Александр Март – Механики 3 (страница 7)

Мы даже с оружием развернуться не успели.

— Привет, Грач, пацаны, – поздоровался он с нами.

Этого бойца я не знал, но если он знает Грача, то это хорошо, да и Небоскрёба с Андреем он тоже узнал.

— Что там, жопа? – спросил он, когда мы пожали друг другу руки, – что за гоблины на нас напали? – он недоверчиво покосился на Жата, – еле отбились.

— Всё потом, – тут же ответил Грач, – Майор где?

Майор – это Семёныч, его звали так же, как и нашего Семёныча, который занимался строительством в ГДЛ, только тут Семёныч был начальником службы безопасности базы.

— Погиб. – шумно выдохнул боец.

Твою мать, настроение резко у всех пропало.

— Они на нашем грузовике в шлюз заехали, мы их спокойно пропустили, – продолжил боец, – никто не знал, что там бандиты, – он снова покосился на Жата, – они как посыпались оттуда и давай стрелять по всем, кого видели в шлюзе и зале. Вот Семёныч первым под раздачу и попал.

— Ещё кто погиб? – спросил Грач.

— Двадцать семь человек, и двенадцать ранены. Там и бойцы и гражданские, ну, туристы.

Твою мать, млять, млять, млять!!!

— На базе мы отбились, но базу эти обложили. Мы так поняли, что они её хотели с ходу захватить – не вышло. Меня сюда на пост поставили, там сейчас Хобот рулит.

— Рифа человек? – удивился я, – он же капитан катера.

— Да, просто он единственный из командиров остался, приехал с друзьями на экскурсию, а гарнизон у нас двадцать пять человек всего, больше половины сразу погибли. Вот ему и пришлось взять на себя обязанности командира, хорошо, там у нас добровольцы оказались. Оружие взяли и с нами охрану несут, хоть бойцов теперь побольше, – затем он помялся и спросил.

— Вы не знаете, почему ворота не работают, и что вообще происходит? И что с лесопилками и станцией? Мы с ними связаться не можем, ребят на станцию отправили, они до сих пор не вернулись.

— Знаем мы всё, – зло сказал я, переживая за гибель людей, – погибли там все, их всех убили!

Боец просто охренел от этих моих слов.

— Михаил только уцелел, мы его раненого в лесу нашли, – добавил я, – который по машинам тут старший, наш из ГДЛ.

— Да, – взяв себя в руки, кивнул наш хлопец, – он с ребятами как раз на станцию и поехал.

— Так, всё! – резко сказал Грач, – поехали все внутрь. Ты, – он обратился к бойцу, – веди нас на базу, Слива, Миха и Паштет – остаётесь тут, встречаете остальных. Доберёмся до своих, пошлём сюда кого-нибудь, чтобы вас встретили. Саша за руль, Жат с ним рядом. Внутренняя связь есть?

— Есть, – кивнул боец, – и камеры есть, я вас по ней и увидел и вышел к вам, там отдельный проход есть, – кивок головой в сторону, — сейчас доложу нашим, что мы едем, хотя они и так наверняка уже увидели.

Он задрал голову и посмотрел наверх, я тоже задрал, но камеру так и не увидел. Затем он подошёл к кодовому замку и нажал несколько кнопок, ворота тут же стали открываться. Через пару десятков секунд, дождавшись, когда широкие створки тяжелых металлических ворот откроются, мы шагнули внутрь горы.

Ух ты, тут прям как у гномов в пещере. Внутри горы мы сразу увидели освещённую дорогу, уходящую дальше. Справа от въезда небольшая будка, заглянул в неё, в ней стул, стол, телефон, пара мониторов, ага, вон вижу картинку, камера прям над въездом висит, и видно и дорогу из леса, и сам ручей, а вон и дверь, через которую этот боец к нам и вышел. Рядом с будкой стоит небольшой скутер. Пока я рассматривал будку, боец по телефону предупредил о нашем приезде и быстро показал остающимся пацанам, как тут и что.

— Поехали, – садясь на скутер, сказал этот боец, – тут чуть больше километра.

Пришлось лезть в машины, я залез в джип к девкам, эта шавка, чтоб её, опять начала брехать, вернее, тявкать. Как только в джип следом за мной залез Слива и показал хозяйке этого чмо-терьера нож, та сразу её заткнула.

— Вот так лучше, – хмыкнул Слива, – башку твоей псине быстро отрежу.

— Да что же ты такой грубый? – не выдержала вторая разукрашенная, – это же просто животное.

— Это не животное, это его жалкое подобие, – парировал Слива, – а вы сюсюкаетесь с ней, как с ребёнком. От этой шавки только шума много, тявкает она громко, но она вас даже защитить не может.

Девки хотели ещё чего-то сказать, но увидев взгляд Сливы, промолчали.

— Красавчик, поехали с нами, – раздался звонкий голос из второго Чероки, где сидели голубки.

— Ага, щас! – услышал я бурчание Паштета, и он, открыв дверь, залез в багажник нашего Чероки, – чтобы вы там к моей заднице пристраивались, – продолжал он бухтеть, – хрена с два!

