18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Александр Майерс – Бруталити-шоу 4 (страница 22)

18

- Заберите патроны и медицину, - велел я. - Пугало, смени карабин на автомат. В темпе, надо уходить!

Пока бойцы принялись за дело, я тоже сменил магазин на полный. Попил воды, подобрал рацию и вручил ее Пугалу:

- Повтори, что я скажу. Группа четыре на связи, прием. Положили всех гриферов. Брута ранили и повязали. Возвращаемся к выходу из "Бункера".

Пугач криво ухмыльнулся и в точности все повторил. Голоса через рацию трудно узнать, так что будем надеяться, что нас не раскусят.

- На связи командир! Кто говорит?!

Пугало вопросительно повел подбородком. Я пожал плечами и посмотрел на тело реплика, который нес рацию. Указал на него пальцем.

Тамир (Т-07)

Статус: мертв

- Это Тамир! - сказал Пугач.

- Какой квадрат вы патрулировали до этого, Тамир? - спросил Рюгер.

Вот ублюдок. На этот вопрос мы точно не сможем ответить правильно.

- Ну и что ему ответить? - спросил синеволосый.

Я махнул рукой:

- Пошли его на хер. Валим отсюда.

- Квадрат твоей жопы! - проорал Пугач в рацию. - Брут передает, чтоб ты шел на хер! Пока!

После этого он разбил матерящуюся рацию об дерево, и мы отправились прочь.

Внимание!

Начинается Тихий час. Применение насилия строго запрещено.

Штраф за насилие: снижение рейтинга и ОА. Штраф за убийство: рейтинг -500, изгнание из Сектора

- Ну что, они еще там? - прошептала Киса, подходя ко мне.

- Конечно, - ответил я, убирая бинокль. - И вряд ли уйдут.

После того, как отбились от группы защитников в лесу, мы смогли сориентироваться и как можно более незаметно достигли сейв-поинта, на котором стояла наша машина. Спрятались в руинах здания неподалеку и принялись наблюдать.

Само собой, на точке сохранения уже дежурили "служители порядка". Поняв, что упустили нас, они приняли верное решение – встали там, куда мы точно придем. Две группы заняли позицию недалеко от безопасной зоны и были готовы к встрече.

Можно было бы махнуть на тачку и лут в ней рукой. В конце концов, у нас были и оружие, и броня. Заказать все необходимое можно было в системном магазине, дрон доставил бы покупки в любую точку локации. Еще проще было бы добраться до другой точки сохранения, спокойно сделать покупки и отдохнуть с комфортом.

Так на кой же хрен мы собираемся появиться именно там, где нас ждут? Да еще и в то самое время, когда нас ждут?

Ну, во-первых, я хочу забрать машину. Во-вторых, скинуть лут все равно не помешает – кредиты нам нужны. На те же патроны и медикаменты. А еще в машине лежат прокачанный автомат покойного Багира и гранатомет. Такое в магазине не купишь.

В-третьих, Рюгер и его братва теперь точно не успокоятся, пока не прикончат нас. Группа Брута для них теперь цель номер один. И мы не сможем спокойно выполнять задания и получать Очки Активности, пока не закончим это противостояние.

Спрятаться не выйдет, единственный вариант – позорно вернуться на Станцию-пять. Выступать себе в Сером октагоне, жить в одной комнате с Файри, ездить на шоу раз в недельку… В том пруду я был бы настоящей акулой. А здесь еще приходится доказывать, что у меня есть зубы. И не просто зубы, а опасные клыки.

Тут как раз и появляется "в-четвертых". Я сам хочу прикончить Рюгера и вообще всех защитников. Устроить такую кровавую баню, чтобы это стало легендой Сектора. И для того, чтобы ее устроить, необходимо пробраться именно на этот сейв-поинт. И именно тогда, когда там дежурят защитники.

- Слушайте, - сказал я. - План такой…

Я и Пугало спокойным шагом приближались к точке сохранения. Мы были не единственными – игроки стекались со всей округи. Кто-то на траспорте, но большинство пешком. И каждого из них останавливали и допрашивали защитники, которые расположились полукругом вокруг границы безопасной зоны.

Собственно, сейчас весь Сектор был безопасной зоной. Непривычная тишина, только лают собаки да ухают ночные птицы. Но граница все равно была, и перед тем, как пройти за нее, каждому реплику предстояло пообщаться с защитниками.

- Эй, придурки! - крикнул я, подходя. - Нас ждете?

Сразу множество лиц повернулось к нам. Пара человек со стволами в руках зашагали навстречу. Кого они хотят напугать? Насилие строго запрещено, ничего они не сделают. Если только не хотят пожертвовать рейтингом и очками активности.

