Александр Майборода – Скифы. Великая Скифия (страница 15)

Великие скифы правили всем Средиземноморьем, поэтому все приезжавшие в Градо послы были представителями зависимых государств, а значит, они могли подождать, и часто прием откладывался, так как князь уезжал на охоту или по другим делам, что для него представлялось более важным делом.

На прием приходили первые бояре, в основном из стариков, которые уже не могли участвовать в княжеских походах, но могли своим благообразным видом придавать событиям необходимую торжественность и пышность. Самые старые бояре сидели на лавках вдоль стен с серьезным видом. Что помоложе – стояли у стен.

Женщины, без которых никакие дела не могут обойтись, толпились у окна недалеко от княжеского трона. В одеждах ярких цветов – красного, синего, зеленого – они походили на цветник.

Мужчине описывать наряды женщин неблагодарное дело, любое его описание окажется слишком блеклым – он даже если постарается, и то не заметит нюансов женского наряда, между тем как для женщины они часто имеют главное значение, – поэтому отметим лишь основное, что даже мужчина может заметить.

Головы замужних женщин были прикрыты богато украшенными кокошниками. Девицы носили на голове широкую вышитую повязку с широкими лентами позади. Следует отметить, что на женщинах было множество украшений – цепочек, ожерелий, колец.

Среди женщин выделялась строгой одеждой – белое платье-сарафан безо всяких украшений, только красная спираль, знак богини Макоши, на груди, – главная жрица богини Макоши Вольга.

Вольга – мать Словена и Руса. После смерти мужа, царя Богумира, она отошла от дел. Рядом с дворцом построила храм, посвященный великой богине Макоши, и стала в храме главной волхвиней.

Богиня Макошь – мать всех богов, прародительница человеческого рода, богиня плодородия.

За Вольгой, несмотря на смерть мужа, оставался титул царицы, хотя об этом, после того как она ушла в волхвини, старались лишний раз и не упоминать.

Ей не было и сорока лет.

Черные как смоль волосы убраны под покрывало – сверху золотой обруч с узорами тонкой работы. Правильные черты лица. Коричневые глаза со странным «бешеным» блеском. Кожа смуглая – Вольга прикрывала лицо от яркого солнца, – на щеках едва заметный румянец. В уголках глаз появились гусиные лапки, но Вольга искусно маскировала их косметикой.

Кому-то может показаться странным, но косметика, макияж и иные подобные способы приукрасить себя появились в глубокой древности.

Лицу Вольги придавали несколько надменное выражение опущенные уголки тонких ярко-красных губ, тем не менее это только добавляло привлекательности женщине.

Трудности в достижении цели более всего ценят сильные мужчины.

Даже накидка на голове и строгая одежда волхвини – широкая рубаха со спиралевидным орнаментом – не могли скрыть красоты женщины в самом сочном возрасте.

Характер Вольги был под стать ее облику – словно огонь, горячий и изменчивый.

Своим ярким внешним обликом Вольга сильно выделялась среди светловолосых и сероглазых женщин. И это неудивительно – она происходила из другого рода. Ее брат, каган Сыроядец, правил племенами степных кочевников.

Послы ожидали приема в другой комнате – преддверии к парадной палате.

Ожидая выхода князя, придворные негромко переговаривались. Наконец в палату вошли шестеро отроков – рынд – в нарядных одеждах. В руках они держали короткие копья с начищенными до блеска бронзовыми наконечниками и древками, увитыми разноцветными лентами. Войдя в палату, они выстроились в две шеренги, образовывая проход, и замерли с гордыми лицами.

Все притихли – выход рынд свидетельствовал о том, что сейчас появится и сам князь. Так и получилось – высокие двери медленно открылись, и из них вышел Рус.

На голове князя тафья – маленькая круглая шапочка из бархата. В руке богато украшенный посох до плеча. На руках белые перчатки с вышивкой золотой нитью. Рубаха белая. Штаны синие, заправлены в короткие сафьяновые чеботы. Поверх – долгополый кафтан из шелка с длинными широкими рукавами. Кафтан перетянут широким нарядным поясом. За поясом воткнуты с одной стороны – булава из серебра и золота, с другой – меч. На плечах парадный плащ – корзно. На шее золотая цепь.

Руса сопровождал воевода Радмир, также нарядно одетый, и они о чем-то разговаривали между собой вполголоса.

При виде их все склонили головы.

Рус прошел к трону, легким поклоном поприветствовал присутствующих. Отдельно поклонился в сторону женщин. Затем сел в кресло, после чего пригласил:

– Матушка, Шелонь, идите, сядьте рядом со мной.

Вольга подошла и, с осознанием своей роли, села в кресло рядом. Шелонь присела в кресло с другой стороны.

– Как здоровье матушка? – спросил Рус Вольгу.

– Слава богине Макоши, все хорошо, – ответила Вольга.

