Александр Любищев – Расцвет и упадок цивилизации (сборник) (страница 12)
Разумный выход: одна из функций ООН – разработка нового естественного международного права. Работа уже начата. Декларация прав человека и прочее.[21] На этом основании предложены санкции против ЮАР, Родезии и т. д., что явно вступает в конфликт с идеей абсолютного суверенитета, невмешательства во внутренние дела. Когда ООН осуждает СССР, что там угнетение подчиненных народов, отсутствие свободы (что совершенно справедливо), то это у наших правителей вызывает взрыв негодования. Общепринятого естественного права не существует, а следовательно, нельзя устраивать международных судилищ на основе несуществующего права. Потому-то судья и апеллировал не к несуществующему общепринятому естественному праву, а к более понятному чувству справедливости.
Справедливость
Перейдем поэтому к вопросу о справедливости. Здесь аргументация апеллирует к чувству, а не к разуму. Обвинитель, бывший в Дахау и других лагерях смерти, демонстрирует кино, показывающее вереницы изможденных пленников лагерей, груды трупов, детских ботинок, золотых коронок, изделий из кожи пленников лагерей и прочие ужасные картины, которые, как и адвокат признает, лягут несмываемым позором на историю германского народа. Все это верно, но когда мы апеллируем к справедливости, то справедливо требовать, чтобы эта справедливость была универсальной. Нельзя осуждать побежденных за преступление, которое у победителей остается безнаказанным. Лица, демонстрирующие кошмарные кинокартины, апеллируют к наглядности: если сказать, что убито сто тысяч человек, то на лиц, лишенных воображения, это действует гораздо слабее, чем когда покажут картину тысячи трупов.
В своем великолепнейшим произведении «Святая Жанна» Б. Шоу словами своей героини говорит (цитирую по памяти): «Неужели Христос должен каждое столетие быть распинаем за то, чтобы спасти людей, у которых нет воображения». У меня лично воображение достаточно развито, и для меня простой цифры достаточно, чтобы внушить ужас, картинок не требуется. Я ужасаюсь тому, что в США ежегодно гибнет от автомобилей 40 тысяч человек (за 25 лет – миллион трупов), в том числе много маленьких девочек (как погибла девочка под автомобилем в Москве во время нашего недавнего пребывания). Но подавляющее большинство людей мирится с этими жертвами.[22]
Германия была побеждена, и немецкие лагеря смерти подверглись тщательному обследованию. Советские лагеря смерти такому обследованию не подвергались, даже весьма умеренный роман Солженицына сейчас уже в правящих кругах осуждается, а новый его роман подвергся даже изъятию при обысках у знакомых писателя.[23]Но многое известно еще со времен гражданской войны: расстрел императорской семьи, расстрел заложников после покушения на Ленина, расстрел пленных офицеров в конце 1920 года, а затем огромного количества «буржуев», которых обрекали на смерть после беглого допроса каким-нибудь «доблестным» чекистом, ограбление крестьян продотрядами под видом борьбы с кулаками, что привело к страшному голоду на юго-востоке России в 1921–1922 годах, лагеря на Соловках и в других местах, бесчинства чекистов во многих местах, которые привели даже к расстрелу многих чекистов, и прочее. Но главные преступления остались безнаказанными, так как они проводились по указанию свыше, видимо, с участием Ленина (его благословение на такие дела см. в письме к Зиновьеву. Собр. соч., 5-е изд. Т. 50. С. 106; 4-е изд… Т. 35. С. 175, и многие аналогичные высказывания). Второй взрыв безудержного террора – коллективизация, стоившая не менее восьми миллионов жертв (можно подсчитать по официальной статистике по переписям до и после коллективизации). Третий колоссальный – ежовщина, где в отличие от первых двух – сознательное истребление распространялось и на членов компартии («и только мздой, не наказанием, пришел к нам год тридцать седьмой»).
У меня есть надежное свидетельство одного старого коммуниста, участника гражданской войны, осужденного на пять лет в 1937 году. От Котласа на Воркуту пешком вышло пятьсот человек. Дошло 150. Остальные – 350 трупов никто в кино не снимал. А сколько таких партий пропало по всему СССР?[24] Были у нас и страшные лагеря уничтожения – в особенности на Чукотке, нисколько не уступавшие по проценту погибших Освенциму и Майданеку. Но сколько доблестных чекистов подверглось ответственности, причем всегда закрытой, не гласной? И многие доблестные чекисты обижаются на Солженицына, а сейчас раздувают пропаганду в пользу чекистов ввиду предстоящего юбилея советского гестапо.
