Александр Мартаков – Школьник. Том 1-2 (страница 30)
— Нес какую-то чушь про наркотики, ОПГ, покушении на племянника Иващенко. Я даже уточнил у него, «откуда такая уверенность». А он все на Хрющенко ссылался…
— Опять во всем виноват Свиридов…
— Конечно! Не я же! Я точно не имею к этому никакого отношения, повторяю!
— Что дальше-то было?!
— Свиридов доложил, что обыск ничего не дал. Следом пришли отрицательные результаты из лаборатории. Фактически, это был полный провал, процесс строить не на чем. Но генерал еще рассчитывал на признательные показания арестованных.
— Понятно. Кстати, на каком основании этих людей арестовали?!
— А вот этого я не знаю… Не видел бумаги.
— Получается вы совсем-совсем ничего не знаете, да, судья?!
— Конечно, нет! «Не был, не участвовал, не привлекался»!
— Очень удобная позиция… Ладно, отдыхайте пока. — Седов встал, прошелся по кабинету. — Кто следующий?!
«Да ладно! Ничего не видел, ничего не знаю, никому ничего не скажу! Вот жук… Хотя пришел он действительно в самом конце разговора генерала с КГБ’шниками. И ничего умного не сказал и не сделал, хоть и слышал приказы генерала, не оспаривал их разумность. Играет свою партию, хочет разойтись краями. Логично, с его стороны…
Мутный тип этот судья, ну да и ладно. Ничего криминального за ним я пока что не заметил. Буду наблюдать дальше. Как раз сейчас начнется „новая серия“ „Старых песен о главном“. Понятно, что Седов ждет результатов бесед с пострадавшими, включая моего подопечного, сотрудниками милиции и КГБ, а уже потом займется „наведением шороха“. Интересно, какая у него цель? И что это за учения такие с привлечением армейского спецназа?..»
Глава 51
Последствия обыска. Ремонт
Ну что, дорогие товарищи, — довольным тоном говорит вернувшийся откуда-то Евгений Павлович, — давайте посмотрим, как выглядит обыск «по-саратовски», к сожалению, у вас дома.
— А давайте, — махнул рукой батя. — Страшно, но куда деваться.
— Все шутите, Юрий Николаевич?
— Какие уж тут шутки?! До приезда жены нужно все исправить, — на полном серьезе говорит батя.
— Хорошо, давайте возьмем с собой не только фотографа и группу наших специалистов, которые все зафиксируют в рамках нашего дела, но и человека от товарища Гордеева. Вопросы, связанные с ремонтом, решать им. Причем в кратчайшие сроки, тут вы абсолютно правы. Тянуть некогда и незачем. А заодно и к другим пострадавшим нужно будет заехать, все осмотреть и помочь с ремонтом и возмещением ущерба.
— Хорошо, поехали! — все поднялись и дружно направились в сторону выхода. Вот она, свобода!
«Охренеть какие они заботливые, аж не выговоришь. На экскурсию собрались, заценить, как местные активисты из милиции разнесли людям хату. Хотя, мне тоже интересно, что там осталось целым. Все-таки место обитания моего тезки и Носителя…
Вот идея батьки закончить с ремонтно-восстановительными работами до приезда жены — здравая! Тут он абсолютно прав! Иначе разъяренная женщина сначала ему вынесет мозг, а потом уже остальным, до кого сумеет добраться.
Интересно, а помимо помощи в ремонте они будут как-то возмещать ущерб? Особенно репутации… Все-таки на стадионе было дофига народа…
И, кстати, а чего только Максу решили помочь с ремонтом после обыска… А остальным? Никто же не знает, что там у них. Эх, не слышат меня тут, я бы им подсказал… Ладно, авось сами вспомнят, не такие уж они и безнадежные. Не то что в наше время — каждый за себя…»
— Я тут все опечатал сразу после завершения обыска, — докладывает напуганный участковый, которого мы не забыли захватить с собой из райотдела. — Все печати на месте, ничего не нарушено, значит, посторонние не залезали.
— Очень хорошо, — говорит Симонов, — вот и посмотрим, что тут «наворотили» ваши коллеги.
Дверь не заперта, квартира просто опечатана. Да и как ее запереть, если замок взломан, причем довольно грубо.
— Могли бы и ключи взять, все равно изъяли у нас, — ворчит батя.
— Все заменим, не переживайте, — записывает в блокнот человек Гордеева, который просил называть его просто Роман. — Я сейчас составлю список всех работ, оценю необходимое количество материалов и пришлю людей.
