Александр Март – Механики 2 (страница 12)

— Короче, мужики, так, – крякнул Гера, — в шариках, точно жидкость, что в пиках, я не знаю, но сомневаюсь, что тоже жидкость, скорее всего какой-то кристалл, или типа того, в общем, что-то твёрдое, что-то, что от удара тут же замораживает всё вокруг себя и эту палку, к которой прикреплена.

— Кто прикреплена? – не поняв переспросил Грач.

— Ну, этот кристалл, или что там у них, – у них же копья или пики?

— Ага, – кивнули мы разом.

— Вот к концу и прикрепили, как на стреле наконечник. Но самое интересное то, что эта штука арканит-то не морозит, вернее морозит, но как железо насквозь проморозить не может.

Тут мы снова немного обалдели.

— Железо, вон, на тачках заморозило на «раз!». Корд укреплён на железной площадке, а эта площадка прикреплена к кузову Плаща, который из арканита. Железо пробило, арканит нет, заморозилось железо, вместе с ним и пулемёт.

-Хороший материал – арканит, – негромко произнёс Большой, – я в следующий раз точно щитом прикрываться буду.

— Лучше так, – кивнул ему Гера, – но, думаю, Саша прав, и эти мартышки нападают на всех чужих. Надо с ними как-нибудь законтачить.

— Враг моего врага – мой друг? – говорю я.

— Возможно, – уклончиво говорит Гера, – но как с ними пообщаться-то?

— Ты имеешь в виду, – потерев переносицу, говорит Грач, – что эти мартышки могут нам помочь?

— Ну да, почему бы и нет.

— Да мы же не знаем, кто они такие, – обалдел Грач, – они мочат эту тварь. Кстати, – встрепенулся он – ту тварь, которую мы вчера видели, походу, они тоже грохнули. У неё тоже из задницы сосульки торчали.

— Тогда точно, защищают свою территорию, – вздохнул Туман, — но как с ними общаться? – он развёл руки в стороны.

На этот вопрос у нас пока не было ответа.

— Чё с ним делать-то будем? – спросил уже успокоившийся Грач, показывая на Чероки без заднего колеса.

— Тут оставим, – ответил я, – чинить мы точно не будем, да и запчастей нет. Надо же, как его проморозило-то. Походу, пика в резину попала.

Я присел на корточки и ещё раз рассмотрел подвеску джипа. Колеса нет, тормозного диска и колодок тоже нет и частично – подшипника, всё просто лопнуло от удара Котлеты, мля, тягу, вон, тоже сзади оторвало, мост держится на честном слове.

— Такими пиками прикольно сейфы брать, – весело произнёс Котлета.

— Или двери взламывать, – добавил Мамуля.

— Я вам взломаю, – тут же зашипел на них Грач, – только попробуйте.

— Да они где тут пики-то эти возьмут? – спросил Хас.

— Эти найдут, – вздохнул я и погрозил кулаком Мушкетёрам.

— Или в динозавра метнуть, – произнёс Паштет, – интересно, сразу сдохнет или постепенно?

— Хватит! – взревел Грач, – креативные вы наши, – ты и ты, – ткнул он пальцем в Мамулю и Одувана, – лезьте наверх, смените Ватари и Маленького.

Оба тут же сорвались с места и побежали к верёвкам.

— Так, время, – посмотрел на часы Туман, – до темноты четыре часа. Перегружаем всё из него, – он кивнул на раненный джип, и валим отсюда в лагерь, завтра будет третья серия.

— Назад опять там поедем? – спросил Мага.

Во, млять, он уже принёс зубило и молоток и пытается отбить лёд с пулемёта.

— Да, там, – сказал Туман.

У меня как-то сразу после этих слов засосало под ложечкой, а сердце, вернувшееся из ботинок на своё место в моём теле, забилось сильнее.

— Только поедем быстрее, – быстро добавил Туман, – Полукед, выведешь?

— Постараюсь, – так же болтая ногами, ответил сластёна, – можно чуть в сторону взять.

— Точно, – встрепенулся Слива, – они же не бэтмены какие, чтобы на большие расстояния прыгать, поедем там, где между скалами несколько десятков метров, хрен они до нас свои пики докинут и перепрыгнуть не смогут. Как дадим из всех стволов, мало не покажется!

Бойцы тут же закивали головами.

— На вас машин не напасёшься, – бурчал Апрель, когда мы вытаскивали из подбитого Чероки оружие и боеприпасы и распихивали всё это по другим тачкам, – шестая машина за два дня.

— Да ладно тебе, – отмахнулся я от него, – главное сами целы.

Хотя, честно говоря, мне тоже было немного жалко бросать тут джип, он же новый, совсем новый, только выпустили с завода. Там пробег-то не больше двухсот километров, но вот починить мы его тут точно не сможем. А ехать потом сюда за ним? Не, ну его нах, пусть тут стоит, тем более он сейчас промёрзнет весь, насквозь, его вообще хрен заведёшь, да и лежать под ним менять задний мост тоже, думаю, желания особо ни у кого нет. А гнать сюда за ним эвакуатор? Не, бросаем, не повезло тачке. Волоком тоже не вариант, если придётся сваливать, то будет обуза, на трёх колёсах он далеко сам не уедет, потихоньку можно, конечно, доехать, но это будет потенциальная мишень для этих здоровых животных.

