Александр Март – Механики. Запах свободы (страница 4)
Всё, все в салоне, закрываем люки и опускаем жалюзи на окна, даже сквозь шум пропеллеров слышим, как по катеру попадают со всех сторон. Пропеллеры, только бы по ним не попали, толь-кто бы не попали.
– Повредят пропеллеры нам хана – нервно кричит Слива словно прочитав мои мысли.
Смотрим то вперёд через небольшое бронированное окно, то в бойницы.
– Там проезд – закричал Полукед хлопая по плечу Грача.
Смотрю, тычет в сторону гор, куда, не видно, Грач уже смотрит в бойницу, затем расталкивая ребят бежит к продолжающему материться Баду, подбежав к нему кричит ему на ухо забыв про рацию.
– Жми к горам, там проезд.
Бад затыкается, стиснув зубы крутит штурвал, чувствую, как нас снова несёт боком, кто-то, не удержавшись, падает, на меня свалился матерившийся Слива. Спихиваю его с себя, он мне, гад, ещё на ногу больно наступил. Протискиваюсь к Баду, все держатся друг за друга и за что-то в салоне.
Взрыв, ещё один, нас накрывает снегом и волной, сзади раздаётся сильный грохот метала об метал.
– Пропеллер, осколками пропеллер повредили – закричал Бад и тут же переключил два каких-то тумблера.
Час от часа не легче, отчётливо слышим, как звук одного из двигателей стал тише, и наша скорость тут же стала падать. Колючий сверху опять стреляет из пулемёта, вон Клёпа схватил Печенег, хлопнул по плечу Рыжего и они, открыв люк полезли наружу. Апрель и Мушкетёры уже стреляют из бойниц прямо из салона, его мгновенно заволокло пороховыми газами и стало вообще ничего не слышно.
– Они догоняют – орёт Крот – они быстрее нас.
Держусь за кресло Бада, вижу, как мы несёмся к горам, они всё ближе и ближе. Грач протягивает руку и выдёргивает к себе Полукеда.
– Не стреляйте, мать вашу, отсюда – орёт он на весь салон.
Я тут же и Слива хлопаем ребят по плечам, чтобы те прекратили стрелять. Только сверху лупит Колючий и с борта Клёпа с Рыжим, слышны короткие очереди из печенега.
– Куда? – трясёт Полукеда Грач.
– Туда, левее – тычет рукой Полукед болтаясь в руках Грача как болванчик.
Млять, куда туда? Там скалы, я не вижу никакого проезда, только скалы и снег на них, ну и ещё несколько небольших деревьев на них растущих.
– Они за нами все прут – слышим злой голос Колючего в тот момент, когда он перестал стрелять.
– Вон проезд, вон туда – снова кричит Полукед тыча пальцем в бронированное водительское стекло.
Тут сзади что-то сильно загремело, затем грохнуло и я прям задницей почувствовал, что у нас больше нет одного из пропеллеров.
– Винт разворотило – крикнул, высунувшись с турели Колючий подтверждая мои догадки.
Бад тут же снова щёлкнул парочкой тумблеров, кажется вы матерился и снова вцепился в штурвал.
– Давай родной, вывози нас – взмолился Грач – эти догонят, не отобьёмся, их слишком много.
– Догоняют – подлил масла в огонь сверху Колючий – короткая очередь из его пулемёта, за ним ещё одна – их слишком много мужики, жмите.
– Да куда вашу мать жмите? – взрывается Бад – у нас один пропеллер.
– Вон проезд – обрадованно заорал я, увидав его среди двух огромных скал.
– Тормози, разобьёмся – тут же вылупив глаза закричал Слива.
– Жми мать твою – заорал Грач, отвешивая Сливе подзатыльник.
– Держитесь – заорал Бад и одной рукой вцепился в штурвал, а правой максимально добавил оборотов двигателю. Тут газ, как на самолёте, рычаги такие.
Ох ты ж мать вашу. Второй движок взревел так, что мне показалось, что он сейчас просто из кормы выпрыгнет и улетит на хрен вместе с пропеллером.
– Куда там дорога ведёт? – Грач снова трясёт Полукеда.
– Не знаю – болтаясь отвечает тот – вы просили проезд.
– Твою мать – матерится Грач, отпуская сластёну.