Теперь посмотрим, что инкриминировалось наиболее интересному герою фильма, бывшему министру юстиции Эрнсту Янингу. В фильме указано два факта: санкция на стерилизацию «неполноценных» и вынесение смертного обвинительного приговора еврею по обвинению в совращении молодой немки (которой дали два года за расовую измену, хотя, по ее словам, с ее стороны была чисто дочерняя любовь к превосходному другу ее родителей).
Адвокат с пристрастием допрашивал одного стерилизованного, и тот производит впечатление, что он действительно страдает слабоумием. Можно ли считать принудительную стерилизацию неполноценных таким чудовищным преступлением, которое не имеет оправдания? Во-первых, в США существует закон принудительной стерилизации преступников в некоторых штатах, и я сам читал книгу, изданную в США, где приводится довольно значительная статистика.[25] Во-вторых, мне известен по крайней мере один случай в медицинской практике, где по признаку наследственной отягощенности производилась стерилизация женщин не только без их согласия, но даже без их ведома. Речь идет о кесаревом сечении. Женщины, подвергавшиеся кесареву сечению, были уверены, что эта операция обрекает на дальнейшее бесплодие. Компетентные врачи мне разъяснили, что это не так и что сейчас имеется много случаев, когда женщина многократно рожала путем кесарева сечения. Дело в том, что раньше в медицине считалось, будто узкий таз, препятствующий нормальным родам, передается по наследству, и, чтобы предупредить в дальнейшем рождение женщин с таким дефектом, у оперированных женщин перевязывали фаллопиевы трубы, что обрекало их на бесплодие. Сейчас оказалось, что эта генетическая теория неверна, узкий таз есть просто следствие перенесенного в детстве сильного рахита, и поэтому никаких евгенических противопоказаний он не заключает.
Но говорят, что стерилизацией пользовались для борьбы с политическими преступниками. Вполне возможно, и все же лучше стерилизация, чем смертная казнь, которая в таких широких масштабах применялась в нашем социалистическом отечестве. Я полагаю, что стерилизация тяжких преступников и рецидивистов не противоречит естественному праву, так как при сохранении семьи у преступника весьма вероятно (без всякой генетики), что его дети пойдут по стопам отца. Но если СССР не практиковал стерилизацию и относился к этому с величайшим отвращением, то, к сожалению, СССР занимает, по всей вероятности, первое место в мире по количеству абортов, а это нечто гораздо худшее, чем стерилизация.[26] При стерилизации нет убийства человеческого существа, а только предупреждение появления потенциальных людей, при аборте – несомненное убийство человеческого существа, по естественному праву на жизнь имевшего право на защиту со стороны государства. Мы знаем, что и в средние века, столь охаянные невежественными современниками, беременной преступнице, приговоренной к смертной казни, сохранялась жизнь, по крайней мере, до выкармливания ребенка, а большей частью беременность спасала ей жизнь. У нас же аборт абсолютно свободен, он производится ежегодно сотнями тысяч (поэтому, если начинать возраст человека, как это делают вполне логически китайцы, не с момента рождения, а с момента зачатия, детская смертность у нас окажется много выше официальной цифры, и средний возраст тоже снизится). Для молодых врачей операция аборта считается одной из трех наиболее важных, и молодой врач не вправе отказаться выполнить роль палача новорожденного человека по приговору советской мамаши.
С точки зрения естественного права не только законодатели, сотворившие такой закон, но и все исполнители должны быть отданы под суд. Мы знаем: сами немцы (сужу по кинофильму «Сумасшедший поневоле») судили медиков, подписавших заключение на стерилизацию, но это как будто было только тогда, когда стерилизация производилась по политическим мотивам. Поэтому американцы во всяком случае не могли судить министра юстиции за закон о принудительной стерилизации наследственно отягощенных, что защищается многими генетиками. У нас стерилизацию неполноценных по евгеническим соображениям (правда, прибавлялось, что требовалось «уговорить» неполноценных и получить согласие на стерилизацию, но мы знаем советский смысл слова «уговорить») защищал в брошюре «Антропогенетика на службе социалистическому обществу» известный ученый А. С. Серебровский. Ему влетело (в частности, в недурном стихотворении Демьяна Бедного), но его не только не привлекали к судебной ответственности, но даже из партии не исключили.[27]
Второе обвинение Янинга гораздо серьезнее: что он председательствовал на суде и добился обвинительного смертного приговора еврею за предполагаемую связь с молодой немкой (кстати, добровольного приезда этой немки на суд, вопреки воле ее мужа, говорившего, что немцы не должны свидетельствовать против немцев, добился полковник – главный обвинитель).