Александр Махов – И звёзды освещали путь (страница 24)

— Максим, как тебе такой расклад, ты говоришь отцу, что тебя пригласили работать в сверхсекретную лабораторию, настолько секретную, что про неё в руководстве страны знают с десяток человек. Лаборатория занимается генной инженерией. И тебя, как опытного и перспективного радиоинженера, не оставили без внимания. Вот в виде бонуса для тебя и для эксперимента, в целом, было принято решение, провести операцию, на твоём отце. Тем самым подтвердив или опровергнув научную гипотезу, какую? А вот это секрет на секрете. После капсулы, отведёшь отца на пляж, «Зигранты» пусть загорает, купается. Всё это войдёт в легенду. Потом, прежде чем перейти в твой мир, я немного подкорректирую ему память, и у него останутся ассоциации о чудесном излечении в одной из Израильских клиник. И ещё, вчера в двенадцать тридцать по московскому времени, спецборт, доставил в международный аэропорт Хайфы, Сергеева Трофима Ивановича, для последующего лечения. Среди сопровождающих лиц, был сын, Сергеев Максим Трофимович.

*****

— Товарищ подполковник, Фёдор Матвеевич, Сергеев нашёлся. Он в Израиле вместе с отцом и доставил их туда спецборт. Мы искали их среди обычных пассажиров, а тут такой расклад.

— И как это понимать Иван Алексеевич? Удалось выяснить принадлежность самолёта? Кто его отправлял?

— Фёдор Матвеевич, нет не удалось, никакой информации про этот полёт мы не нашли ни в одном источнике. Видимо всё настолько засекречено. Таможенники, ничего нам прояснить не смогли, скорее всего, самолёт вылетел без досмотра.

— Кто-то же этот борт отправлял? Не нравиться мне это дело.

— Фёдор Матвеевич, без нашей организации, или министерства обороны, здесь не могло обойтись. Я уверен в том, что Сергеев агент влияния, и очень высокого ранга. Иначе, спецборт для полёта в Израиль, заполучить было бы невозможно. Здесь нужны очень влиятельные связи в обществе.

— Иван Алексеевич, я тебя услышал, кстати, как продвигаются твои поиски? Не забыл, у тебя остались сутки, далее, будут сделаны соответствующие выводы, поторопись. Жду завтра с докладом, в десять ноль, ноль. Свободен.

Как же хреново на душе, не зря говорят, инициатива наказуема. Вот он, тот самый случай. Через два часа, Игнатов ждёт у себя, с докладом. Результатов нет, соответственно и докладывать нечего. Придётся признать свою неправоту, обидно. Я уверен, Сергеев незаурядная личность и контора за него вписалась, а если так, то ничего я не найду. Про инопланетный след, сгоряча сболтнул. Нервы уже ни к чёрту. Вот теперь и огребаю, по самые не балуй. Нужно срочно успокоиться и продолжить отсматривать, основательно поднадоевший, материал. А если копнуть глубже? ещё лет на двадцать, тридцать. За оставшееся время, вполне успею просмотреть материал. Вряд ли там его много будет.

Не везёт так сразу во всём, осталось тридцать минут, за прошедшие полтора часа, результатов ноль. Доклады, рапорты, справки, подтверждения, всё смешалось в некий клубок, который засасывал всё глубже, что бы потом, выплюнуть подальше. Так, очередная докладная, и указание, разобраться на месте. Машина марки Опель, чёрного цвета, государственный номер, В 939 ВО 7, была замечена… Житомирская область. Рисунок автомобиля прилагается, ничего не понимаю. Почему именно рисунок? А где фотография? Датирован документ был третьим июня одна тысяча девятьсот семьдесят третьего года. Вот и рисунок… Что? скорее всего, некие недобросовестные люди в погонах, перепутали явь с былью. Не научился ещё автопром, в те времена, выпускать такие автомобили. Или ради прикола, вместо фотографии, рисунок подсунули. Типа, разгадайте ребус, потомки. Даже следы протекторов машины, зарисованы. В те времена с фотоаппаратурой проблемы видимо были? раз на рисунки перешли. Прямо пещерный век какой-то. Мальчик, который не от мира сего, видел, как на просёлочной дороге появился странный автомобиль, а потом быстро исчез. Это его рисунки прилагаются к делу. К делу о чём? Опа, однако. Здесь предположительно фигурируют испытания средств маскировки. Разработанные, в секретных НИИ. Никогда о таких экспериментах не слышал. Хотя бы об этом Игнатову доложу, не в пустую три дня отработал. Хотел уже выключить компьютер и идти на доклад, но что-то меня цепляло, какая-то нестыковка в этом деле не давала покоя. Марка автомобиля, почему для секретного эксперимента, выбрали именно немца? Какими критериями руководствовались? никто уже не скажет, пятьдесят лет прошло. Нет, не то, что-то другое цепляло, не давая покоя. Твою ж дивизию, номер автомобиля. Вот что цепляло в первую очередь, остальное уже не важно. Распечатав на принтере, всё, что относилось к этому странному делу, направился к Игнатову.

