Александр Март – Механики 4 (страница 99)

А сам лыбится стоит до ушей. Мы охренели ещё больше. За ним ввалились Маленький, Большой, вон там ещё Страйк и Клёпа виднеются, за ними ещё бойцы, те в белом, идут. В комнате мгновенно стало тесно, набились сюда, как шпроты в банке.

— Мужики, он с Земли, — добавил Маленький, а другие наши только кивают стоят.

— Земляки, — продолжал тот орать, — вы откуда, пацаны? Из какого города?

Я как стоял, так и плюхнулся на задницу на лежанку.

— Ты откуда, чувак? — спросил, первым пришедший в себя, Слива.

— Из Питера, вы-то откуда? — продолжал он смеяться, смотря на наши удивлённые рожи.

— Ну пипец… — выдавил я из себя.

— Земеля! — заорал Страйк откуда-то сзади, растолкал всех, прорвался к этому Лёхе и, не стесняясь никого, полез к нему обниматься, — какой район? Улица, мать твою, какая?

Лёха от радости заорал в ответ и так же стал обниматься со Страйком.

— Колпинский район, — выпалил Лёха, — улица Губина.

— Мля, братка, — ещё больше развеселился Страйк, — я с Заводского проспекта.

И тут они оба заорали, так орут только от радости. Заорали, затем быстро отцепились друг от друга и за несколько секунд пожали друг другу сразу обе руки, проведя какую-то хитрую серию рукопожатий, ну, как реперы что ли какие здороваются. Получилось это у них быстро и синхронно.

— Аааааа!!! — орал Страйк, — земеля!

— Аааааа!!! — орал Лёха, — корефан!!!

И они снова стали обниматься, а мы охренели ещё больше. И тут Лёха снова начал орать.

— Эй, армейцы не сдаваться!

— И на льду за Питер драться!

Тут подхватил Страйк, и они уже вдвоём, почти что, срывая горло, стали орать.

— На площадке линии…

— Красные и синие.

— Значит нам поможет лёд,

— И соперник не пройдёт,

— Жди опасного броска,

— Если атакует СКА!

Дальше они снова орали и обнимались друг с другом, им никто не мешал. И мы и белые эти все стояли и хихикали над двумя здоровыми лбами, которые обнимались, хлопали друг друга по спине и орали на всю избу какие-то кричалки. Наконец, наоравшись, вспомнив общих знакомых, угомонились.

— Успокоились? — немного придя в себя, спросил я.

— Ага, — синхронно кивнули оба.

— Дела, — крякнул Деро, — ладно, — почесал он макушку, — ладно, Ума, за работу, у нас время до вечера. Ваши нам помогут? — спросил он у меня и Апреля.

— А чё делать-то надо? — обалдели мы.

— Прицепы и кран видели?

— Ага.

— Разобрать все дома и погрузить на прицепы. У нас времени до вечера, пацаны пока потрудятся, а мы спокойно поговорим, если у нас тут земляки очутились, — он снова посмотрел на Лёху и нашего Страйка.

Те так и стояли улыбались и о чём-то шептались.

— Нахрена вам эти дома-то? — обалдел я, — леса вокруг мало?

— Брёвна уже высохли и хорошо подогнаны друг к другу, — ответил Деро, — их разобрать и на месте собрать проще, чем валить лес, очищать от веток, вытаскивать эти самые брёвна по глубокому снегу, шкурить, сушить и подгонять их друг к другу. А эти, — он постучал костяшкой пальца по стене дома, — уже готовые. Их сейчас пронумеруют, и на месте, как конструктор соберём.

— Резонно, — кивнул я, вспомнив, как у нас в Речном лежат штабеля брёвен на просушке.

— Одежду дадим, — добавил Деро, — обувь? — и посмотрел на Ума.

— Есть у нас там несколько пар, — тут же ответил тот.

— Тогда поможем, — пробасил Большой, — потом, как я понимаю, в тепло поедем?

— Ещё в какое тепло, — засмеялся Ума, — пошли, мужики, ща обо всём за работой и поговорим, тут, походу, новостей куча.

— Ага, только мы не совсем с Земли-то — выпалил Большой.

Раз, все замерли.

— Нормально всё, — улыбнулся Большой, — ща всё расскажем, — и на меня смотрит.

— Рассказывайте, — кивнул я, поняв взгляд Большого, — нет смысла таить.

— Добро, — ответил Большой, — пошли мужики.

— Лёха, может останешься? — спросил Апрель.

— Не надо, — тут же сказал Деро, поудобнее устраиваясь на лежанке, — я всё про него знаю, пусть идёт с этим вашим.

— Страйк его зовут, — добавил я.

— Ага, со Страйком.

Это двое болельщиков тут же испарились из избы.

— У вас кофе случайно нет? — услышали мы в сенцах голос Упыря.

— Есть, красавчик, — услышали мы звонкий девичий голос.

Охренеть, Упырь и «красавчик»? Да его в подворотне ночью встретишь — сначала от страха полные штаны наложишь, а потом от разрыва сердца умрёшь. Вот что девки в нём находят? Как так-то? Я ему прям завидовать начинаю.

— Ща он и тут будет пользоваться успехом у женского пола, — не менее удивлённо произнёс Апрель.

— Он же страшный, — нагнувшись ко мне, произнёс Деро, — без обид…

— Девкам это скажи, — засмеялся я, — у него одна из самых красивых девушек, и бабы к нему так и липнут. Походу, и ваши на него запали. Как бы конфликта не было.

— А, — махнул рукой Деро, — сами разберутся, взрослые люди.

— Красавчик, тебе сколько сахара? — раздался с улицы второй звонкий девичий голос.

— Обалдеть! — выдал Пех.

Мля, я реально завидую Упырю. Не, у меня, конечно, есть Светка, но вот так, сходу, на меня девки никогда внимания не обращали, а этот — на тебе. Да и пацаны, вон, смотрю, вздохнули.

— Чё встали? — спросил Деро у всех бойцов, продолжавших находиться в избе, — за работу.

Топот ног, изба за пару минут опустела, и мы снова остались вчетвером. Слива с пацанами свалил. Через пяток секунд с улицы снова раздались фанатские кричалки — это Страйк с Лёхой снова стали орать на всю вселенную.

— Да уж, — хмыкнул я, — такое не каждый день увидишь, вернее, вот так, хрен пойми где, встретишь человека с Земли.

— А где мы хоть? — спросил Апрель.

— На планете, — засмеялся Деро, — но это точно не ваша Земля. И что значит, вы «не совсем с Земли»?