Александр Майборода – Мстислав Храбрый (страница 7)

У княгини Аделины в Киеве родни почти не было.

Отец княгини Аделины, зличанский князь Славник, по крови был близок к роду саксонских королей. У него было семь сыновей и три дочери.

Мать Аделины, Стрежеслава, княжна из рода Пржемысловичей, была редкой красоты. Дочери пошли в мать и поэтому представлялись для королевских домов желанными невестами.

Аделина не была исключением.

Аделина – блондинка. У нее длинные белые волосы с золотистым оттенком.

От лица невозможно оторвать взгляда. Лицо приятной овальной формы. Огромные синие глаза – особенную яркость им придают черные брови – смотрят загадочно, что притягивает взгляды мужчин, как магнит. Белая кожа лица матовая, на щеках едва заметный румянец. Небольшой прямой носик.

Пухлые нежно-розовые губы. Над левой частью верхней губы небольшая родинка, которая придает лицу молодой женщины особенную пикантность.

И другие части тела хороши.

Роста она выше среднего. Стройная, словно юная березка. Фигура гармонична – тонкая талия; хорошая грудь – из декольте выглядывает соблазнительными мраморными холмиками. Ноги длинные – высокий каблук делает их бесконечно длинными. Длинная узкая ладонь. Холеная шелковая ладонь, никогда не знавшая физического труда.

Одежда и украшения подобраны тщательно – не слишком много украшений и не слишком яркие, чтобы только подчеркнуть красоту молодой женщины.

Разумеется, о любви Аделины к Владимиру никакой речи нет. Отец Аделину выдал замуж чисто по политическим мотивам – он надеялся получить помощь Владимира в борьбе с родом Пржемысловичей за богемский княжеский трон.

В Киев зличанскую княжну сопроводил брат Часлав.

Передав сестру киевскому великому князю, он не вернулся домой, а вступил в княжескую дружину. Тем самым он сохранил себе жизнь, так как между Славниковичами и Пржемысловичами вскоре разгорелась ожесточенная война, в которой род Славниковичей был уничтожен.

Вполне закономерно, что воспитание Мстислава Владимир поручил Чаславу.

Как всякий здоровый ребенок, Мстислав был непоседлив и горазд на проказы.

Видимо, характером он пошел по бабкиной линии – в необузданных Пржемысловичей.

Даже Болеслав II, носивший прозвище Благочестивый, лил людскую кровушку, словно простую водицу.

Аделина считала, что брат потакал авантюрным наклонностям любимого племянника.

А дядька Часлав на ее упреки отвечал насмешками: глупая ты сестрица, если ты из княжича хочешь вырастить монаха!

Княгиня Аделина тихо вздохнула – слишком далеко заглядывал Часлав: Мстислав был всего лишь пятым сыном великого князя… Пятый сын при благополучном раскладе мог лишь получить какой-либо бедный далекий удел.

Глава 6

– Значит, Мстислав у брата… – с досадой проговорила княгиня Аделина, туже затянула узел на платке и вышла на крыльцо.

Раннее утреннее солнце всплывало над сапфировым горизонтом, словно спелое яблоко, туго налившееся пурпурным соком.

Пахло свежестью – ночью прошел дождь, покрывший изумрудную траву седым хрустальным бисером.

Во дворе не было ни души.

Спустившись с крыльца, княгиня Аделина направилась к воротам.

У ворот дружинник с багровой от перепоя мордой, закрыв глаза, мочился на изгородь.

Княгиня Аделина отвернулась.

Выскочивший вратарь оттолкнул пьяного дружинника.

– Будь здрава, княгиня, – поприветствовал он княгиню.

Аделина даже в скромной одежде была прекрасна.

Стан тонкий. Лицо светлое – прядь солнечно-светлых волос ручейком выпадает из-под темного плата на высокий чистый лоб. Большие глаза ласково светятся томной лазурью, точно утреннее небо после ночного чистого дождя. Хоть перед тем, как идти в церковь, и не прикоснулась к пухлым губам кармином, а все равно – губы, словно спелая сочная вишня.

Такая девица может присниться только во сне.