— Ну, с Иван Алексеевич, чем порадуешь, вижу, светишься как новогодняя ёлка. Докладывай.

— Вот Фёдор Матвеевич ознакомьтесь — И Голованов протянул Игнатову, тонкую папку с наработанным материалом. Тот углубился в чтение и сразу выпал из реальности.

— Ну майор, не ожидал от тебя, тряхнул ты стариной изрядно. Этот точно не дезинформация? Как такое возможно? Что выяснили по номеру? Кому он может принадлежать?

— Фёдор Матвеевич, время подгоняло, пока ничего не выяснил.

— Расслабься Иван Алексеевич, сейчас всё узнаем, — Игнатов взял в руки смартфон — Севастьянов, запиши регистрационный номер автомобиля и срочно пробей, кому он может принадлежать, узнашь, сразу звони. Последней цифры нет, действуй.

— Иван Алексеевич, как такое могло быть? Может всё же дезинформация? Кто-то умышленно запутывал следы. Вот только придумать, такой автомобильный номер пятьдесят лет назад, невозможно, но и попасть, в то время, нашему современнику тоже. Не машину же времени, тогда испытывали. — Минут десять, они сидели молча, каждый думал о своём. От раздумий, их оторвал внезапный звонок телефона.

— Слушаю, Игнатов. Твою ж мать! это точно? О нашем разговоре никому ни слова, вообще никому. Ты понял Севастьянов? Отбой. — Он осторожно, словно боясь разбить, положил телефон на стол. Голованов с нетерпением ждал разъяснений. Такого возбуждённого подполковника, давно не приходилось видеть. Обычно, это собранный человек. Знающий цену своим словам, поступкам, а возможно и мыслям. В кабинете возобновилась, прерванная звонком тишина. Через некоторое время, Голованов решил первым нарушить молчание.

— Фёдор Матвеевич, Что случилось?

— Вот скажи мне майор — произнёс Игнатов, словно очнувшись, — на хрена ты всё это затеял? Спокойно жить надоело? Или продвижение по службе во сне видишь? Спешу тебя разочаровать, не будет тебе повышения. Из-за тебя, теперь в конторе такое начнётся, могут и погоны полететь. Уйди с глаз моих долой и не появляйся, пока сам не вызову. — Ошарашенный Голованов, вышел из кабинета. Надо срочно, под каким-нибудь предлогом разузнать у Севастьянова, что случилось. Но того как назло, у себя не оказалось. Старший лейтенант Мордвинов, поведал Головину, что Севастьянову позвонил Игнатов и тот сразу умчался. Куда? Зачем? Неизвестно. Что же такого я раскопал, из-за чего вся шумиха?

Глава двенадцатая

Отец, когда пришёл в себя в медкапсуле, был чрезмерно удивлён увиденным. Как не удивляться? Лежал в районной больнице, можно сказать последние дни своей жизни пролёживал и вдруг, такой поворот. Комната, в которой он находился, даже отдалённо не напоминала больничные покои. Стены, потолок и пол, были серебристо стального цвета. Светильников на потолке не наблюдалось, тем не менее, комната освещалась приятным, бледно жёлтым светом. На чём лежал? Вовсе непонятно, ложе какой-то странной кабина, на МРТ смахивает. Чувствовал себя великолепно, а такого быть не должно. Рядом стоял сын Максим и улыбался.

— С возвращением отец! Всё уже позади и от твоей болезни, остались только записи в различных журналах медперсонала. Можешь мне поверить, онкологии у тебя, больше нет. Сразу оговорюсь, что бы потом не было лишних вопросов, место, где ты сейчас находишься, официально не существует и никогда не существовало. Отсюда сделай выводы, ответов на вопросы, что, как, где и тому подобных, ты не получишь. Одевайся, и я отведу тебя, на реабилитацию твоего сознания.

Отец, молча, не задавая вопросов, видимо проникся ситуацией, оделся и пошёл за мной, впитывая в себя всё увиденное. Подойдя к двери, её специально создали, для этого случая, я слегка подтолкнул отца вперёд и открыл перед ним створки. Ту гамму чувств, которая отразилась на лице, отца, когда он вышел на пляж, не смог бы изобразить ни один художник прошлого, а наш современник, тем более. Сказочный пейзаж, предстал взору, будоража сознание. За одним из столиков, сидела Светлана и с любопытством разглядывала моего отца. Столик, был уставлен всевозможными яствами и напитками, припасёнными заранее.

— Отец познакомься с моёй женой, её зовут Светлана.

— Максим, когда же ты успел жениться, а нам с матерью ничего не сообщил.

— Отец, дело в том, что я хотел сделать вам сюрприз, а когда узнал о твоём состоянии, стало не до того. Мы со Светланой, официально не расписаны и живём гражданским браком. Так, что свадьба ещё впереди и вы с мамой, будете приглашены в первую очередь.

— Здравствуйте Трофим Иванович — произнесла Света — приятно с вами познакомиться. Присаживайтесь, после лечения, вам нужно много кушать, организму нужен материал для восстановления, а, что может быть лучше, хорошей, калорийной пищи?