Глава 5.

10 ноября. День. Замёрзшее озеро.

— Мужики, парус! – внезапно заорал во всё горло сидевший на скале Мамуля.

— Два! – ещё громче заорал оттуда же Одуван, – направление – северо-запад, удаление – полтора- два километра.

Хренасе поворот! Какой ещё такой парус? Вернее, два. Откуда? Не сговариваясь, мы ломанулись к нашим немцам наверх по веревкам. Ох, как же я благодарен Туману и Грачу, что они, почти что пинками, да что «почти», так и было – пинками, учили меня и ещё нескольких, таких же, как я детей асфальта забираться и спускаться по верёвке, и другим премудростям военного дела и тактики.

Это они – псы войны и спецы, а я только в кино видел, как бравые пацаны лихо забираются наверх или спускаются по веревке. Грач-то ещё повежливее, а вот Туман шипел на меня так, как будто я салабон какой, хотя, я им в тот момент и был; это сейчас я уже более-менее опыта набрался и обстрелян, и не раз под пулями ходил, да и смерть пока удавалось обмануть.

Если отбросить весь его мат, то он говорил, что я чмошник, который вообразил себя Рембо – типа, сходил несколько раз в облако и несколько раз поучаствовал в заварушках и всё, теперь считаю себя крутым челом!

Нифига подобного, говорил он, вернее, шипел мне в ухо, если хочешь и дальше участвовать во всех приключениях в этих мирах, то тренируйся и учись наравне со всеми, а не отмазывайся тем, что ты начальник и всё такое. Пуля не различает, директор ты или нет, прилетит – мало не покажется. И типа, он меня просто не пустит. Пацанам скажет, и они меня свяжут и отволокут к Светке. Хорошо, правда, одно: что он, с трудом сдерживая себя, не орал на меня при подчинённых.

Короче, гоняли они с Грачом нас в хвост и в гриву, правда, там ещё и Собровцы присоединялись, и ещё несколько ребят, которые были у наших бойцов инструкторами, и у них так же были широчайшие полномочия при обучении. Учили нас те, кто там, на той земле, воевал, реально воевал и выжил.

Но, млять, сколько же они нам вдолбили в головы – как идти, ползти, передвигаться, стрелять, укрываться и всё такое. Вся эта тактика – работа в паре, тройке, в общем, всё это военное дело. Было нереально тяжело, да и не закончилось это обучение-то.

Гоняли они таким образом вообще всех наших бойцов. Грач ещё, хитрюга, мне сказал, что наши бойцы, видя, как генеральный, то есть я – цепляясь зубами ползёт, или отплёвывает свои лёгкие, или получает люлей от инструкторов, тренируется – то они будут понимать, что поблажек им не будет и надо учиться и тренироваться.

И должен признать, что их обучение не пошло псу под хвост. Мы все уже многое умеем, знаем и наверняка многие из нас и выжили благодаря тем знаниям, которые они в нас вдалбливали. А сколько раз я домой буквально приползал, синий после тренировок, да уж, но это всё правильно!

По верёвкам наверх мы взлетели буквально за несколько секунд. Мушкетёры только пальцами ткнули в сторону. В бинокль я увидел то, что меня, не то что ошеломило, скажем так – сильно удивило.

В той стороне, куда показывали мушкетёры, на горизонте виднелись два небольших паруса, белого цвета. Как Мамуля с Одуваном их разглядели, я не знаю, всё-таки снега и скал тут полно, да и облака тоже белые, но вот увидели.

В общем, эти два паруса достаточно быстро приближались, кого они там тащат или кто под ними плывёт или едет, пока было непонятно. Пацаны, вон, наверху стоят и так же притихнув пытаются рассмотреть что-нибудь.

— Ну чё там, млять? – заорал снизу Иван.

— Да! – добавил другой голос.

Обернувшись, я увидел, что два наших здоровяка стоят внизу и, задрав голову, смотрят на нас.

— Мы туда не полезем, – ткнул пальцем в нас Большой, – ну его нах!

— Да, – кивнул Ваня, – слоны по верёвкам не лазят.

И они вдвоём засмеялись. От них мы просто отмахнулись и продолжили смотреть на паруса.

Прошло ещё какое-то время, паруса приближались. Мы видели, что они периодически меняют направление, но точно идут в паре. Вот раз что-то мелькнуло за вон той дальней скалой, второй. Что-то белое, я имею в виду внизу, на поверхности, тут один из парусов резко взял направо, второй за ним, расстояние между ними небольшое и они точно не отрываются друг от друга.

— Я, конечно, могу ошибаться, – не отрывая глаз от бинокля, произнёс Слива – но мне кажется, что это эти мартышки мчат на каких-то досках под парусами.

Тут я уже и сам увидел, кто там летит или едет. От увиденного я обалдел ещё больше. Действительно, по льду передвигались несколько каких-то существ, скорее всего это, действительно, мартышки, млять, далеко, плохо видно. Но вот они подъехали ещё ближе, и в мощный морской бинокль я разглядел этих спортсменов. Точно – мартышки эти шерстяные, белые чуваки.