Александр Март – Механики. Новый мир (страница 14)

Задержались на час, из-за аборигенов. Одувану-таки пришлось раздеваться и показывать на себе, как надо мылиться и мыть голову. Потом Азей всё это показал своей Роне. Команда Грача тут же стала называть их Ромео и Джульетта. Скорее всего, за пару дней, они привыкнут к своим новым именам.

Хорошо, что с самого утра в котёл, который был с собой, поставили греться воду, родник тут был, его ещё вчера нашли. Вот этой тёпленькой водой из ковшика сначала поливали Ромео, а потом он поливал свою Джульетту. Сначала молодые, конечно, обалдели и ни в какую не хотели мылиться, вот для этого Одувану и пришлось показывать всё на себе. Ну а потом из-за ширмы раздавались радостные возгласы девушки. Но надо признать, что закончили они быстро. Ещё больший шок у них вызвала одежда и обувь, которую им подогнал Няма, они всё щупали себя и крутились в разные стороны. Кто-то из пацанов подвёл Джульетту к зеркалу Хаммера, и она увидела себя во всей красе. По их реакциям было видно, что им страшно, они боятся, но они через страх делают всё то, что от них требуют, а ещё их буквально разбирает любопытство. Как говорится, страшно интересно. Пока эти двое мылись, лагерь туземцев снялся с места и уехал на трофейных лошадях и телегах в противоположную сторону.

В общем, аборигены начали внедряться в нормальное человеческое общество.

– Надеюсь, они не наблюют сейчас в машине, – негромко сказал Страйк, когда молодежи показывали, куда им садиться.

Тронулись. Ромео и Джульетта тут же вцепились руками в ручки и вытаращили глаза. Страйк ещё бубнил, что их посадили к нему в тачку, не могли, типа, в Хаммер или багги посадить. Но проехав несколько километров, глаза вроде у молодых стали поменьше, и они уже не поджимали губы и что-то шептали себе потихоньку под нос. Видимо, увидав, что остальные ребята сидят спокойно и эта железная колесница не унесёт их в ад, окончательно успокоились.

– Куда ехать-то, Ромео? – весело спросил у него Страйк, когда они подъехали к очередной развилке.

Ромео приблизился к лобовому стеклу и уверенно ткнул налево, девушка потихоньку кивнула. Утюг Страйка был сделан на базе инкассаторского броневика Форд с высоким потолком, так что места там внутри было более чем. На левой стене внутри были сделаны крепления для оружия, на второй, различные ящики для припасов и различного барахла. На крыше турель с Кордом, ну и по мелочам там припасов напихали, конечно, большую часть занимали цинки с патронами. Но, несмотря на всё это, места внутри было достаточно для 6 человек, а если потесниться, то и больше влезет. Ну и плюс на потолке так же несколько ящиков и крепления для оружия, в полный рост, конечно, ходить уже не получалось, но пригнувшись – легко. Ну и отвал спереди, за это все и звали эту машину Утюг. Когда ехали по лесу, он этим отвалом как бы раздвигал ветки, мелкие деревца и кусты, а потом давил их своим весом.

Со скоростью 40–50 километров в час ехали около часа по дороге, потом она кончилась, и снова начался лес, вернее, она не кончилась, просто стала уже, гораздо уже для машин, и пришлось снова браться за топоры и пилы.

Кстати говоря, сегодня с утра, пока молодежь мылась, Грач отправил в горы багги. Кирпича и ещё нескольких человек не было около полутора часов, они всё старались забраться на машине повыше, чтобы попробовать достучаться с помощью раций до их друзей. Машину им Грач запретил покидать строго настрого и, если что, сразу делать ноги и мчать в лагерь, тут-то уже преследователей встретят, как полагается. Но рации молчали, преследователей не было, как не пускали они их в скан, как не крутились там по горам, везде 0000.

Ближе к обеду, прорвавшись через лес, упёрлись в неширокую, но довольно-таки бурную реку.

– Попадос, – крякнул Крот, – когда три машины остановились на берегу реки, и пацаны вышли из машин и рассматривали возникшее препятствие.

– Вокруг никак нельзя? – спросил Грач у стоявших рядом Ромео и Джульетту.

Они, видать, сразу поняли, что он у них спрашивает, и сразу отрицательно замахали головами.

– Эх, – вздохнул Грач, – тогда делаем плоты, леса вокруг полно, на них тачки, и переправляемся на другой берег. Кто хорошо плавает, переберитесь на ту сторону, натяните пару верёвок. Течение сильное, боюсь, снесёт плоты с машинами, заодно и глубину померьте.

– Вот сюда бы сейчас эти камни их, – добавил Винт, – вмиг бы на той стороне оказались.

– Моя самая тяжёлая, – сказал Страйк, – для Утюга плот помощнее вязать надо, иначе утонет вместе с плотом.

– Прошу аппаратуру переправить отдельно, – тут же за переживал Лев Олегович, – не ровен час машина или утонет, или водой её захлестнёт.

– Само собой, – буркнул Грач. – Давайте, девочки, шевелите колготками.

Всю дорогу с самого утра Лев Олегович наблюдал за показателями аппаратуры, но она упорно молчала, и места с необходимой энергией для открытия ворот им не попадались.

