Александр Марченко – Герои-широнинцы (страница 2)
Совершив восьмидесятикилометровый переход, гвардейцы К. В. Билютина прибыли в Тарановку и немедленно приступили к созданию рубежа обороны. Полк получил приказ задержать врага. В течение одной ночи измотанный тяжелым маршем во время оттепели личный состав не мог вырыть окопы полного профиля, да еще в мерзлой мартовской земле, поэтому было принято решение создать оборону непосредственно в населенном пункте, используя для огневых точек строения. Закончив в Тарановке рекогносцировку местности, гвардии полковник К. В. Билютин приказал выставить один усиленный взвод на железнодорожный переезд.
Оборона полка первоначально была организована в два эшелона. В первом — 1-й и 3-й стрелковые батальоны, во втором (центр Тарановки) — 2-й стрелковый батальон.
Бывший заместитель командира полка по политчасти Михаил Васильевич Пахомов вспоминает, что в течение ночи с 28 февраля на 1 марта и на протяжении дня и ночи 1 марта личный состав полка готовился к оборонительному бою, выслав в направлении Лозовой конную разведку. Тогда же состоялись партийные и комсомольские собрания, беседы с бойцами о сложившейся обстановке в районе Харькова. В ночь на 1 марта М. В. Пахомов провел инструктивное совещание политработников, на котором разъяснил общую обстановку на фронтах, в частности, на фланге Воронежского фронта, задачи армии, дивизии, полка.
В течение дня 1 марта командир полка К. В. Билютин и его заместитель по политчасти М. В. Пахомов обошли оборону, побывали во всех ротах и батареях, были на переезде во взводе лейтенанта П. Н. Широнина, где еще раз напомнили командиру и бойцам о важности их боевой задачи.
Незадолго до рассвета 2 марта М. В. Пахомов прибыл на наблюдательный пункт 3-го батальона, где комбат И. Д. Петухов доложил ему, что, по сообщению лейтенанта Широнина, противник находится близко, взвод хорошо слышит шум вражеских моторов.
С наступлением утра враг начал атаку.
Бой взвода гвардии лейтенанта П. Н. Широнина 2 марта 1943 года с начала до конца наблюдали заместитель командира по политчасти М. В. Пахомов, командир 1-го стрелкового батальона Ф. В. Решетов, командир 3-го стрелкового батальона И. Д. Петухов.
«Сначала перед широнинцами, — пишет М. В. Пахомов в своем письме автору, — появилось 4 бронетранспортера с автоматчиками, по которым был открыт огонь пулеметов. Немцы-автоматчики соскочили с бронетранспортеров и залегли на снегу, открыв огонь по широнинцам. Один транспортер загорелся от прямого попадания снаряда противотанкового орудия Широнина, три транспортера несколько отошли назад, но в скором времени с фронта и фланга перед широнинцами появилось 15 или 16 танков и 6 бронетранспортеров, под прикрытием которых наступала развернувшаяся цепь автоматчиков. Вот с этого момента началось адское побоище».
М. В. Пахомов утверждает, что связь с широнинцами вскоре прервалась. С наблюдательного пункта он видел, как несколько бойцов бросали гранаты в надвигавшиеся на них танки, как танки врага гусеницами давили противотанковое орудие широнинцев, но бойцы стояли насмерть.
«В этот момент, — пишет М. В. Пахомов, — мне позвонил полковник Билютин, который спросил, что делается на переезде. Я ему ответил: «Этот взвод повторяет подвиг панфиловцев». Бой у переезда закончился около 12 часов дня, так как около 13 часов немцы подошли вплотную к обороне главных сил полка, и бой завязался в Тарановке. Длился он более 3 часов».
В своих воспоминаниях «Мы стояли насмерть!»[4]Герой Советского Союза П. Н. Широнин рассказал о мужестве бойцов и младших командиров своего взвода, о героизме С. В. Нечипуренко, И. Г. Вернигоренко, А. П. Болтушкина, П. Т. Шкодина, о меткой стрельбе наших артиллеристов.
Описывая ход боя, П. Н. Широнин вспоминал: «Не ожидая серьезного сопротивления, немцы шли походной колонной с открытыми люками танков. Время от времени раздавалась пулеметная и автоматная стрельба. Притаившийся взвод молчал. Но вот противник подошел к нашим позициям. Я приказал подбить ведущий и замыкающий танки. Запылали немецкие машины. Во вражеской колонне поднялась паника, неразбериха. Наша пушка своим огнем выводила из строя один за другим немецкие танки. Фашисты вышли из боя, оставив перед позициями взвода семь подбитых машин. В этом бою был тяжело ранен старшина С. Г. Зимин, прострелили и мне правую руку».
Герой Советского Союза И. П. Букаев, рассказывая о своих боевых друзьях А. Н. Тюрине, А. А. Скворцове, А. П. Болтушкине, А. Ф. Торопове и других, пишет в своих воспоминаниях: «Каждый из нас делал все, чтобы не пропустить противника, не дать ему прорваться через наши рубежи»[5].
