Александр Март – Механики. Запах свободы (страница 11)
И пацаны заржали.
– Да, действительно – хихикнул я – как это у тебя еды нет?
– Да не успел я – в сердцах рубанул воздух рукой тот – я как раз на кухню бежал за едой, перед тем как мы сюда перебрались. На Грача нарвался, он меня заставил ящики таскать.
Я снова засмеялся. Камаз завёлся и уехал. Мы выбрались из своих окопов и ячеек и собрались в небольшой кружок за несколькими деревьями обсуждая произошедшее или просто делясь впечатлениями. Больше всех оказались напуганные гражданские, особенно эти мужики издалека, кстати мы так и не спросили, как там их деревня называется. Оба были достаточно бледноваты, сидят вон на брёвнах, одну за другой папироски смолят.
Глава 4
– Воздух – неожиданно крикнул со своего дерева Митяй – самолёт.
Он снова туда забрался и смотрел за полем.
– Какой на хрен самолёт? – задрав голову прокричал Митяю Грач.
– Не знаю, далеко пока.
– Где?
– На 10 часов.
Млять, через эти ветки ничего не видно. Приседаем, отходим в сторону, пытаясь разглядеть самолёт, гул моторов уже кстати слышен.
– Ну щас если ещё бомбить начнут, вообще весело будет – крякнул Клёпа.
Мужиков с брёвен как ветром сдуло, оба тут же ломанулись в свой окоп, только пятки засверкали. А мне, если честно, тоже ссыкотно стало, только бомб нам тут ещё не хватало.
– Рыжий готовь пулемёт – крикнул Туман.
– Уже.
Смотрю, он уже со своим расчётом на этой поляне опять, заряжает миниган. Надеюсь, Рыжий его быстрее собьёт, чем он на нас что-то скинуть успеет.
– Гимнаст вызывает ГДЛ – совершенно неожиданно заговорили наши рации – гимнаст вызывает ГДЛ.
Тут то мы и охренели. Гимнаст, это позывной нашего Матвея, того пилота, который на самолёте выделывает фигуры высшего пилотажа, а все как заворожённые на него смотрят.
– Гимнаст – заорал на весь лес довольный до ушей Леший – свои мужики, свои, нас нашли.
– Это наша Цессна мужики – не менее довольный закричал с дерева Митяй.
Тут и я уже в бинокль разглядел этот белый самолёт. Точно, это наш самолёт, из нашего мира, а значит у Геры с Тучей получилось, значит они открыли ворота. И тут Цессна пошла на снижение. Видимо там из самолёта разглядели и поле, где куча воронок от взрывов, парочка сгоревших катеров и множество дымов из леса, в котором мы находились. Видать решили посмотреть спустившись пониже. Вон он прям как горы перелетел, так и пошёл вниз, летя вдоль них.
– Не снижайся – разом заорали несколько человек.
Я бегом ломанулся в блиндаж, где находился Туман крича на ходу.
– Вызывайте его, вызывайте, пусть не снижается.
Вон около блиндажа уже стоит Туман, Грач, Полукед, да до хрена пацанов и все смотрят на самолёт, тот всё ниже и ниже.
– Да что такое мать вашу? – орал Туман крутя в руках рацию.
– Матвей, Матвей приём – буквально орал в свою рацию Грач – не снижайся, не снижайся.
Но тот почему-то нас не слышал, вон ещё несколько ребят буквально захлёбываются в криках и пытаются до него достучаться.
– Опять глушилка? – тяжело дыша и аж пританцовывая от нетерпения крикнул я.
– Матвей мать твою ответь – снова орёт Туман сжав рацию так, что она аж затрещала в его руке.
– На связи – внезапно ответила рация.
Фух млять. Матвей ответил, сильные помехи, треск, шумы, но он нас услышал.
– Туман в канале, быстро набирай высоту – тут же крикнул Туман – в горах враг, мы в лесу справа от тебя.
Цессна прям как в кино, раз и пошла на взлёт. И тут со стороны гор по ней стали стрелять сразу несколько пулемётов. У них тоже были трассеры, и мы видели, как пули летят в небе пытаясь достать маленький самолётик.
– Уходи, уходи Матвей – кричали ребята.
Мы смотрели как трассеры летят в сторону самолёта, слышали, как опять начали работать наши миномёты, как спустя несколько секунд где-то там в горах начали взрываться мины. Апрель попытался накрыть пулемёты, но куда там, далеко и их не видно. Попали по самолёту или нет я не знаю, но самолёт набрал высоту. От бессилия и злости я себе чуть губу не прокусил. Самолётик уклонялся, сбивал им прицел, пытался вилять из стороны в сторону, движки ревели на всю. Мы все очень хорошо видели, как пилот пытается увезти самолёт из-под обстрела.
