Александр Майерс – Лекарь из Пустоты. Книга 9 (страница 16)
— Не спугните их, Клеменс, — приказал я. — Продолжайте наблюдение, но не вмешивайтесь, пока они не перейдут к активным действиям. Нужно понять, куда тянутся ниточки.
— Так точно, граф. Сделаем в лучшем виде, — кивнул он.
Мы поговорили ещё немного и попрощались. Я повернулся к Шраму, собираясь отдать приказ насчёт усиления охраны наших грузов, но тут на столе ожил селектор. Я нажал на кнопку, и раздался голос начальника охраны:
— Ваше сиятельство, к воротам прибыл автомобиль Службы безопасности империи. Полковник Воронцов просит вас принять его. Говорит, дело не терпит отлагательств.
Мы со Шрамом переглянулись. Глава столичного СБИ редко наносил визиты вежливости без предупреждения. Точнее, никогда не наносил. Значит, дело и правда важное.
— Пропустите, — ответил я.
Через пять минут мы с Воронцовым сидели друг напротив друга в гостиной. Полковник не спешил начинать разговор. Он медленно сделал глоток чая, поставил чашку на блюдце и посмотрел на меня своим фирменным тяжёлым взглядом.
— Вкусный чай, Юрий Дмитриевич. Умиротворяющий. Жаль только, что ваши действия в последнее время не способствуют умиротворению в столице.
— О чём вы, Юрий Михайлович? — невозмутимо спросил я, хотя прекрасно понимал, к чему он клонит.
— О вашей маленькой операции на Крестовском острове, разумеется. Вы подняли половину своего полка, выставили на улицах людей с оружием и боевыми артефактами. Помяли гвардейцев графа Мамонтова и до смерти перепугали его помощника. Простите за грубость, граф, но вы в своём уме? Так не делается! — голос Воронцова лязгнул сталью.
Улыбка на моём лице погасла. Я взял свою чашку, сделал глоток и спокойно посмотрел полковнику в глаза.
— Так не делается? — переспросил я. — А шантажировать меня — это, значит, нормальная столичная практика? Юрий Михайлович, давайте будем честны — Мамонтов сам напросился. К тому же никто не пострадал. Подумаешь, пара сломанных носов и один перепуганный помощник.
— Вы не понимаете. Вы стали слишком заметной фигурой, Юрий, на каждый ваш шаг обращают пристальное внимание. Использование таких радикальных методов — это плохо для стабильности государства. Корона не любит, когда аристократы устраивают вооружённые разборки в центре Петербурга.
— Я буду предельно жёстко реагировать на любые попытки меня использовать или угрожать моим людям, — отрезал я. — А что касается стабильности… Думаю, для неё гораздо хуже, когда меня пытаются шантажировать или, например, поджигают реликтовый лес рядом с моей стройкой. Вы не находите?
Воронцов тяжело вздохнул и потёр переносицу.
— Об этом я тоже хотел поговорить, — сказал он. — Ситуация на Урале принимает прескверный оборот.
— Внимательно слушаю.
— В отделение СБИ в Екатеринбурге поступили донесения. Суть в следующем: утверждается, что князь Баум и граф Серебров сами организовали поджог тайги. Якобы для того, чтобы под шумок расчистить огромный участок леса под расширение своего завода. Ведь сжечь и списать на неизвестных вредителей — это куда дешевле и быстрее, чем годами обивать пороги министерств, получая законное разрешение на вырубку заповедной зоны.
— Гениально, — я саркастично хмыкнул.
— Рад, что вы оценили. Наши агенты задержали нескольких наёмников, которые дали именно такие показания. Они утверждают, что заказ поступил через посредников, но всё указывает на вас и Баума. Следствие пока идёт под грифом «секретно», и я рассказываю вам это исключительно по старой дружбе. Но если делу дадут ход, экологический штраф покажется вам детским лепетом. Это уголовное дело и обвинение в терроризме, — жёстко закончил полковник.
Я только хмыкнул. Воронцов не сказал, кто именно подкинул СБИ эту блестящую версию и сдал наёмников, но всё было очевидно.
Князь Аристов и граф Юрасов. Сначала они устроили пожар, чтобы прорваться к заповеднику. А когда поняли, что Баум вот-вот поднимет на уши всю империю, чтобы найти виновных, сыграли на опережение. Подсунули СБИ исполнителей и заранее отвели от себя подозрения.
Коварный и весьма изящный ход. Теперь нам с Баумом придётся отмываться от обвинений вместо того чтобы искать настоящих поджигателей.
— Понятно. Что ж, посмотрим, чья возьмёт, — холодно произнёс я. — Буду благодарен, если попросите своих коллег в Екатеринбурге не торопиться выдвигать обвинения. Князь Баум подключил свои связи и начал собственное расследование. Скоро мы узнаем правду.
— Надеюсь на это, Юрий Дмитриевич, — Воронцов поднялся и, не сказав больше ни слова, направился к выходу.
