Александр Мануйлов – Выбор моей реальности. Том 1 (страница 41)
Около пристани стояли двухмачтовые военные корабли, паруса свёрнуты; все корабли, которые выходили в открытое море, оснащены латинскими косыми парусами. Грузы с торговых кораблей поднимали непосредственно в город через пробитые в стенах широкие проёмы со специальными балками, где крепились подъёмные механизмы.
По достоинству оценив Константинополь — огромный, надёжно защищённый мегаполис, я не мог представить, каким войском нужно обладать, чтобы пробить оборону. Тем не менее, согласно самым достоверным историческим источникам, столицу Византийской империи периодически пытались атаковать и успешно захватывали.
Если авторитетные историки ничего не напутали, ничего не сочинили и ничего не переписали, примерно через тридцать лет Константинополь падёт после вторжения крестоносцев, в ближайшие год–два ожидаются нашествия воинственно настроенных турков–сельджуков, а в середине пятнадцатого века Византия окончательно станет «Турцией»…
И если сейчас, с приходом игроков, ход истории не изменится, то в следующем году в кровопролитной битве при Манцикерте византийские воины будут уничтожены полностью… в этом случае наплыв беженцев обеспечен, и я постараюсь уговорить всех желающих уехать вместе со мной.
Ни для кого не секрет, когда начинают войны, наступает голод, разруха, беззаконие, хаос, анархия, смерть… и тысячи людей готовы бежать куда угодно, только бы на новом месте была еда, крыша над головой и некоторое подобие безопасности и правопорядка…
Мы зашли в калитку гостиницы и оказались в просторном внутреннем дворике, где перед невысоким постаментом выставлены в ряд деревянные лавки, на которых сидели зрители — человек тридцать. На сцене Гудислав с Голубой и Девятко на свой лад импровизировали один из саундтреков к сериалу «Игра Престолов» — «Рейны из Кастамере или настоящий Ланнистер всегда оплачивает свои долги».
(https://youtu.be/WSJk7G4cWEU)
Бояна с жутким макияжем, в чёрном платье–халате, в коротко остриженном взлохмаченном светлом парике, который они нашли непонятно где или сняли непонятно с кого, пугала неискушённую публику устрашающими гримасами — пантомимой и танцевала, как умела.
— Моя школа, — похвалил ребят Кир, пошёл к сцене.
— Одну минуточку… разве вы ещё не поняли, что наш концерт не проходит в формате «забесплатно»? Это не только некрасиво, но и унизительно для мужского достоинства, если состоятельные, платёжеспособные мужчины привыкли развлекаться на безвозмездной основе. В качестве взаимного расчёта заплатите один византийский солид… это недорого, учитывая высокую квалификацию артистов… — услышал я мелодичный голос… обернулся и увидел заплаканную Лену, одетую в одно из платьев, которыми она разжилась в Херсонесе после плодотворного общения с местным отельером. В руках у Лены шкатулка из слоновой кости, наполовину заполненная медными монетами.
— Ой… неужели… Александр… наконец-то ты пришёл… как ты мог со мной так поступить⁈ Прошлой ночью из-за тебя я не могла уснуть… не знала, что и думать… — зарыдала Лена, — подумала, ты с моими деньгами уже куда-то смылся! Ну… то есть… да… о чём это я… вот как бы это… ну конечно… я тааак переживала… беспокоилась, что тебя убили, отравили или за решётку упекли… но нет, всё прекрасно… ты, оказывается, жив… просто загулял… теперь с тобой всё ясно… а мы не растерялись и концерт организовали, чтобы немного заработать… не помирать же с голоду…
Музыка стихла, «настоящий Ланнистер оплатил свои долги», и рыдания Лены были прерваны бурными аплодисментами. Затем на сцену вышла босая, немного напряжённая Айка с распущенными волосами, в порванном, перепачканном «кровью» розовом платье, с деревянным мечом в правой руке… рядом косолапила медвежонок–девочка Ампаро.
Артистки, поклонившись зрителям, медленно разошлись по противоположным углам сцены. Под нестройную интерпретацию рок–баллады «Прекрасная дева и бурый медведь» и синхронные хлопки восторженной публики, Ампаро грозно рычала, делала вид, что нападает, а бедная Айка дрожащими руками кое-как отбивалась бутафорской палкой.
Кир, поддавшись творческому вдохновению, не захотел оставаться в стороне и, как вернувшийся с полпути Джейме Ланнистер, взобрался на сцену для спасения перепуганной девы, которая явно не ожидала такого поворота событий… зато правдоподобно, как в сериале, получилось.
(https://youtu.be/1anhoIB6aHI?si=4-fycmDlg7UXRaSb)
Номер зашёл на ура, попросили исполнить на бис — довольная Лена, вытерев рукой слёзы и ещё больше размазав косметику по лицу, с открытой шкатулкой обошла платёжеспособных зрителей.
