Александр Майерс – Бруталити-шоу 2 (страница 12)
Я рассмеялся и показал в камеру большой палец. Закончив подход, сделал, как в прошлый раз — расстегнул комбез до пояса и завязал, чтобы зрительница могла наслаждаться зрелищем моего крепкого и мокрого от пота тела.
— Смотри-ка, — я покрутился перед камерой, постучал себя костяшками по животу. — Кажется, кубики начинают появляться.
— И не собираюсь, — я пожал плечами и встал в боевую стойку. — Мне ведь сила нужна, а не рельеф. А как тебя зовут? Хочешь, покажу, какие комбо я буду использовать в бою?
Охренеть, у меня тут прямо личное спортивное шоу намечается.
— Круто, братан! — ответил я. — Погнали! Спасибо, что смотришь. А тебе, Марианна, отдельная благодарность. Твои комменты очень вдохновляют!
Было непривычно общаться с теми, кого даже не можешь услышать, и кто непонятно где находится. Но в то же время весело. К тому же, это был простой способ поднять немного кредитов, а главное — заработать себе постоянных зрителей.
Должно быть, аудитория у «Медиа Эмпаир» просто огромна. Ведь в эфире одновременно находятся тысячи репликантов. Различные шоу, интерактивы, мини-игры, эротика, и так далее и так далее. Я — песчинка в этом океане контента, и все равно получаю порцию славы.
Даже трудно представить масштаб. Так что я предпочел оставить эти мысли и сосредоточиться на том, что есть здесь и сейчас.
В общем, тренировка получилось классной — я пообщался со зрителями, подзаработал и ушел со Стартовой площадки в прекрасном настроении и полностью готовый к завтрашней схватке.
Эти два дня, пока я занимался, Тара и Пугало зарабатывали деньги. Участвовали в мини-играх, выполняли системные задания. Оказалось, что на пятерке можно самому попросить у Системы квест, и если было что-то подходящее, то работу без проблем давали.
Конечно, это были «бытовые» квесты. Таре, например, выдали задание навести порядок в тоннеле, ведущем из Утробы-четыре. Вымыть стены специальным средством, разровнять земляной пол, распаханный взрывами мин, заменить несколько перегоревших светильников. Она работала вместе с другими репликантами, но все равно угрохала полдня и получила за это лишь сотню кредитов.
Мало, сказала Тара. Конечно, мало. Это скучно, не зрелищно, никому не интересно. Просто работа. Однако лучше, чем совсем ничего.
Пугало несколько раз гонял на Свалку выносить мусор. Чанк ему помогал, а заодно разыскивал что-нибудь полезное для лагеря. Он уже надыбал для нас чайник, сковородку и тазик для умывания. Соорудил очаг из кирпичей. На Станции не запрещали разводить огонь, но только «в открытых и специально огороженных местах». Таких, например, как кирпичный очаг. А с дымом вентиляция справлялась без проблем.
Еще несколько заданий мои сопартийцы выполнили на пятерке — в основном связанные с наведением порядка. Выяснилось, что такие задания выдаются гостям Станции-пять наиболее часто. Мы, жители родильных Станций, вроде как обслуга для полноправных обитателей пятерки.
Утром перед боем пришло уведомление с напоминанием. Мое выступление было намечено на полдень, но явиться на Станцию-пять следовало к десяти. А еще сообщалось о том, что по пневмо-трубам доставлена экипировка.
Я прогулялся в Поселок и забрал посылку. Там оказался полный комплект нужного снаряжения. Длинные, до колен, серые шорты с логотипом — ухмыляющийся череп в восьмиугольнике, на фоне кровавых росчерков. Боксерские бинты, перчатки без пальцев, ракушка для паха и капа. В октагон надлежало явиться, надев все это.
Надо же. Ракушка. Учитывая беспредел, творящийся в этом мире, средства защиты казались чем-то странным и даже неправильным. Впрочем, я еще тогда, во время первого визита на пятерку, понял — Серый октагон это не просто мордобой. Это спорт, пускай и весьма жестокий.
Я переоделся, чтобы заранее привыкнуть к шортам и особенно к гребаной ракушке. Завтракать не стал, только выпил предложенный Чанком бодрящий отвар из какого-то откопанного на Свалке корня. И приступил к разминке. К бою надо быть полностью готовым и разогретым.
Когда подошло время, я нацепил на голый торс кожаную куртку, надел ботинки и мы всей группой двинулись на Станцию-пять. По дороге я продолжал разминаться — не просто шел, а то делал глубокие выпады, то переходил на бег с высоким подъемом коленей, то выбрасывал удар с каждым шагом. Пока дошли до пятерки, даже слегка вспотел и понял, что готов к бою раньше, чем надо. Стоит немного успокоиться.
