Сцена 2: в спальне Игорь Батурин.
Батурин (первый средний план): «Я никогда не забуду тот день, когда меня перевезли из больницы домой».
Сцена 3: перед входом на предприятие, где работает Ольга Батурина.
Работодатель: «Я, мягко говоря, поражен подобного рода сознательным надувательством. Получается, что нельзя верить даже официальным документам»
Сцена 4: перед входом в Госдуму.
Депутат (первый средний план): «Наша партия знает, что существует такая проблема. И я полагаю, мы должны подумать о том, чтобы дать людям возможность ухаживать за смертельно больными родственниками дома. Это было бы наиболее гуманное решение проблемы, и, кроме того, позволило бы освободить какое-то количество больничных коек для других нуждающихся.»
Сцена 5: кабинет в МВД.
Офицер полиции (первый средний план): «Действия такого рода квалифицируются как мошенничество. В результате такого обмана большие убытки несут как государство, так и работодатели».
Детализация
Конфликт детализуется и углубляется. Напряжение нарастает.
Журналист в кадре: «Супруги Батурины – не единственные, кому приходится решать эту проблему таким способом. Все больше граждан желают ухаживать за своими смертельно больными родственниками дома. Они организовали общество «Умирать дома», и его председатель утверждает, что за последние два года несколько тысяч пациентов воспользовались сфабрикованными больничными».
Картинка: председатель общества направляется на прием к врачу.
Журналист в кадре: Организация «Умирать дома» поставила своей целью добиться от властей изменения существующего положения вещей. Они полагают, что государство должно легализовать незаконную практику и обязать работодателей оплачивать такие больничные. Однако в настоящий момент организация «Умирать дома» сотрудничает с рядом врачей на незаконных основаниях».
Сцена 6: в кабинете врача.
Журналист, обращаясь к доктору Васильчикову: «Почему вы идете на это и нарушаете закон?»
Васильчиков (крупный план): «По-моему, существуют законы выше тех, что принимаются парламентом».
Журналист: «Какие это законы?»
Васильчиков: «Это законы этического характера, и я действую в соответствии с ними, когда передо мной оказывается несчастный человек, которому общество помочь не в состоянии.»
Журналист: «Да, но ведь это означает гражданское неповиновение. Вы ставите себя над законом».
Васильчиков: «Мне кажется, права этих людей выше любого закона».
Кульминация – точка невозврата
Конфликт раскрывается во всей своей полноте. Наступает его первая кульминация. Интерес зрителей в этот момент должен быть возбужден до такой степени, что им становится необходимо досмотреть сюжет до конца.
Сцена 7: перед входом на предприятие, где работает Батурина.
Работодатель (первый средний план): «Я поручил юристам подать в суд на доктора Васильчикова и Ольгу Батурину. Я требую возмещения ущерба, нанесенного предприятию в результате ее незаконного отсутствия на работе. Сегодня я отправил ей письмо, в котором я, принимая во внимание сложившиеся обстоятельства, предлагаю ей выйти на работу со следующего понедельника. В противном случае она должна незамедлительно уволиться».
Кульминация
Положение главного персонажа ухудшается. Тем самым в еще большей степени повышается интерес. Противники испытывают силу главного персонажа и его помощников. Никто не знает, чем все кончится.
Сцена 8: в гостиной супругов Батуриных.
Журналист, обращаясь к Батуриной: «И что вы собираетесь делать?»
Батурина (плача, первый средний план): «Я… я просто раздавлена. Буду с мужем до конца. Ну, а потом посмотрю, как мне лучше всего решить эту проблему, когда, ну, вы понимаете, это произойдет».
Сцена 9: в кабинете председателя общественной организации практикующих врачей.
Журналист, обращаясь к председателю: «Что ваша организация может сделать для доктора Васильчикова?»
Председатель (первый средний план): «В общем-то, немного. Мы ранее уже обращали внимание врачей на то, что, к сожалению, но мы обязаны работать в рамках существующего закона. И наша организация не сможет Васильчикова защитить, если дело дойдет до суда».
Сцена 10: Кабинет в МВД.
Офицер полиции (первый средний план): «Я полагаю, что врач, совершивший описанные вами действия, настолько серьезно нарушает закон, что несомненно, может зайти речь о лишении права вести врачебную практику, и кроме того, это уголовно наказуемое деяние».
Сцена 11: у постели больного Батурина.
Батурин (крупный план): «Я все обдумал и хочу просить жену снова перевести меня в больницу, чтобы она не потеряла работу. Ну а что будет со мной, в конечном итоге, вопрос всего лишь нескольких недель».
