Александр Майерс – Лекарь из Пустоты. Книга 6 (страница 49)
«Диагност года». «Будущее русского целительства». Слишком громкие слова. Я пока что провёл всего одну операцию на Николь. Да, успешную. Да, революционную. Но одну.
Похвалы казались мне преждевременными. Ещё многое предстояло доказать — себе и миру.
Впрочем, отказываться от славы было бы глупо. Пусть пишут. Пусть называют гением, диагностом года, кем угодно. Всё это — инструменты, которые можно использовать для развития клиники, привлечения пациентов и укрепления позиций рода.
Я улыбнулся и закрыл ноутбук.
Симпозиум закончился, но его плоды мне придется пожинать ещё долго. Не только благодаря полученным знаниям, но и заработанной славе.
Хотя, честно говоря, мне уже очень хотелось вернуться домой, в Россию. В Новосибирск.
Пора возвращаться.
Тимур Евгеньевич швырнул телефон на стол.
Аппарат ударился о полированное дерево и скользнул к краю, едва не упав на пол. Белозёров едва обратил на это внимания — он был слишком зол, чтобы думать о таких мелочах.
Субсидии. Его субсидии. Те самые, которые годами текли в карманы Ельцова, а оттуда частично к нему самому. Теперь они будут уходить к Сереброву! К этому проклятому мальчишке из Сибири!
Тимур Евгеньевич встал и подошёл к окну. За стеклом простирался вечерний Петербург — огни набережной, силуэты дворцов, чёрная лента Невы.
— Что за дерьмо происходит? — процедил граф себе под нос.
Серебров появился из ниоткуда. Год назад о нём никто не слышал — безвестный, бездарный целитель из провинциального Новосибирска, наследник захудалого рода.
А теперь? Теперь его имя на первых полосах газет. «Диагност года». «Будущее русского целительства». «Молодой гений».
Тьфу.
Белозёров скрипнул зубами.
Сначала этот щенок влез в дела Гильдии. Потом начал копать под Ельцова. Потом устроил информационную войну, которую выиграл — это Тимур Евгеньевич вынужден был признать. А теперь забрал субсидии, которые по праву принадлежали…
Нет, не по праву, если уж честно. Ельцов воровал, и его поймали. Но это не меняло сути.
Серебров унизил его. Публично, на глазах у всего Петербурга, у всей страны. Потеря субсидий вассалом — это пощёчина сюзерену. Все это понимают. Все смеются за его спиной.
— Ваше сиятельство, барон Карташов просит аудиенции. — в кабинет заглянул секретарь.
— Пусть войдёт, — взмахнул рукой Тимур, не оборачиваясь.
Вячеслав Карташов, верный пёс и первый помощник в грязных делах, вошёл и поклонился.
— Тимур Евгеньевич. У меня новости.
— Какие?
— Серебров собирается открыть клинику в Петербурге. Замминистра Вольский предложил ему здание в центре города.
Белозёров медленно повернулся к нему и выдавил:
— Что⁈
Карташов развёл руками:
— Клиника в столице. Прямо под нашим носом. И, судя по всему, Министерство здравоохранения его поддерживает.
Тимур Евгеньевич почувствовал, как кровь приливает к лицу. Клиника в Петербурге? Этот наглец собирается обосноваться здесь, в его вотчине, и конкурировать с его людьми!
Мало ему было Новосибирска. Мало было субсидий Ельцова. Теперь он хочет забрать всё!
— Этого не будет, — процедил Белозёров.
— Что прикажете делать? — спросил Карташов.
Граф прошёлся по кабинету, заложив руки за спину. Думал. Просчитывал варианты.
Информационная война не сработала — у Сереброва оказались неплохие специалисты. Попытка надавить через Гильдию провалилась. Проверки против Ельцова довели до конца, несмотря на все связи.
Значит, нужны более решительные меры.
Белозёров остановился и повернулся к вассалу.
— Ничего. Ты свободен, Вячеслав.
— Но… Мы что, просто это оставим? — растерянно развёл руками Карташов.
— Иди, — с нажимом повторил граф.
Барон пожал плечами и, поклонившись, покинул кабинет.
Тимур Евгеньевич снова повернулся к окну.
Этот ублюдок решил открыть клинику в столице? Ну что ж, посмотрим, долго ли она проработает.
В голове графа уже начал формироваться план, но он не собирался посвящать в этот план ни Карташова, ни тем более Ельцова. И не собирался даже их задействовать.
Потому что Арсений, если его прижмут, сразу сдаст Белозёрова. Он трус, и в этом нет сомнений. Вячеслав же не сдаст, но его дуболомы могут всё испортить. Он годится только для прямолинейных силовых операций.
А здесь нужно действовать изящнее. И бить наверняка — накопить как можно больше грязи на род Серебровых и затем вывалить всю разом. Чтобы ни у князя Бархатова, ни у самого императора всероссийского не возникло сомнений в том, что Серебровы — твари и мошенники.
Пора выводить войну на новый уровень. Всё или ничего.
Но с чего же начать?
Серебров наверняка будет закупать для своей клиники оборудование. И ему можно с этим «помочь»… Скажем, подменить технику на китайские подделки. Заметить это будет непросто, а вот качество услуг сильно пострадает.
Дальше — можно использовать Дмитрия Сереброва, бывшего главу рода. Какой позор, кстати — передавать главенство сыну, пока сам ещё полон сил. Этот Дмитрий, видимо, ничтожный слизняк.
Значит, будет просто им воспользоваться. Если удастся подстава с оборудованием — а она наверняка удастся — то затем можно выставить и отца Сереброва в плохом свете, а потом и мать и сестру. Это докажет, что весь род Серебровых мошенники.
Нужно отыскать поставщика материалов на кемеровский завод, в который недавно вложились Серебровы. Продать им несколько партий качественного сырья с большой скидкой, но перед этим устроить на завод с десяток-другой грузчиков, чтобы те в нужный момент погрузили товар из вторсырья вместо качественного. Когда эта партия с эликсирами уйдет в продажу, выкупить несколько штук и провести экспертизу.
Конечно, придется потратится на закупки эликсира и на продажу качественного сырья ниже себестоимости, но это не страшно.
Поставлять эликсиры уровня Серебровых во флаконах из вторсырья запрещено законом. Магическая активность компонентов снижается и даже могут вызвать побочные эффекты после контакта с некачественным стеклом.
Идеально.
А вот убрать впоследствии грузчиков, чтобы не болтали, может и Карташов. Точнее, его бандиты.
Белозёров улыбнулся отражению в окне.
Серебров думает, что он победил. Наивный мальчишка.
Война только начинается.
Тимур Евгеньевич сжал кулаки.
— Ты ещё пожалеешь, щенок. Очень скоро пожалеешь, — прошептал он.
Глава 16
Барон Мещеринов стоял посреди огромного пустого зала и улыбался.