Охрана у входа на Станцию велела Пугалу и Таре подняться на платформу и идти, куда им хочется, а меня повели в сторону октагона по путям. Я даже на секунду ощутил себя звездой, которую сопровождают верные телохранители.
Октагон стоял на дальнем конце платформы, а в стене чуть дальше за ним были две двери. Охранники отправили меня в левую дверь, покрашенную синей краской, и сказали ждать инструкций.
Перед тем, как войти, я успел обратить внимание, что народу возле клетки собирается немало. Мой бой сегодня не единственный, всего будет девять поединков. Поэтому неудивительно, что пришло много репликантов с разных Станций. Игроки делают ставки, попивают настойку, покуривают миксы и предвкушают кровавое зрелище. В общем, развлекаются.
В комнате, куда я зашел, оказались другие репликанты. Вместе со мной нас тут было девять человек. Я что, пришел последним?
Зато стало понятно, что к чему. Тут у нас бойцы синего угла, а за другой дверью — красного. Будущих оппонентов разумно развели по разным комнатам.
В раздевалке стоял крепкий запах мужского пота, это первое, на что мозг обращал внимание. Вдоль стен находились металлические ящики, такие же, как в комнате перед отправкой на шоу. Репликанты сидели на скамейках и болтали, кто-то разогревался, отрабатывая удары по воздуху. Напротив двери висел небольшой экран, где транслировали октагон — пока что пустой.
— О, свежачок, — сказал один из репликантов, глянув на меня. — С какой ты Станции, мясо?
— Я не мясо, — ответил я, скидывая куртку.
Несколько игроков дружно рассмеялись.
— Да он совсем зеленый.
— Много думает про себя.
— А вы что, все считаете себя кусками мяса? — усмехнулся я. — Стейки, антрекоты — кто вы?
— Зацени позывной…
— Ну еба-ать, — протянул блондин с ярко-голубыми глазами. Красавчик, но разговаривает, как последнее быдло. — Развелось, блядь, брутов. Ты тот, с единички, что ли?
— А ты про многих слышал в последнее время? — спросил я.
— Да хуй разберет. Вас, блядь, штампуют, как батончики, — блондин сплюнул сквозь зубы.
— Хм, — я подошел к свободному шкафчику и убрал в него куртку и ботинки. Повернулся к блондину. — Ты, одуванчик, сколько живешь?
— Какой я тебе, на хуй, одуванчик?
— Сколько? — с нажимом повторил я.
— Тебе не по хуй?
— Значит, немало. А я вот появился две недели назад. Где ты был через две недели после стартиса, ромашка?
— Ты ботаник, сука, что ли?! Растения перечисляешь? — блондин поднялся со скамейки.
Я широко улыбнулся.
— Видимо, через две недели ты играл в «Сожри это» или еще в какое-нибудь дерьмо. На смертельном шоу был хоть раз?
— Был. И выжил, как видишь.
— Ну это ни о чем не говорит. Может, ты весь эфир бегал от охотников и обоссал комбез так сильно, что даже на Свалке никто не стал им пользоваться.
Несколько репликов засмеялись. Голубые глаза блондина потемнели.
— Ты-то много знаешь про Свалку. Живешь там, блядь, рядом с парашей.
— Я вот на своем первом шоу установил два рекорда, — я не обратил внимания на его фразу. — Ни один из игроков тогда не умер. Я, считай, за одно шоу получил сотню рейтинга. Поменьше, но не суть. А ты чего добился, георгинчик?
— А я провел три боя в октагоне! Без поражений! — блондин уже почти вышел из себя.
— О-о, ну надо же. Три боя в октагоне. Взгляните на героя, который трижды подрался в контролируемой обстановке.
Снова кто-то рассмеялся. Репликант побагровел и не нашелся, что ответить, кроме потока сплошных матов, почти не связанных между собой. Я с улыбкой переждал эту бурю, а потом сказал:
— Удачи в четвертом бою, розочка. Сегодня ты проиграешь.
— Да что ты несешь, долбоеб?!
— Сегодня ты проиграешь, — с железной уверенностью повторил я, отошел в сторону и стал разминаться.
— Брут он и есть брут, — со смешком сказал кто-то.
— Пидор ёбнутый! — блондинчик сплюнул и вернулся на скамейку.
Минут через двадцать дверь открылась, и в раздевалку зашел репликант со шрамом от ожога на пол-лица. От левого уха остался только комочек, напоминающий кусок пережеванного мяса.
— Доброе утро, ублюдки, — хрипло и совсем не добро сказал он. — Кто еще не знает — меня зовут Варг и я помощник смотрителя Станции-пять. Организую бои в Сером октагоне.