Несколько раз враг танками и пехотой атаковал защитников железнодорожного переезда, но каждый раз вынужден был отходить, не сумев преодолеть сопротивления гвардейцев. Находясь на направлении главного удара врага, рвавшегося к Харькову по кратчайшему расстоянию, бойцы во главе с лейтенантом П. Н. Широниным приняли на себя мощный удар бронированного кулака вражеских войск и выстояли, не отступив ни на шаг.
«Порой удивляешься, — пишет участник боя Герой Советского Союза А. Н. Тюрин, — что два десятка человек могли устоять против многочисленных бронированных машин. На нас шли танки, около нас вздымались столбы земли и дыма, яростно свистели пули. Но каждый, у кого еще билось сердце, продолжал выполнять воинскую присягу. Там, где наступали танки, завязывались жестокие поединки. И враг не прошел»[6]. Один за другим выходили из строя герои-гвардейцы. В критический момент на помощь взводу прибыла группа гвардейцев, направленная командиром батальона[7].
И хотя перед каждой атакой враг «обрабатывал» позиции широнинцев артиллерией и наносил удары с воздуха, герои встречали гитлеровцев огнем из винтовок, автоматов и ручных пулеметов, а после того как вражеский танк раздавил единственную противотанковую пушку, уничтожали машины противника ручными гранатами. Горстка храбрецов, многие из которых были ранены, продолжала вести бой до последнего вздоха. Когда прибыло на переезд присланное командиром полка подкрепление, наши стрелки обнаружили на поле боя тела убитых гвардейцев и несколько тяжелораненых бойцов, находившихся без сознания.
В архиве Министерства Обороны СССР хранится донесение начальника политотдела 25-й гвардейской Краснознаменной» стрелковой дивизии гвардии майора П. И. Гречко, направленное в штаб армии 3 марта 1943 года. В нем говорится:
«С 1 марта бойцы и командиры 78 гв. сп выдержали ожесточенные контратаки противника, за шесть дней уничтожили до 600 гитлеровцев, подбили 14 танков, 9 бронемашин и 4 самоходных пушки. Бессмертную славу в боях за Тарановку заслужил взвод гвардии лейтенанта Широнина, геройски погибший при обороне села, но своими делами преградивший дорогу врагу. Родина должна знать эти славные имена и их героические дела. Как и гвардейцы-панфиловцы, широнинцы заслужили имя Героев Советского Союза»[8].
Далее П. И. Гречко сообщал, что противник силой до полутора батальона пехоты с 25 танками начал наступление на южную окраину села Тарановка, которую обороняли гвардейцы под командованием гвардии лейтенанта Широнина.
«Отважные гвардейцы встретили врага смело и мужественно, приняли неравный бой. В течение 3 часов 30 минут они вели ожесточенный бой. Противотанковой пушкой и гранатами они сожгли 4 вражеских танка, три броневика, одну самоходную пушку, истребили несколько десятков гитлеровских головорезов. Противотанковая пушка вместе с расчетом была раздавлена тяжелым танком. После того как пушки не стало, бойцы вели бой гранатами, подпуская танки к себе вплотную. Бойцы падали под танки, но не отступали…»
Сейчас трудно с полной достоверностью сказать, кто из гвардейцев со связкой гранат бросился под фашистский танк и кто подбил танк противотанковой гранатой, но был сражен осколком или вражеской пулей. Главное остается фактом: врагу прорваться не удалось.
Гвардейцы-широнинцы обороняли железнодорожный переезд, где пересекались шоссейная и железная дороги, на стыке З-й танковой и 6-й армий, а также Воронежского и Юго-Западного фронтов.
В своем письме автору этой книги в начале 1969 года бывший командир 25-й гвардейской дивизии генерал-лейтенант в отставке П. М. Шафаренко, говоря о значении героической обороны Тарановки широнинцами и всем полком К. В. Билютина, поддержанным танкистами полковника Ф. Н. Рудкина, писал:
«Железнодорожный: переезд у ст. Беспаловка, который оборонял взвод П. Н. Широнина, непосредственно прикрывал железную и автомобильную дороги, идущие из Лозовой на Харьков, на направлении, где немцы наносили главный удар. Захват этого переезда позволял противнику подтянуть ближе бронепоезда и открывал движение всем видам боевой техники по основной дороге Лозовая — Харьков, что в условиях весеннего бездорожья имело решающее значение. Об этом я говорил и П. Н. Широнину накануне боя, когда объезжал оборону, проверяя ее готовность».
В середине дня 2 марта гитлеровцам удалось ворваться в Тарановку с другого направления и несколько потеснить наших пехотинцев. Завязались ожесточенные бои в районе церкви.
П. М. Шафаренко в своем письме отмечает, что «не следует противопоставлять значения района церкви в Тарановке — району переезда. Дело в том, что взвод Широнина не воевал отдельно, а вел бой в составе роты, батальона, полка. Так же, как и полк, которым командовал т. Билютин, тоже вел бой не отдельно, а в составе 25-й гвардейской стрелковой дивизии, которая занимала рубеж Тарановка — Змиев, закрыла дорогу противнику на Харьков. Дело заключается в степени ответственности за выполнение поставленной задачи. Широнинцы при выполнении поставленной перед ними задачи проявили героизм и их по достоинству оценили. Другие подразделения полка и многие солдаты, сержанты и офицеры также проявили героизм».