В вашем доме всегда кормят на убой, — усмехнулся я.
Мы направились было к стойке оформления, как вдруг мой телефон завибрировал. Я бросил взгляд на экран — Шрам.
— Слушаю.
— Юрий Дмитриевич, вы в Петербурге? — голос Шрама был необычно напряжён.
— Собираюсь отправляться в Париж. Что-то случилось?
— Князя Пушкарёва убили.
На мгновение мир вокруг словно замер.
Князь Пушкарёв, с которым мы ужинали ещё вчера вечером, и который попросил меня беречь порядок в княжестве. Он рассказал мне о заговоре против короны и нашего княжества — и вот, похоже, заговорщики нанесли удар.
Все мои мысли о выходных с Николь и тихих парижских улочках разлетелись на куски в одно мгновение. Заговор, о котором меня предупреждали, перестал быть какой-то призрачной угрозой. Он стал жестокой реальностью.
— Граф? Вы слышите? — спросил Шрам.
— Да. Минуту.
Я медленно опустил телефон и повернулся к маркизе. Она смотрела на меня с тревогой — видимо, всё прочла по моему лицу.
— Прости, Николь. Похоже, мне придётся остаться в России…
Глава 16
Маркиза смотрела на меня, и тревога в её глазах сменилась пониманием. Она ведь тоже была дворянкой и знала, что долг важнее желаний.
— Что-то серьёзное? — тихо спросила она.
— Боюсь, что да, — я не стал вдаваться в детали. — Простите, что подвожу в последний момент. Погуляем по Парижу в следующий раз.
— Не извиняйтесь, Юрий. Я всё понимаю. У меня есть только одна просьба, — она мягко коснулась моей руки.
— Конечно.
— Будьте осторожны, хорошо? — Николь улыбнулась. — И помните, что двери дома де Мариньи всегда открыты для вас.
— Благодарю, маркиза, — я взял её ладонь в свою и коснулся губами.
Честно говоря, я ощутил укол вины. Николь ждала этой поездки, да и я тоже, но обстоятельства не оставили выбора.
Мы попрощались, и маркиза в сопровождении Фабьена направилась к стойке оформления. Я проводил их взглядом, а затем снова поднёс телефон к уху.
— Шрам, я слушаю. Рассказывай.
— Кортеж князя атаковали на трассе между Новосибирском и Томском. Пушкарёв ехал туда по каким-то личным делам, без большой охраны. На пустынном участке трассы его магомобиль попал в засаду. Сработали профессионально, Юрий Дмитриевич. По предварительным данным, никто не выжил, — выложил Богдан.
— Твою мать, — процедил я сквозь зубы.
Вчера вечером этот человек просил меня беречь порядок в княжестве, рассказывал о заговоре против короны. А сегодня его уже нет. Совпадением тут и не пахло.
— Новость уже разлетелась по всей империи, — продолжал Шрам. — Новосибирские рода в шоке. Никто не ожидал, что кто-нибудь осмелится поднять руку на самого князя, пусть и уходящего. Обстановка в городе… напряжённая. Многие приводят гвардии в боевую готовность, полиция на каждом углу, имперские войска подняты по тревоге. Думаю, вам стоит вернуться.
— Буду сегодня же, — ответил я и направился к стойке.
Заговор, о котором меня предупреждали, перестал быть отвлечённой угрозой. Неизвестные враги нанесли первый удар.