Тот, почувствовав свободу тут же юркнул в салон к Мушкетёрам. Мля, Мамуля чё-то жрёт сидит. Вот как? Как он в такой ситуации может жрать? Хлоп, Котлета с Одуваном быстро хватают у него из пачки по печенью и тоже начинают жрать. Вот же, млять, отморозки, им на всё по хрен.
Поворачиваю голову и вижу, что скалы вот они, вон проезд, до него метров 100.
– Ракеты – снова орёт сверху Колючий.
Да что же это такое? Да сколько можно по нам стрелять ими?
– Справа сзади – орёт Котлета и выставив автомат в бойницу открывает огонь.
Тут распахивается люк и в салон буквально вваливаются Рыжий и Клёпа.
– Разобьёмся придурки – барахтаясь на полу орёт Рыжий – Бад скотина тормози.
– Это тебе за трактор – не остался в долгу Апрель.
В моей башке тут же всплыли воспоминания, когда Рыжий раскочегарил трактор с горки с пацанами внутри. Они его потом чуть не убили, он, кажется, часа полтора от них потом в лесу прятался.
Взрывы, пригибаюсь и вижу, как ракеты врезаются и взрываются на верху скал и оттуда начинают сыпаться камни и снег.
– Лавина пошла – заорал Колючий в тот момент, когда мы на полном ходу влетели в этот проезд.
Честно говоря, я в этот момент зажмурился и вцепился в кресло Бада. Есть, удара нет, пролетели, зато дальше снова взрывы и я очень хорошо вижу, как тонны снега разгоняются по склону и летят вниз. Мы млять в каком-то ущелье. Бад сидит белый, как мел, и крутит этим штурвалом. Но катер плохо управляется, парочку раз ощутимо бьёмся бортами о скалы.
– Жмите – снова заорал Рыжий – нас сейчас лавиной накроет.
Сверху грохот, к нам сюда на заднице по лестнице съезжает Колючий и орёт во всё горло.
– Они, кажется, отстали, за нами не сунулись.
– Не ссы, нас щас засыпит – не удержался Слива.
– Слива заткнись – снова орёт Грач.
Бах, бам, буц, на катер стали падать камни.
– Не удержу – сморщился Бад – держитесь.
Удар, бьёмся правой стороной об очередной валун. Чувствую лечу, за доли секунды вижу охреневшие глаза Сливы, смотрящие на меня. Врезаюсь в него и впечатываю его в стену. Слива скидывает меня с себя как котёнка, вот же кабан здоровый.
Ход потеряли, но вроде двигаемся, обороты точно упали. Бад сидит за штурвалом и снова щёлкает какими-то тумблерами. Спереди ничего не видно из-за снега.
– Левее лети, левее – рядом с ним появляется Полукед.
Движок снова взревел. Нас начинает засыпать снегом, я очень хорошо слышу гул, гул сверху. Да это же тонны снега на нас летят. Эти уроды своими ракетами вызвали сход лавины и походу не одну.
– Давай родной, давай – снова заорал Грач.
Теперь мы все отчётливо чувствуем, как наш катер то и дело как бы приседает. От догадки почему так происходит, мне стало пипец как страшно. Да и пацанам вон тоже. Мы все как какие-то подводники уставились на потолок. Нас просто потихонечку засыпает, но пока камни держат.
– Теперь направо и сразу налево – снова орёт Полукед.
Больше никто не орёт, все молчат и бледные пипец. Я не знаю, как, но мы ещё движемся, я не знаю каким образом, но пропеллер ещё крутится. Если нас сейчас тут засыплет, то всё. Нас никто, никогда тут не найдёт и мы не сможем откопаться. Вокруг вообще ничего не видно. Снова удар левым бортом.
– Полукед куда? – кричит Бад.
– Налево, налево.
Тут походу сверху на катер упало сразу несколько тонн снега и скорее всего с камнями, так как мы ощутимо ударились днищем и снова подлетели.
– Прямо давай, всё, почти прямо, прямо – кричит Полукед и бьёт руками по спинке кресла Бада.
Грохот и шум вокруг нас пипец, ещё раз бьёмся днищем, левым боком, потом удар носом, и мы опять подлетели, соответственно все подлетели и в салоне. Но никто не заорал, как-то мы молча все с ног попадали. Упав, вижу рожу Мамули, она у него почему-то синяя, как у Упыря, и он, гад, опять жрёт печенье и у него глаза по пять копеек, смотрит на меня и пихает себе в рот очередную печеньку.