– Как спалось княгине? – спросил Рус Шелонь.

– Хорошо. Сон снился, будто мой любимый муж приезжает, – сказала Шелонь.

– Значит, так и сбудется, – сказал Рус.

Отдав дань уважения женщинам, Рус повернулся к воеводе, и Радмир сообщил ему, что приема ждут несколько послов.

Послы были от небольших племен, и Русу давно было известно, чего они хотят: из-за засухи повсеместно случился неурожай, поэтому будут просить отсрочки выплаты дани. Такие вопросы не решаются на приемах – переговоры вели доверенные лица из первых дружинников, – но послы должны были предстать перед князем, чтобы засвидетельствовать почтение и послушание.

Рус подал знак, и послы начали входить в палату по одному. Они представлялись, подносили дары. В ответ им Рус говорил вежливые слова, и только. Процедура была скучной, и Рус с трудом сдерживал зевоту.

Наконец двери снова открылись и в палату вошли новые послы.

Все уже знали о приезде в город послов из далеких северных стран, поэтому смотрели на них с неприкрытым интересом.

По виду это были обычные люди – крепкие мужчины с загорелыми обветренными лицами. Волосы у них были светлые. Глаза светло-серые.

Если бы не слишком теплая одежда, то на улице города они никак не отличались бы от местных жителей.

А одеты они были и в самом деле непривычно. Дело было не в наряде. Рубахи такие же – белые, синие, красные – подпоясаны нешироким поясом, украшенным бляшками в виде звериных фигур. Штаны заправлены в короткие красные сафьяновые сапожки. Поверх кафтан, украшенный по краям цветной окантовкой. На стриженых головах мужчин – круглые меховые шапки.

Из украшений – на шее серебряные гривны со звериными изображениями.

Удивляло, что одежда была сшита из теплого сукна, а также обилие мехов в отделке.

А у одного из мужчин, несмотря на жаркое время года, на плечи была накинута массивная шуба белого меха, отделанная дорогими тканями.

Мужчины остановились на приличном расстоянии, и вперед вышел мужчина с шубой на плечах.

При виде его Вольга почувствовала, как ее сердце екнуло.

Мужчина был широкоплеч. На подбородке и щеках аккуратная бородка. Но больше всего Вольгу поразили его глаза – пронзительно-голубые, словно само небо. На вид ему было около сорока лет.

Это был Тан. Вместе с ним пришли также старшие дружинники Доброгнев и Лещина.

Тан подошел поближе к княжескому трону и, остановившись, приложил руку к груди и низко поклонился.

– Будь здрав, князь, и могуч, как буря! – поприветствовал он Руса.

– И ты будь здрав! – ответил Рус. – И расскажи нам, кто ты, и откуда, и с каким делом пришел к нам?

– Меня зовут Тан. Я посол из северных земель.

– Твой народ живет в степи, что на севере от Мертвого моря?

– Нет, гораздо дальше, – сказал Тан и снова поклонился. – Князь, прежде чем я расскажу о нашей земле, позволь поднести тебе подарки моего народа?

– Хорошо, – сказал Рус.

Тан подал знак.

Доброгнев и Лещина вынесли вперед и поставили у ног Тана сундук, отделанный яркой тканью и ракушками.

Тан сам открыл сундук и вынул из него сначала одну шубу. Он подал ее с поклоном Русу и проговорил:

– Князь, позволь одарить и твоих женщин?

Рус кивнул головой.

Доброгнев подал Тану новую шубу, и Тан отдал ее Вольге. Следующую шубу отдал Шелони.

Взяв в руки шубу, Вольга провела ладонью по меху. Мех был такой мягкий и теплый, что Вольге почувствовалась сладкая истома, и тело обмякло, словно ее приласкал любимый мужчина.

Женщина, потерявшая мужа, имела право выйти снова замуж. Но Вольга, став жрицей великой богини Макоши, сама избрала для себя одиночество. Хотя это не требовалось, так как богиня была покровительницей плодородия и, естественно, не только не осуждала связь женщин с мужчинами, но и поощряла эти связи. Давно Вольга не была в объятиях мужчины, но все мгновенно вспомнилось, словно это было вчера, и по ее спине пробежала нервная дрожь.

Вольга, испугавшись, что ее слабость кто-либо заметит, нахмурила брови и отложила шубу в сторону – ее тут же подхватила любимая служанка Ластивка.

А Тан тем временем уже вынимал шкурки зверей из нового мешка и складывал их у ног Руса. Вскоре перед ногами Руса образовалась целая гора из шкур.

Когда мешок опустел, Тан отдал его Лещине и торжественно проговорил:

– Князь, зверь – наше богатство. Мы добываем белок, куниц, горностая, лосей, бобров, вепрей, куниц. Добываем и черных лисиц, и соболей. Меха этих зверей легки, а шубы из них теплы. В любой мороз в таких мехах чувствуешь себя словно на горячей печи.