Да, у них тут точно, как у гномов. Дорога вела нас, петляя внутри горы, тут и грузовик проехать сможет, фура-то, конечно, не проедет, а вот грузовик – легко. Везде вдоль дороги висят фонари, которые достаточно хорошо её освещают.

Пока ехали, я видел, что в нескольких местах те, кто её тут прокладывали, работали инструментом, чтобы расширить. Вон следы кирки или лома, вон ещё, камни, валуны, разбитые валяются по сторонам. Потом видать прошлись небольшим бульдозером, чтобы выровнять, кое-где насыпали мелкой щебёнки, в общем, ехать можно.

Потолок, где-то низкий, а где-то над нами прям своды, мы прямо большие, я бы даже сказал огромные, залы проезжали. Вот сейчас заехали в нереально огромный зал, тут площадь по размерам, как футбольное поле, высокий потолок, по бокам куча огромных валунов и ещё какой-то мусор, сюда, видать, стаскивали весь строительный мусор.

Да, где-то километр мы проехали, прежде чем я увидел ещё одни ворота, которые уже были открыты, вон виден ещё один зал и стоявшие там машины, и освещен он гораздо лучше.

— Всё, мы дома, – как-то с облегчением произнёс Слива, когда мы в него заехали.

К нам тут же устремилось с десяток людей – мужчины, женщины, многие были вооружены. На этой базе я был пару раз, вон там слева шлюз, который ведёт на главную дорогу, уходящую из базы в джунгли, его ворота сейчас закрыты. Шлюз сделали специально, мало ли какой динозавр прорвётся и попытается проникнуть сюда внутрь. Но в шлюзе была пара дверей, через них видать охотники и прорвались в этот зал.

А бой тут и впрямь был хороший. Хорошо видны и разбитые стёкла, и пулевые отверстия на стенах, стойках, мебели, и машины вон пулями побиты, конечно, весь мусор уже убрали, но поливали тут во все стороны, будь здоров… Особенно сильно побита пулями лестница, ведущая на второй этаж. Я даже заметил на полу несколько затёртых луж от крови, видать, отмывали тут всё после боя.

А вот и сам Хобот, подошёл к нашей машине, левая рука перевязана. Этот боец на скутере лихо развернулся и снова выехал из ворот, на дорогу, без слов поехал назад к нашим ребятам.

— Здорово, пацаны, – радостно улыбнулся Хобот, протягивая нам руку для приветствия, – вот кого-кого, а вас я тут точно не ожидал увидеть. Откуда вы тут взялись-то? Это кто? – увидел он Жата.

— Долго рассказывать, – ответил ему Грач, пожимая руку, – он с нами, пошли потреплемся. Врача сюда, там сейчас ещё наши приедут, – он показал на закрывающиеся ворота, в которые только что уехал боец на скутере, – в большом джипе раненый Михаил.

— Раненый? – вытаращил глаза Хобот, – остальные где?

Грач посмотрел на него так, что тот сразу всё понял.

— Сделаем, — кивнул он, всё поняв.

— И девка там связанная, её в камеру под охрану.

— Тут есть камера? – пришла пора удивляться мне.

— А как же, – хмыкнул Грач, – вдруг какие хулиганы или бузотёры будут.

Но уйти нам не дали. Народ, который продолжал сюда подтягиваться, увидев нас, стал задавать вопросы.

— Что происходит? – подала голос одна из подошедших к нам женщин.

— Почему ворота не работают? – спросила другая.

— Где все остальные? – подключилась третья.

— Сколько нас тут будет держать?

Раз, заплакал один ребёнок, за ним подхватил второй, опять эта шавка затявкала, голубки вон стоят в сторонке, притихли.

Вопросы посыпались один за другим, нас буквально ими засыпали. Даже спрашивали, кто такой Жат, очень уж он выделялся на фоне других. Тот молодец, стоит молчит, привык уже, что на него так люди реагируют. Хотя он вон стоит, таращится на Рейдеров, а они на него, но благоразумно молчит.

Особенно сыпала вопросами тётка лет сорока пяти. Она точно была туристкой, вон вижу штук пять Укасов, ещё гражданские, сюда, походу, все, кто был на базе прибежали или пришли. Сходу так сколько их, сказать не могу, но человек сто точно есть. Даже вон парочка гномов и Рейдеры есть, как Хобот сказал, видать, все хотели на динозавров посмотреть, вот и посмотрели. Два Рейдера тоже вооружены, у обоих в руках по винтовке Рейдеров, эти, с огромным калибром, видать тут в оружейке были.

— Тихо всем, – поднял обе руки Грач, призывая к тишине, – всё под контролем.

— Под каким контролем? – снова возмутилась эта тётка, – мы сидим тут уже какой день, снаружи стреляют, тут есть убитые и раненые.

Хобот сморщился как от лимона, видать, его тут достали.

— Тихо, я сказал! – рявкнул Грач, – сидите спокойно, посчитаем нужным – скажем вам всё.

— Раскомандовался! – снова возмутилась эта тётка.

— Вам сказали – тихо, – подключился я, – в чём проблема?

— Вы обязаны нам сказать, что происходит?

— Почему ворота не работают?

— Кто те, кто напал на нас?