Александр Март – Механики. Страницы истории (страница 17)

– Ага – кивнул я – наши.

– Эти то что тут делают? – спросил Слива показав на Т–34.

– Может для использования в тылу – пожал я плечами – может трофеи, может для испытания оружия, а может для действия в нашем тылу, вариантов вагон.

Не сговариваясь, подходим к нашим тридцатьчетвёркам. На башнях нарисованные звезды, не удержавшись погладил броню. В свете не очень ярко светящих фонарей было видно, что танки побывали в боях, царапины, вмятины, отметины от пуль и осколков.

– Родные вы наши – прошептал Грач – как же вас сюда занесло то?

Честно говоря, в этот момент у меня где-то в груди кольнуло. Стало как-то и грустно и тяжело одновременно. Ведь перед нами настоящая военная техника Великой Отечественной. Наша техника, немцы хрен с ними.

Слива быстро залез на ближайшую тридцатьчетвёрку, включил фонарик, открыл крышку люка на башне, свесившись и посветив внутрь он вынырнул и сказал.

– Снаряды в укладке, полна коробочка, интересно заведётся или нет?

Вот в этот момент я даже ни капельки не сомневался, что наши мужики заведут всю эту технику. Разберут по винтику, всё переберут, соберут назад и заведут.

– Глянь что в кузовах – сказал я ему показав на полуторки.

– Ага, ща.

Лихо спрыгнув с танка, он бегом побежал к грузовичкам, снова там погремел и доложил.

– Оба забиты ящиками, в одном снаряды, в другом патроны в ящиках. Мужики, там мотоциклы какие-то стоят.

Подходим туда, ага, стоят, тоже 6 штук мотоциклов с колясками.

– Немецкие? – спросил Грач.

– Нет, наши – отвечаю я – называются М72.

– Хм – хмыкнул Колючий – а я думал, что только немцы на моциках катались.

– Нет, у нас тоже были, только очень мало. Руководство не придавало такой технике значение, некоторые недалёкие считали, что ставку нужно делать на кавалерию. Повторюсь, такие были и в нашей армии – я так же любовно погладил ручку мотоцикла – но ездили на них преимущество посыльные, адъютанты, офицеры очень редко.

– Откуда знаешь? – спросил Слива.

– У Тумана есть рокер в его банде – усмехнулся я – сидели разок в трёх восьмёрках у них, вот он нам лекцию и прочитал.

– И чё он ещё говорил? – с интересом спросил Грач.

– Что ещё? Был такой у нас в Советском Союзе Сердюков, фамилия запоминающаяся.

– Ага – захихикали пацаны.

– Так вот, он с 35 по 40 годы проходил стажировку на заводе БМВ, потом уже у нас было создано конструкторское бюро. А вот это – я легонько хлопнул по сиденью водителя – бывший БМВ Р71, который к этому времени хорошо себя зарекомендовал в вермахте. Тайно, через посредников в Швеции были куплены 5 мотоциклов, привезли к нам, разобрали до винтика, скопировали и получилось вот это – я снова любовно погладил мотоцикл, на этот раз уже коляску.

– А у нас чё, никаких мотоциклов в то время не производили? – задал очередной вопрос Слива.

– Производили, назывался он Тим Ам600 с коляской, но это так – я покрутил рукой – мотор слабенький, подвеска так себе, скопировали этот, только производство толком не разворачивали. Самое интересное, что производить их начали в Москве, а когда в 41 немцы вплотную подошли к Москве, то всё производство, как и множество других перенесли в город Ирбит. В феврале 42 их начали производить. И самое интересное, здания цехов ещё толком не было, а производство уже начали. Как говорится всё для фронта, всё для победы. Железные люди. Потом ещё одно производство в Горьком открыли. Но на план, вышли только в 44 году, на этих двух заводах выпустили больше 5 тысяч, потом и Тюменский завод подключился, там уже с трёх заводов на тысячи штук счет шёл.

– А Ленд лиз из Америки? – снова спросил Слива.

– Да, там тоже поставляли, но эти как-то роднее.

Пацаны на десяток секунд замолчали, переваривая информацию.

– Уму непостижимо – как-то хрипло произнёс Грач.

– Да уж, в башке просто всё это не укладывается. Хрен я это тут всё оставлю – твёрдо заявил я.

– Никто и не собирается – хмыкнул Грач – это же… – он только руками взмахнул, даже слов не нашёл, полностью его поддерживаю.

– Зачем же тут столько нашей техники? – снова задал тот же вопрос Колючий.

