Александр Март – Механики 2 (страница 198)

Расстреливали их с той стороны дороги, в упор, там метров пятнадцать до дороги, видел я там кучу гильз в кустах. Люди просто ехали на станцию, а тут – на тебе!

Кто из них кто, было непонятно, они там в обгорелые головёшки все превратились. Откуда у этих охотников столько жестокости? Ладно убить всех в машинах, так их ещё и сожгли вместе с машинами!

По следам волочения на дороге было видно, что оба Черокеза чем-то тяжёлым, скорее всего грузовиком, спихнули в кювет и уже там подожгли, предварительно собрав трофеи. Семь человек в тачках было, Миша восьмой. От же, мать их!

Девчонки, которые были с нами, вообще были в шоке, попали из одного ада, в другой, и судя по их лицам, они насмотрелись до дрожи в коленках. Ехали-то они сейчас через станцию и наверняка всё видели в окна.

— Как на базу будем пробираться? – спросил Слива, – судя по следам на дороге, – он ткнул пальцем в грунтовую дорогу, – в её сторону направилась большая колонна машин охотников.

— Не доезжая пары километров до базы, маскируемся в лесу, – начал Грач, – оставляем машину и дальше на разведку, смотрим, как и что и потом уже по обстоятельствам.

— Ага, а если по пути на них нарвёмся? Они вон трофеи, гады, к себе везут. Я, конечно, уверен в том, что базу они с наскока не возьмут, но не хотелось бы встретиться с ними на дороге. Они тут наверняка не на одной машине ездят.

Ох, млять, Слива прав. Встретимся на дороге с охотниками, будет совсем весело. До базы отсюда ещё километров пятнадцать-семнадцать, и идти пешком через лес, чтобы нас не срисовали по дороге, далековато. Наверняка охотники установили на ней и посты и заслон, чтобы им самим в спину не ударили. Эх, знать бы, сколько их тут. Хотя, что это нам даст? Судя по тому, какой большой колонной они покатили в сторону лифта, тут осталось явно не пара десятков, и не исключено, что они вернутся с подкреплением. Скинут трофеи, возьмут ещё бойцов и назад, брать базу. У нас на руках гражданские, раненый, млять, вот это попадос!

— Тихо все, – неожиданно поднял руку Лесник, – слышите?

Мы все разом превратились в большое ухо. Мне показалось, что где-то на пределе слышимости я услышал звук мотоциклов.

— Мотоциклы? – не то спросил, не то утвердил Слива через несколько секунд.

— Да, мотоциклы, – подтвердил Паштет, – звук оттуда, – он махнул рукой в сторону сгоревшей станции.

— Тачку в лес, быстро, и замаскировать! – скомандовал Грач.

Джип мгновенно загнали подальше в лес, закидали ветками, замели следы, всё как обычно, опыт в таких вещах у нас уже был.

Пока закидывали ветками машину, звук мотоциклов стал слышен лучше, вон Паштет уже выбирает себе место для засады в кустах около дороги, да и Бад с винтовкой уже за деревом заныкался.

Вот же, млять, эти уроды тут ещё и на мотоциклах ездят! Ну сейчас мы их быстро приземлим, вернее, ссадим с сидений! Я кинув последнюю, только что срубленную, ветку на джип, ломанулся к кустам, там и будет моя огневая точка.

— Странно, – произнёс Грач, когда мы снова слушали звук двигателей мотоциклов недалеко от нас, – к нам они не приближаются. Да и на охоте мы мотоциклистов не видели, да и тут они нам тоже пока не попадались.

Мы все лежим на расстоянии в метр-полтора друг от друга и ждём, когда тут появятся мотоциклисты. Но их что-то до сих пор нет, хотя по прикидкам они уже должны были тут оказаться.

— Бад, – негромко позвал я.

— Что?

— Охотники на мотоциклах ездят?

— Ездят, но мало.

И тут мотоциклы разом стихли, сюда они точно не едут, где они, млять? Я уже готов стрелять, да и остальные пацаны готовы, Паштет вон какой-то проволокой три гранаты вместе связал и готов эту связку кинуть. Тоже мне, истребитель танков, в нашем случае мотоциклистов.

— Пошли, посмотрим, – сказал Грач, – идём тем же составом, остальным быть тут.

— Ясно, – вздохнул Мага, поднимаясь с земли, Бад кивнул и стал смотреть на дорогу.

Снова мы пробираемся по кустам и между деревьев назад в сторону станции. Бука тоже крадётся с нами, далеко не отходит, Луна осталась в машине.

Вот перед нами и станция, опять мы видим все эти разрушения, кое-где дымящиеся очаги от пожаров, трупы, сожжённые и расстрелянные машины.