Я только вздохнул. Мало мне интриг вокруг выборов князя — ещё и Урал постоянно напоминает о себе. Похоже, Юрасов и его сюзерен не собираются успокаиваться. Знать бы, что они скрывают в заповеднике…
Но ничего. Уверен, скоро узнаем. Зацепки у нас уже есть.
Вернувшись в кабинет, я налил себе крепкого кофе и принялся за работу. Интриги интригами, но бизнес требовал внимания.
За делами я не заметил, как наступил вечер. Из рабочего транса меня сумел вырвать только звонок Шрама.
— Слушаю, Богдан, — ответил я.
— Ваше сиятельство, только что звонил Мюллер. Наши враги в Европе перешли к активным действиям. На складе герцога Каттанео в Милане задержали троих рабочих. Они пытались вынести со склада ящик с основой «Лунной росы», — рассказал Шрам.
— «Лунной росы»? Ты ничего не путаешь?
— Обижаете, ваше сиятельство.
Я даже не знал, что на это сказать. «Лунная роса» — мягкое снотворное, которое прекрасно успокаивает нервы и гарантирует крепкий сон без побочных эффектов. Оно отлично продавалось, но не было стратегическим или секретным продуктом. Зачем рисковать ради обычного снотворного, которое можно легально купить в аптеках?
Да, выкрасть основу — это логично, из неё гораздо проще выделить формулу, чтобы попытаться создать аналог. Но почему именно «Роса»?
— Рабочие раскололись? — спросил я.
— Обычные докеры, граф. Им заплатили наличными, передали инструкции через тайник. Заказчика они в глаза не видели, — ответил Шрам.
Интересно. Кукловод, как и в прошлый раз, не стремится выходить из тени. И если мы продолжим просто ловить исполнителей, мы никогда не доберёмся до него.
— Свяжись с Мюллером. Как бы там ни было, с этим надо разобраться раз и навсегда. Устроим врагам ловушку, только на этот раз более изящную. В прошлый раз заказчик послал бандитов и никак не засветился, но на этот раз мы заставим его выдать себя…
Глава 8
Клаус сидел в тёмной гостиной, где единственным источником света служил тускло мерцающий экран ноутбука. На столе остывал недопитый кофе, но спать агенту АУГР в любом случае совершенно не хотелось.
Несколько минут назад по зашифрованному каналу пришло срочное донесение от Лоренцо Витале — крота, которого удалось запустить в римскую контору Мюллера. Или лучше было сказать римскую контору Сереброва — Вебер ни капли не сомневался в том, что Мюллер работает на русского графа, хотя официально их ничего не связывало.
Информация была крайне интригующей и одновременно очень опасной.
Согласно данным, Серебровы готовились перебросить в Европу нечто совершенно новое. Речь шла не об очередной партии «Бодреца» или «Лунной росы». Это будет опытный образец нового, строго засекреченного продукта. Груз был зарегистрирован по высшему классу опасности, а маршрут прорабатывался с параноидальной тщательностью.
Вебер откинулся на спинку кресла и задумчиво потёр небритый подбородок.
Его настоящие хозяева из Чёрной касты уже давно требовали конкретных результатов. Они желали знать всё об алхимических продуктах Сереброва, а все предыдущие попытки подобраться к тайнам сибирского выскочили закончились провалом. Агентство Мюллера оказалось слишком зубастым.
Хотя соперничать с ними было даже интересно, Клаус искренне признавался себе в этом.
Он вновь посмотрел на экран. Лоренцо предоставил подробный маршрут: спецвагон прибудет на крупную железнодорожную сортировочную станцию в пригороде Рима. Там груз проведёт ровно одну ночь в отстойнике, дожидаясь оформления транспортных документов. И только утром за ним прибудут броневики и вооружённые гвардейцы герцога Каттанео, чтобы отвезти образец на неприступный главный склад компании.
Ночью на станции контейнер, разумеется, будут охранять. Но железнодорожный узел — это огромная, шумная территория. Тысячи вагонов, лабиринт путей, слепые зоны камер. Единственное уязвимое звено во всей логистической цепочке.
Вебер сомневался. Интуиция опытного разведчика подсказывала, что здесь есть подвох.
Почему образец отправляют именно так? Не слишком ли удачно складываются обстоятельства? Вдруг Серебров и Мюллер поняли, что за ними наблюдают, и теперь пытаются выманить охотников на живца? В конце концов, после инцидента с докерами в Милане они обязаны были усилить бдительность.
Клаус несколько раз глубоко вздохнул, взвешивая риски.
С одной стороны, шанс нарваться на засаду высок. С другой — Чёрная каста не прощает провалов и длительного бездействия. Если этот эликсир действительно представляет собой новую разработку Сереброва, его захват станет грандиозным успехом.
Второго такого шанса перехватить секретную алхимию может просто не представиться.
Риск был оправдан. Но против людей Мюллера нельзя выпускать любителей. Здесь требуется профессионал высшего класса, способный пройти сквозь любую систему безопасности, аккуратно забрать нужный груз и исчезнуть, не оставив следов.