– Тебе же объяснили уже – ответил Грач.

– А может кстати подразделение по типу Бранденбург 800 – сказал я.

– Это что ещё такое?

– В 41 году такое было. Состояло из предателей, русскоязычных. Прибалтийские немцы, поляки, литовцы. Короче каждой твари по паре.

– Я читал про него – сказал Слива – они в нашей форме по тылам у нас шалили, резали коммуникации и всячески вредили.

– Ага – кивнул я – именно. Очень много бед они в начале войны нам принесли. Был такой у немцев Капитан Теодор Готтлиб фон Хиппель. Именно эта тварь и обратила внимание, что когда разведчики проникали в тыл противника под видом местных жителей или в форме противника, то все операции проводились более удачно и с минимальными потерями. Они же и охрану убивали, важные узлы связи захватывали и ждали своих и связь резали, короче вредили как могли, открывали дорогу для своих войск. До войны с нами, он сделал доклад и его прочитал Канарис, в то время занимающий должность шефа военной разведки и контрразведки немецкой армии. Канарис дал приказ, этот капитан создал подразделение Эббингхаус, на территории Польши в начале войны эти уроды веселились, потом, после её оккупации это подразделение расформировали и на его базе, с его опытом уже потом был создан Бранденбург 800 для действий на территории Советского Союза. Ох и крови они нам попили сволочи, пока их вычислять не научились. Вот и не исключено, что всё это – я обвёл рукой помещение – как раз для таких действий в нашем тылу.

– Мужики тут дверь в соседнее помещение – раздался голос Колючего.

– Пошли – решительно произнёс я.

Зайдя в соседнее помещение, в котором горел свет, мы охренели ещё больше. По размерам оно было меньше чем тот гараж, но оно было полностью забито зелёными ящиками с немецкими крестами и знаками Аненербе. Недолго думая тут же открыли несколько из них.

– Я уже не могу больше удивляться – произнёс я, вынимая из ящика немецкий пулемёт.

Из соседнего ящика Колючий вытащил немецкую же винтовку, а Грач из другого сразу два Шмайссера. Всё оружие было хорошо так смазано оружейной смазкой.

– Тут патроны – весело заявил Слива – вскрыв ещё один большой ящик – и гранаты.

– Да тут стволов на дивизию мля – обалдело произнёс Грач, кладя автоматы назад.

– Ну не на дивизию – крутя пулемёт в руках сказал я – а на пару рот точно хватит.

– Ага – хихикнул Слива вскрывая другие ящики – патроны, гранаты, да тут всего завались мужики. Вон и миномёты есть и боеприпасы к ним, всё в смазке, чисти и в бой.

– Ещё одна дверь – Грач посветил фонариком на видневшуюся дверь.

– Пошли.

Зашли туда, снова охренели. Те же самые ящики, только в них различное немецкое обмундирование, ну и всякие котелки, ложки, вилки, палатки, сапоги, ранцы, брезент, всего очень и очень много. И так же наша форма, каски, обувь, оружие, ППШ вон лежат в ящиках и винтовки Мосина.

– Походу точно немцы с помощью этой базы и зомбаков хотели где-нибудь у нас в тылу второй фронт открыть или всё-таки Бранденбург 800, только из зомби состоявший – всё ещё офигевая сидя на ящике сказал я – гитлер же всю войну грезил про всякое фантастическое оружие и солдат. Оружие и техника вот, солдаты вон – киваю головой в бок, но пацаны меня поняли.

– Нужно выбираться отсюда – встрепенулся Грач – пошли по следам техники, должен быть выезд на поверхность. Слива, положи ППШ на место.

– Интересно же.

– Потом всё.

– Думаешь он ещё рабочий? – нахмурился Колючий крутя в руках ТТ – сколько лет то прошло.

– Вот и проверим, потом. Там мужики уже, наверное, с ума сошли.

– Парни, смотрите что я нашёл – раздался голос Сливы.

Он вышел к нам из-за ящиков неся противотанковое ружьё, я аж обалдел и когда успел, он же только что ППШ в руках крутил.

– Ты где эту дуру взял? По ней из танков стреляли.

– Вон там в ящиках лежат и патроны там же есть – радостно ответил тот.

– Слива мля – начал закипать Грач – положи всё на место, пошли уже, а то мы так до утра отсюда не выйдем. Ты ещё ракетницы найди.

– Там есть – спокойно ответил Слива кивнув головой в сторону.

– Млять, хватит я сказал, пошли уже.

– Грач – поднял руку Слива – дай 10 минут.