Развязка
Наивысшая точка развития сюжета, когда конфликт разрешается со счастливым (хеппи-энд) или трагическим концом. Теперь в распоряжении зрителей достаточно фактов и оценок, чтобы решить, кто проиграл, а кто выиграл.
Журналист (а прямом эфире из студии или иначе): «Эта история, все время грозившая закончиться трагически, имеет, судя по всему, все-таки счастливый конец. Только что стороны заключили мировое соглашение. Давайте узнаем, в чем оно заключается».
Депутат (общий план с остальными участниками вокруг него – камера наезжает до первого среднего плана): «Итак, принимая во внимание гуманные аспекты этого дела, сегодня на парламентских слушаниях мы решили установить временный порядок, при котором лицам, желающим дома ухаживать за умирающими родственниками, будет выплачиваться денежная компенсация. Мы испытываем недостаток больничных коек в стране. Возможно, новый порядок поможет решить и эту проблему. В отношении данного дела мы полагаем, что супруги Батурины обладают такими же правами. Поэтому мы договорились о компенсации убытков работодателю за счет бюджета, если он отзовет ходатайство о возбуждении дела.
Журналист, обращаясь к работодателю: «Вы отзовете ходатайство?»
Работодатель (первый средний план): «Да. Все будет в порядке».
Отводка
Сюжет быстро движется к концу. Зрителям предоставляется, вероятно, последняя возможность отождествления.
Сцена 12: мы видим, как Батурина помогает своему мужу удобнее устроиться в постели. Она протягивает ему стакан воды, он пьет и улыбается. «Картинка» исчезает. Затем ведущий зачитывает отводку о том, что на ближайшей сессии Госдума рассмотрит закон, в котором будет сформулирован новый порядок действий в подобных ситуациях.
Сюжет закончен. Наступило время, когда зрители выражают реакцию на то, что они почувствовали и узнали. Наступило время обдумать и обсудить, кто в этом деле прав, а кто неправ.
Эпилог
Несколько месяцев спустя Госдума принимает закон, согласно которому устанавливаются общие рамки выплаты компенсации лицам, желающим ухаживать за смертельно больными родственниками дома. Эта история, продолжающая первую, может носить характер вторичной. Ведь точка уже поставлена.
5. Пишем текст
В программе теленовостей текста меньше, чем на первой странице ежедневной газеты. При этом известно, что зритель устно воспринимает только 7 % словесной информации. И тем не менее текст используется почти во всех сюжетах новостей, ведь он дает возможность быстро раскрыть смысл сообщения, связать отдельные сцены в сюжет и создать впечатление непрерывности действия.
Простой и однозначный текст
Телесюжет или, если посмотреть шире, видеоматериал – это не киносеанс, который проходит в тишине и темноте зрительного зала, за который деньги уже внесены в кассу кинотеатра. Телевидение и интернет живут за счет рекламы. Сюжет должен быть таким, чтобы зритель не переключился до рекламного блока. Ну и, разумеется, посмотрел сюжет осмысленно. В роли ваших конкурентов выступают члены семьи, друзья, телефон, Интернет, чаты, кофе, карточная игра и многое другое. Поэтому вы должны сделать свой закадровый текст таким, чтобы он, с одной стороны, усиливал убедительность изображения, а с другой стороны – не конкурировал с картинкой. Текст должен дополнять изображение, комментировать его, устанавливать связь между изобразительными элементами, но не повторять то, о чем рассказывает изображение. Текст должен быть кратким и точным, он должен содержать очень простое и однозначное сообщение. Чем меньше слов, отступлений и деталей, тем лучше. Меньше цифр – еще лучше.
Пусть рассказывает изображение
Золотое правило состоит в том, что именно изображение должно рассказать возможно большую часть истории. Далеко не всякое изображение можно и нужно сопровождать текстом. Как правило, в закадровом тексте журналист должен дать только ту информацию, которую не может донести до зрителя картинка.
Текст должен легко читаться и восприниматься, то есть соответствовать нормам устной речи. Обычно это краткие активные предложения, из которых совершенно ясно, кто является субъектом действия, кто или что является объектом действия, с помощью кого или чего осуществляется действие. Пассивным конструкциям не место на видео! Причастные и деепричастные обороны, сослагательное наклонение и прочие богатства нашего языка неприменимы в закадровом тексте. Конечно, у любого правила бывают исключения, но на то они и исключения.
Важно также понимать, что текст и изображение воспринимаются зрителями не одновременно – восприятие текста всегда отстает, это отставание журналист может возместить, во-первых, используя короткие предложения, а во-вторых, начиная зачитывать текст чуть раньше, чем на экране появляется изображение, соответствующее тексту.