— Кажись, там они последний раз рычали, – шёпотом говорит Паштет, тыча у меня перед носом этой связкой гранат. Вот же, млять, пока мы шли, он уже к ним ручку из какой-то палки прикрутил, чтобы кинуть подальше. Ну, Паштет, ну, млять, партизан, мне вот в голову такое не пришло даже!

— Ты это… — не отводя взгляда от гранат, говорю ему, – аккуратней с ними.

— А, фигня, – отмахивается он от меня, – ща всех положим.

Обходим станцию против часовой.

— Вон они, пацаны, – прошептал Слива, когда мы прошли метров двести и остановились среди деревьев, – между двумя сгоревшими сараями.

Приглядевшись, я тут же увидел метрах в пятидесяти от нас четыре, стоящих на подножках, кроссовых мотоцикла, рядом с ними четверо мужчин в кроссовой экипировке, в руках у каждого по помповику. Шлемы уже сняли и на сиденья положили. Стоят и смотрят на остатки станции и о чём-то негромко переговариваются. То один, то другой внимательно смотрят по сторонам.

— Это не охотники, – говорит Жата, – у них нет таких мотоциклов и экипировки.

То, что это не охотники, я уже и сам понял. А ребята аккуратные, из-за сараев не выходят, оружие в руках, видать, хорошо они так покатались по местным лесам, и они и мотики все грязные. На каждом из мотоциклов сзади по небольшой сумке.

— Ну, млять, – слышится разочарованный выдох Паштета.

— Походу, экстремалы, – делает предположение Слива, – тут таких хватает. Кто пешком, кто на джипах, кто на мотоциклах гоняет. На динозавров, то смотрят, то убегают от них.

— Да-да – поддакивает Паштет – мы тоже так с пацанами ходили.

— Спорят, – шепчет Грач.

Да я и сам вижу, как высокий начал размахивать руками, а рядом с ним какой-то подросток, к нам спиной, тоже машет руками, эмоциально ему что-то доказывая, но голос никто не повышает. Двое других так же смотрят по сторонам.

— Пошли знакомиться, – снова говорит Грач, – Паштет, крикни им что-нибудь.

— Мужики, вы из какого города? – заорал тот на весь лес, я даже глазом моргнуть не успел.

А ребятки-то шустрые, их мгновенно как ветром со своего места сдуло, я только услышал, как передёргивают затворы помпы из кустов и из-за сараев. Тишина, гонщики молчат, все по кустам поныкались.

— Пацаны, не стреляйте, – снова крикнул Паштет, – мы свои, из Тауса!

— Ты чего разорался, придурок? – ответили ему с той стороны.

— Я тебе сейчас все зубы выбью, приду, за придурка! – мгновенно завёлся наш мушкетёр.

— Иди, я тебя сам на колбасу пущу!

— Так, тихо все! – крикнул Грач, – пацаны, не стреляйте, я выхожу, мы действительно из Тауса.

— Выходи, посмотрим на тебя.

Грач положил свой автомат на землю, крикнул ещё раз, что он выходит, и вышел из кустов. Нда, нервы у всех на пределе. Вот он, разведя руки в стороны, подходит к мотоциклам, останавливается и что-то говорит, спустя несколько секунд из кустов выходят все четверо, он разворачивается, машет нам рукой и кричит-

— Мужики всё нормально, идите сюда.

Фух, всё ок, вроде.

— Бука, тут посиди, – прокряхтел дед, — позову, а то эти четверо все на нервах.

Когда они увидели идущего с нами Жата, то просто обалдели и снова схватились за оружие.

— Тихо, тихо, мужики, – начал быстро говорить Грач, – он с нами, он не охотник.

— Откуда мы знаем? – взвился один из них, – мы видели, как вот такие уроды наших убивали.

— Сам ты урод! – осклабился Жат, – рот свой прикрой!

— Что? Да я тебя щас! – зашипел тот и снова схватился за помпу.

Мы тут же навели на них оружие, они на нас. Паштет снова вытащил свою связку гранат. У гонщиков аж глаза округлились, когда они её увидели. Да я, если честно, и сам струхнул, у этого ума хватит её прямо тут взорвать! Самое интересное, что он-то наверняка свалить успеет до взрыва.

— Так, парни, – медленно разведя руки в сторону, снова начал говорить Грач, – тихо все, мы вам не враги. Он с нами, – кивок на Жата, – он не охотник. Паштет, убери свою колотушку.

Теперь все смотрят на гранаты, как я только что в лесу.

— Ладно, – буркнул этот Лёха, опуская оружие, когда увидел, как наш Паштет засунул палку с гранатами себе за пояс – сорри, чувак.

Фух, млять, ещё не хватало нам тут друг друга перестрелять. И тут Паштет выдал, чтоб его.

— Кто меня тут обещал на колбасу пустить?

— Я, – вперед шагает тот, кого я принял за подростка. Но это оказался не подросток, а парень, лет двадцати пяти-тридцати, просто он низкий очень. Метра полтора, не больше. От же воинственный какой.