С плотами провозились несколько часов. Это так кажется, чего там, навалил деревьев, обстругал их, связал верёвками и готово. Ага, щас, два раза. Если к реке они выехали около часу дня, то первую багги загнали на плот уже ближе к шести вечера. Плот пришлось делать в два наката и по бокам прикрепить ещё по паре хороших таких брёвен, Утюг-то весит чуть больше чем до хрена, и течение в реке довольно-таки сильное.

Казак и Винт, обвязавшись верёвками, пошли в воду. Течением их снесло достаточно сильно, но на другой берег они выбрались. Ну а потом натянули тонкий металлический трос, подсоединив его к лебёдке багги. То есть на ту сторону машина будет тянуть себя сама, главное, чтобы плот не захлестнуло водой и трос выдержал.

Всё, встаём на ночёвку, – устало оглядевшись вокруг, сказал Грач, когда все три машины оказались на другом берегу.

Все действительно очень сильно вымотались с этой переправой, сложнее всего, как и предполагали, оказалось с Утюгом, к плоту, на котором он находился, прицепили обе лебёдки от Хаммера и багги, и бампера машин упёрли в толстые стволы деревьев, и всё равно, несмотря на всё это, плот довольно-таки сильно сносило в бок, да и погрузился он гораздо сильнее, чем тот же Хаммер например. Но броневик переправили на другой берег.

– Сколько мы сегодня проехали-то? – спросил Грач, снимая с себя насквозь промокшие кроссовки.

– Почти 60 километров, – ответил Страйк, сбивая крепления с плота и освобождая колёса своей машины, – почти как вчера.

– А Ромео-то с Джульеттой молодцы, – кивнул на них Крот, – от работы не отлынивали и в воде по шею ходили.

Тут да, тут владелец самого быстрого автомобиля в Таусе был прав, молодежь активно помогала и в валке леса, и в постройке плота, и в переправке на другой берег. Конечно, шок у них вызвали и топоры с пилами, которыми ребята рубили деревья и сучья, но наибольший шок они получили, увидав в действии бензопилу Мамули, тот работал ей, как заправский лесоруб. Вот они и тёрлись всё время около него.

Пока ехали через лес, преодолевая многочисленные овраги и объезжая крупные деревья, неоднократно видели следы многочисленных животных, крупных животных. Лев Олегович сказал, что это следы либо медведя, либо тигра. Потом ехали вдоль кромки леса и видели в километре динозавров, травоядных этих, те спокойно паслись на огромном поле. Так же молодые сорвали в одном месте какие-то фрукты с деревьев. Никто из ребят такие никогда не видел, по вкусу фрукты были очень похожи на смесь апельсина и киви, этакий кисло-сладкий вкус, но всем понравилось.

– Вот и птички пригодятся, – радостно сказал Саныч, вытаскивая из багажника багги около десятка убитых сегодня в лесу птиц.

Живности в лесу было очень много, вот и грохнули ребята на вечер, днём питались сух пайком, чтобы не терять время. Но усталость начинала сказываться, всё-таки они прорывались через лес второй день подряд. Кто-то сказал, что они за собой оставили несколько хороших просек, по которым теперь можно смело ездить, почти готовые дороги.

– Джульетта, поможешь? – громко крикнул Саныч, показывая ей в своих руках убитых птиц. – Надо ощипать и выпотрошить.

Она тут же поняла, что от неё требуется и, взяв у парапланериста птиц, пошла с ними к реке. Грач тут же презентовал ей неплохой такой нож, своим мечом она долго будет потрошить птичек. Лагерь разбили довольно-таки быстро, искать другое место не стали, тут и на берегу не плохо. Натянули палатки, запалили несколько костров, поставили греться воду.

Пару человек помогли Джульетте быстро ощипать и выпотрошить птиц для жарки. Её Ромео в это время активно помогал в установке палаток, и его восторгу не было предела. Кстати говоря, ребята начали учить его языку. По крайней мере, слова «нет», «да» и «спасибо, корефан», он уже говорил. «Корефан» научили мушкетёры. Весь день как попугаи ему талдычили его. Ну а про Ромео и Джульетту они въехали практически сразу и отзывались на эти имена мгновенно.

Вообще, эти молодые находились под огромным впечатлением от всего увиденного. Они сегодня узнали столько нового в своей жизни, что, как сказал Одуван, у него бы башка лопнула от обилия такой информации и впечатлений. Пусть они и не понимают наш язык, но глаза-то видят и мозг анализирует, пусть там и интеллекта мало, но всё равно, как бы процессор сбой не дал. Но в целом, вели они себя хорошо, улыбались, что-то говорили на своём языке и пытались сказать это ребятам. Но языковой барьер штука такая, его хрен преодолеешь, тут даже транслейтер Армена бы не помог, слишком большая разница. Короче, радовались они всему, как дети, которые оказались в магазине игрушек. Зажигалки, котелки, верёвки, кроссовки, одежда, да всякая мелочь, на которую уже давно никто из пацанов не обращал внимания, ими рассматривалась со всей тщательностью, так как видели они все это в первый раз. А пацаны им то одно покажут, то другое, то третье. К вечеру они уже практически освоились и почти не шугались той или иной вещи.