Тряхнув головой, чтобы отогнать наваждение, сторож, скорчив умильное лицо, поинтересовался:

– А что так рано прекрасная голубица поднялась?

– Не вишь, что ли, спросонья, что в церковь княгинюшка идет! – ревниво вскинулась Милица.

– В церковь иду, – смиренно кивнула головой княгиня Аделина и укорила спутницу: – Милица, мы в церковь идем, успокой душу.

Похвала простого человека что-то тронула в ее душе, отчего вдруг появилось радостное ожидание чего-то необыкновенного и светлого.

– А что во дворе так тихо? – спросила княгиня Аделина, задержавшись на мгновение.

– Так князь с дружиной еще до восхода ушел на Перунову гору, – сказал вратарь.

Княгиня Аделина несколько удивилась ответу сторожа, вспомнив, что во время Корсунского похода Владимир принял от греков христианство. Однако она хорошо знала, что старые привычки неистребимы – ведь совсем недавно Владимир отдал на растерзание язычникам двух своих дружинников-христиан.

Однако, не желая идти в церковь в расстроенных чувствах, Аделина не стала дальше расспрашивать сторожа о делах мужа и продолжила свой путь.

Глава 7

Июньская ночь коротка. Не успела поблекнуть вечерняя заря, как восток набух белым молозивом.

Ошалевшие от летней бессонницы вестники зари, выполняя природный долг, уныло всхлипнули надтреснутыми колокольцами. Им немедленно ответил фанфарой сильный голос молодого кочета.

Старые петухи не стерпели молодого нахальства, и ночь рассыпалась длинной перекличкой – покатившейся все дальше и дальше, за розой, вскипающей над далеким горизонтом.

В темном хлеву обиженно вздохнула корова. Заржал конь.

Послышались людские голоса – особенно громкие в час, когда ночь прячется в тени.

Город просыпался – летом люди встают рано.

В церкви Аделина заметила гречанку Юлию.

Юлия была женой великого князя Ярополка. Когда Владимир убил своего брата, он обратил его жену в наложницу.

С Юлией, которую остальные жены считали слишком высокомерной, Аделина была в хороших отношениях, однако на этот раз не подошла к ней – беседа в церкви недопустима, так как мешает вникнуть в слова богослужения и собрать душу к исповеди.

Аделина молилась за спасение души мужа – густо обагрена его грешная душа кровью, похотью, насилием и предательством.

Но что толку молить Христа о наставлении на истинный путь варвара?

Запекшаяся кровь тысяч несчастных жертв черной плесенью глубоко въелась в душу властителя. Не отмыть ее, не отмолить.

Грешна была Аделина – надеялась на чудо там, где его не могло быть…

Глава 8

Дружина великого князя делилась на старшую, младшую и среднюю.

Старшая дружина состояла из князей, бояр и мужей, служивших отцу великого князя. От отца она переходила к наследнику, вооруженная прежним влиянием и авторитетом в дружинной и общественной среде.

Из ее рядов назначалась княжеская администрация – тысяцкие, посадники и прочие представители.

Бояре составляли князю постоянную компанию – обедал ли он, молился ли или охотился. Они были его советчиками. Что бы князь ни затевал, он всегда должен был «явить» свой замысел служившим ему боярам, рискуя в противном случае лишиться боярской поддержки, что грозило ему неудачей.

Из старшей дружины неизменно выделялись командиры воев – ведь они самые опытные и доблестные.

Средний слой дружины составляла гридьба – мужи. В отличие от бояр, привлекавшихся к управлению, мужи занимались только военной службой. Эти дружинники составляли основной боевой контингент личных воинских сил князя.

Однако со временем, когда положение молодого князя становилось прочным, он начинал тяготиться старшей дружиной, не прислушиваясь к советам бояр. Князь предпочитал опираться не на отцовских дружинников – бояр, а на своих сверстников.

Основной слой средней дружины составляли сверстники князя. Они росли и воспитывались с князем с детства. Вместе с этими дружинниками князь обучался военному делу, ходил в походы. Таким образом, сверстники были ближе всего к князю, и он опирался на их поддержку.