— Отлично, — говорит Симонов. — Тогда давайте смотреть…
Нашему взору открылась такая знакомая, родная квартира… Только местами доски на полу выдраны, усердно искали… Да и то не везде, могло быть и хуже. Обои вроде целые, видимо простучали стены и успокоились. Кафель в ванной практически целый, только 3 плитки отодраны, нужно назад приклеить. Мебель вроде целая, не стали сильно крушить. Бардак, конечно, просто неимоверный, все вещи на полу, книги тоже. И часть посуды побили…
— Я думал, будет значительно хуже, — удивленно сказал Евгений Павлович. — А тут действовали довольно аккуратно, не стремились все разнести в хлам.
— Согласен, — подал голос батя. — Хотя с полом придется повозиться, да и кафель нужно на место приклеить. Посуду жалко… А все остальное — разберем, не страшно.
— С полами мы решим, — включился в разговор Роман, можем сразу перестелить и покрасить, если хотите. С кафелем тоже, это не проблема. Давайте получше все осмотрим, проверим мебель и технику, если нужно заменить. Посуда будет новая, это не проблема. Можем даже обои переклеить, если хотите. А то вот тут явно чем-то зацепили…
— Да это было, — говорит Вовка, — я неудачно зацепил…
— До вечера успеете? — включился в разговор Евгений Павлович. — И давайте освежим ремонт, если хозяева не против.
— Да мы вроде недавно делали… — смущается батя.
— За день все можем не успеть, но к завтрашнему вечеру точно будет готово! — бодро отвечает Роман, что-то прикинув в блокноте. — Нам же еще нужно будет мебель и вещи из комнаты в комнату переносить по мере работы.
— Вот и отлично! Тогда действуйте, — командует Евгений Павлович. — А вас, товарищи Сергеевы, мы на пару дней разместим в гостинице. Поможете ребятам с вещами или будете отдыхать?
— Конечно, поможем! Заодно устроим «разборки века».
— Вот и отлично! Если что-то еще нужно будет — обращайтесь! А сейчас мы поедем дальше, как только Роман тут закончит. Возможно, у других все не так радужно…
Роман с еще одним сотрудником, явным хозяйственником на вид, активно мерили комнаты, прикидывая необходимое количество материала.
— Я, в принципе, понял масштабы работ, указания сейчас дам по телефону, и можно ехать. Где у вас можно позвонить?
— Только от соседей, — говорит Вовка, — у нас нет телефона.
— Давайте проведем! — тут же хватается за идею Роман, явно получивший указания от руководства сделать нам что-то приятное. — Вам же пригодится свой?!
— От этого мы точно не будем отказываться, — улыбается батя.
— Вот и хорошо!
Роман пошел к соседям. Несколько минут и он уже позвонил «своим», дал команду присылать сразу 2 бригады рабочих, чтобы начинали делать все как можно скорее. Через 5 минут он оставил коллегу разбираться дальше, а сам был готов ехать дальше. Оперативно!
— Чудесно! Тогда мы поедем дальше, к другим пострадавшим от обысков, а вы тут не скучайте! Мы еще встретимся с вами! — прощается Симонов.
— До встречи! — отвечаем мы.
— Меня зовут Павел, — наконец, представляется хозяйственник, когда все остальные уходят. — Давайте решим, с какой комнаты начнем. И не будем терять время.
— Без проблем! Мы только за!
«Ох ты ж как оно! Интересно! Я думал, что разнесут все „в клочья“, в лучших традициях 37-го года. Но нет, сработали достаточно аккуратно, хоть и тщательно все перетрясли. Неплохие специалисты делали тут обыск, очень неплохие.
Симонов, конечно, красавчик! В это время предложить „освежить“ ремонт на халяву, да еще телефон провести в центре города — это царский подгон. Понятно, что за такое ему с легкостью простят и ночь в СИЗО, и допросы детей. Тем более, что ситуацию уже прояснили, пусть и не полностью, для местных этого более чем достаточно.
А вот за то, что подумал об остальных пострадавших — ему отдельный респект и даже уважуха! Молодец! Интересно, конечно, что там у них, но раз Макс остался здесь, то… потом узнаю. А пока нужно проследить, чтобы все по красоте сделали, пока есть такая возможность.
Эх, мне бы голос, а лучше — возможность показать фотки или видео, такой дизайн бы забахали… Но пока могу только наблюдать и комментировать про себя. Хотя есть ощущение, что Макс иногда меня слышит… Какие-то отголоски мыслей… Или это только мое желание.