Хотят? Ну надо же.

Защитник молча поднял автомат и явно собрался дать очередь по ногам. Мы с Пугалом, не сговариваясь, кинулись в разные стороны. Я смешался с группой других игроков, и противник не решился стрелять. Если зацепит сразу нескольких – потеряет огромное количество рейта, и рискует вылететь из Сектора.

Он перевел ствол на Пугало, но потом зарычал сквозь зубы и упал на одно колено, прижимая ладонь ко лбу. Бан получил, говнюк? Правильно. Система бдит.

Только тут в игру вступил другой защитник – тоже поднял автомат и даже успел выстрелить, прежде чем тоже оказался наказан. И гораздо более жестко – заорал, упал и отключился.

Попасть не смог, а Пугало к тому времени перепрыгнул через границу и, широко улыбаясь, показал защитникам два средних пальца. Я вскоре оказался рядом с ним.

- Радуйтесь, ублюдки, радуйтесь, - один из татуированных мудаков сплюнул в нашу сторону и достал рацию. - Командир, на связи группа-два. Брут и Пугало вошли на точку. Остальных нет.

Я не спешил уходить. Послушаем чужой разговор, почему бы и нет.

- Принято, - раздался искаженный помехами голос Рюгера. - Действуем по плану.

- Так точно. Конец связи.

Ну вот. А я надеялся узнать какие-нибудь подробности.

- Как у вас дела, защитнички? - издевательски осведомился я. - Всех друзей похоронили? Мы там возле данжа под одним сюрприз оставили, вам понравилось?

В меня вонзилось сразу семь полных ярости взглядов. Обладатель восьмого все еще сидел на земле, приходя в себя после бана.

- По глазам вижу, что понравилось, - зло ухмыляясь, сказал я.

- Вали отсюда, - рыкнул защитник с рацией. - Сожри последний ужин, отдохни перед смертью. Завтра тебя не станет.

- А пожалуй, ты прав. Я пойду, отмечу прохождение данжа. Съем большой кусок горячего мяса, посплю в комфорте. А вы сидите тут, ждите, пока мы выйдем.

- Будь уверен, дождемся, - репликант снова сплюнул и отвернулся.

- Э! А где наши вещи? Рюгер обещал вернуть.

- Защитники всегда выполняют свои обещания, - ответил игрок, не поворачиваясь.

Пугало отправился к машине, а я постоял еще немного. Проходящие мимо репликанты смотрели на меня, как на чудо какое-то. Еще бы – я второй день в Секторе, а уже устроил нехилую заварушку с местными "полицейскими".

А "полицейские", собравшись в кучку, что-то обсудили и разошлись. Четверо остались тут, а еще четверо сели на мотоциклы и разъехались в разные стороны.

Я кивнул. Все идет по плану. У них свой план, у меня свой. Утром узнаем, чей круче.

"Мы внутри", - написал я в групповой чат. - "Они отправились вас искать"

"Не найдут, суки вонючие" - ответила Кошка, а Рэм ограничился коротким "Ок".

Защитник не обманул – вся экипировка, снятая с нас, лежала на крыше голубого хэтчбека. На всякий случай я проверил и убедился, что ничего не пропало

Охренеть. Они и правда очень стараются выглядеть честными и справедливыми. Только помню я, с каким блеском в глазах Усатый лапал Кису. И с какой готовностью Панама согласился на взятку.

Первым делом мы с Пугалом перетаскали всю ненужную экипировку вниз и продали Системе. Оставили шесть автоматов и шесть пистолетов – по четыре на постоянку, по два про запас. Сохранили также дробовик, гранатомет, револьвер, подаренный мне Файри, и ПП, принадлежавший Таре. Патроны, бронежилеты, гибкую защиту на конечности и две трофейные каски. Плюс еще кое-какую экипировку.

Все остальное, как я уже сказал, обменяли на кредиты и получили почти четырнадцать тысяч. Тут же, не отходя от стойки доставки, потратили их – купили три выстрела для гранатомета, по тысяче кредитов каждый, коллиматорный прицел для автомата, кучу патронов, несколько осколочных гранат и шприцев с наноботами.

Сложили покупки в шкафчики, и отправились в комнату отдыха.

Первым делом приняли душ и переоделись в чистые комбинезоны. Поужинали – мясом, как я и собирался. И отправились спать.

"Как обстановка?" - написал я в чат, когда уже залез в спальную капсулу.

"Ок", - Рэмиль, как всегда, был немногословен.