После пополнения кассы и повторного выступления, под зычное пение Бояны и Гудислава начинающие музыканты успешно отыграли несколько древних композиций, а в финале была исполнена «Песнь льда и пламени», где солировала скрипка нашего маэстро.
Девяткина флейта гармонично вписалась в эту музыкальную историю, Голуба в такт аккомпанировала на барабане, позаимствованном, очевидно, у кого-то из местных в отеле. Кир и Бояна взяли на себя партию бэк-вокала. По стандартам современного мира исполнение показалось мне весьма посредственным, но для постоялого двора в одиннадцатом веке уровень очень даже неплохой.
Первое театральное представление подошло к концу — удовлетворённые зрители стали расходиться, мы с Киром повели заплаканную Лену, окрылённых удачным дебютом артистов, уставших от изнуряющей жары Ампаро и Пелуччо в более комфортные условия Лёшиного поместья.
Глава 58
Хариты–грации, народные песни и пляски
Затем, после сытного обеда и непродолжительного отдыха, остаток дня мы также решили посвятить средневековой культуре и изящному искусству… другими словами, я в компании Лены и Кира, направился на местный невольничий рынок с целью найти танцоров для выступления в будущем казино.
Мне показалось странным, что переулок «Долина слёз», в котором вели оживлённую торговлю рабами, располагался не на задворках, подальше от вездесущих туристов и почётных гостей столицы; не в укромной бухточке, где проворачивает свои «негоциации» законопослушный Демофил, а на виду у всех — в центральной части Константинополя, у реки Ликос, недалеко от форума Быка.
Попав на рынок, где около каждого входа–выхода стояли вооружённые копьями стражники, понял, что здесь, в основном, продают «икетика сомата» — домашнюю обслугу, «девочек» и «мальчиков» для плотских утех, евнухов, танцовщиц, музыкантов, акробатов, фокусников, мимов, которые, как рассказал главный работорговец Андромах, поступали в столицу со средиземноморских рынков и Ближнего Востока.
Я изложил свои пожелания. Андромах провёл нас через пару узких коридоров во внутренний дворик с искусственным водоёмом и фонтаном. Вокруг стен — оранжерея с экзотическими цветами и растениями.
Андромах услужливо распахнул двери, мы зашли в концертный зал со сценой, скрытой занавесом из плотной синей ткани с золотистыми узорами. Во второй раз за день уселись на лакированные, слегка потрёпанные деревянные лавки… минут через пять занавес открылся.
— Мы — прославленные наследники Древней Греции и Древнего Рима, мы — благородные потомки эллинов и ромеев — свято чтим выдающихся предков, с гордостью представляем танец эллинских харит–граций и мужественных ромейских воинов! — с пафосом продекламировал Андромах и уселся на лавку рядом со мной.
Вышел крепкий парень с кифарой — струнным музыкальным инструментом с трапециевидным деревянным корпусом, двумя фигурными ручками и тонкой перекладиной. Звуки извлекались с помощью костяного медиатора, поскольку сильное натяжение струн не позволяло перебирать пальцами, как, например, при игре на гуслях.
Не переставая музицировать, парень затянул грустную песню, но о чём она, я, как ни старался, как ни вслушивался, почему-то понять не смог.
(https://youtu.be/31MSRAivLic)
— Ода посвящена храбрым ромейским воителям, одерживающим победу за победой, благодаря заступничеству богов древнего олимпа и молитвам пресвятой православной церкви, — прокомментировал Андромах.
На сцену выпрыгнули три худосочных воина в шлемах с красными перьями, в доспехах, с длинными копьями и тонкими мечами, по форме напоминающими клюв цапли. Босые ноги надёжно защищены короткой льняной туникой, едва доходящей до середины бедер. Видимо, танцоры пытались изобразить то, о чём, не переставая, распевал парень с кифарой.
— Ни хрена не догоняют, как надо вести бой! — как диванный обозреватель–комментатор, начал возмущаться Кир и раскритиковал хореографическую композицию от начала до конца. — Если пойдёт реальная молотиловка, солдат с такой тупорылой техникой нанесения ударов перебьют на первой же минуте… что за безмозглый раб–педагог поставил этот стрёмный танец инвалидов?
— Пеанос — танцевальные песни, восхваляющие подвиги героев античных мифов и ромейских друнгариев современности, — поспешил пояснить Андромах, не понимая, о чём мы дискутируем. — Кифара олицетворяет небо и землю, двенадцать струн символизируют двенадцать уровней вселенной.
Музыка, военно–патриотические песни и пляски ненадолго закончились — «воины» удалились со сцены и занесли нечто, напоминающее деревянный стол на тонких ножках. Кир сказал, что это, вероятнее всего, цимбалы — струнный ударный инструмент, представляющий собой трапециевидную тонкую деку с натянутыми струнами… одним словом, помесь гуслей с ксилофоном.