– Попали сволочи, они по нему попали – чуть не заплакал уже стоящий рядом со мной Слива.
Это я уже и сам видел, из-под фюзеляжа у самолёта появился чёрный дым, а может и из одного из двигателей, плохо видно. Но зато все отчётливо услышали, как с перебоями стал работать один из двигателей. Высоту он набрал прямо над нами, точно у него дым из одного из двигателей, зацепили-таки сволочи.
– В нас попали – раздался спокойный голос Матвея – назад не дотяну, у нас на борту маяк, открытие ворот после его включения через 3 минуты. Иду на вынужденную, прошу указать куда садиться, сажусь без шасси.
Вот это спокойствие, я бы щас уже на хрен орал бы во всё горло спасите-помогите, а этот так спокойно говорит, как будто кофе в ресторане заказывает.
– Ракеты быстро – заорал Туман развернувшись к бойцам.
– Есть, есть, тут – тут же откликнулись несколько человек – красные все.
– По хрен – быстро ответил злющий Туман и опять схватился за рацию – Матвей как слышишь, приём?
Самолёт где-то над нами, или сбоку, не видно, долбанные ветки мешают, но один движок точно чихает.
– Вон он – толкнул меня локтем Слива показав на него.
– На связи – отозвался тот.
– Садись вдоль опушки, сейчас дадим красные ракеты, прикроем, в горах враг.
Как только Туман сказал про садись вдоль опушки леса и сейчас будут ракеты, с десяток пацанов ломанулись туда, я не выдержал и ломанулся тоже, за мной Сливы, Собровцы.
Первые пацаны, уже добежав до опушки, стали выпускать в небо красные ракеты. Вон Цессна заходит на большой круг и сильно дымит.
– Катера – заорал кто-то – ракеты – закричал второй.
Ну мать вашу.
– К бою пацаны – это уже рядом оказавшийся Грач орёт.
Первые ракеты стали снова взрываться в лесу, опять ухают наши миномёты, заработали пулемёты. Пять этих посудин вылетели из-за горы и устремились в нашу сторону. Два катера вообще какие-то здоровые, но что они из себя представляют пока не вижу, некогда в бинокль смотреть. Гады, они поняли, что самолёт подбит, что сейчас пойдёт на посадку и мы будем вытаскивать экипаж и под это дело они решили прорваться. А тут снег вокруг, у нас нет машин, только бегом.
– Колея, колея заорал я, показывая рукой.
Трактора, когда волокли брёвна, проложили в снегу своими отвалами неплохую такую колею, почти до земли и снега по бокам с пару метров точно, неплохое укрытие.
– Туман скажи Матвею пусть попробует в колею сесть – тут же сообразил Грач, прокричав ему это в рацию.
Что там ему Туман ответил мы уже не услышали, не услышали потому, что все стали стрелять. Заработал миниган Рыжего, потом пулемёты, автоматы. Млять, наша же баррикада нам и мешает.
– Вперёд – заорал я как какой-то умалишённый – нам надо на ту сторону.
Это, мне кажется, было орать излишне. Все и так понимали, что Матвей попытается сесть с той стороны наваленных нами деревьев. И мы начали как какие-то лоси проламываться сквозь эти деревья на ту сторону. Маты, крики, сопенья, треск веток. Обдираем руки, ноги, трещит одежда, снаряжение цепляется за всё подряд, но мы все упорно продираемся сквозь ветки. Я даже не предполагал, что оказывается так сложно прорваться через ветки поваленного дерева. Ноги то и дело проваливаются и цепляются, все руки уже исколоты, тут ещё этот автомат мешается. Пока прорывались, прокляли всё. Тумана, Архи, катера, даже самолёту досталось, что он так не вовремя прилетел. Не. Конечно, вовремя и Туман молодец, что такую штуку придумал, но в данный момент мы были все злющие пипец.
Наконец снеся очередную ветку, я буквально вывалился на ту сторону, на меня частично опять упал Слива. Вот как так? Как он всегда умудряется падать на меня?
Рывком скидываю его с себя. Вскакиваю на ноги и тут же снова падаю в снег. По нам с катеров стреляют. Не сговариваясь, открываем огонь в ответ. Я успел даже выстрелить из подствольника, естественно не попал, мой Вог где-то в поле взорвался.
На него не смотрел, смотрю на самолёт. Вон он, коптя небо заходит на посадку без шасси. Хорошо вижу, что левый двигатель не работает, винт остановился.