Александр Лукин – Фронт без линии фронта (страница 44)

Подобную помощь наши чекисты оказывали военному командованию все время, пока Орловщина была прифронтовой и фронтовой областью.

Хотя в Мценске наше управление находилось недолго, все же разведывательно-диверсионные чекистские группы провели ряд боевых операций в тылу противника.

Так, разведывательно-диверсионная группа чекистов А. Н. Нечаева и С. Д. Белохвостова 5 октября 1941 года на шоссе Мценск — Новосильск уничтожила вражеский танк. Она же 26 октября в районе Медведевского леса, под Орлом, подорвала несколько немецких автомашин с солдатами. На шоссе Мценск — Орел в октябре-ноябре 1941 года активно действовали боевые группы подрывников. Они устраивали засады, минировали шоссе и подорвали десятки немецких автомашин, а также несколько танков.

Разведывательно-диверсионная группа А. С. Иконникова на участке Куракино — Змиевка пустила под откос эшелон с двадцатью вагонами, груженными боеприпасами.

Десятки чекистских групп на территории Мценского, Новосильского, Краснозоренского, Моховского районов области взрывали мосты, минировали дороги, уничтожали транспорт и живую силу врага. Наши люди действовали умело, бесстрашно и быстро. Они выбирали удобные паузы в движении, минировали дороги и мосты, а затем бесследно исчезали.

Когда немцы заняли Мценск, управление перебралось в Елец. Туда к тому времени уже прибыли все областные партийные и советские организации. В этот момент мы установили, что между Орлом и Ельцом, так же как и на большом отрезке фронта по линии Новосильск — Моховое — Богодуховка, нет совершенно наших войск, и немцы могут занять эти пункты без особых затруднений. Войска Брянского фронта, которые должны были занять этот участок, все еще не вышли из окружения. В кабинете первого секретаря Орловского обкома ВКП(б) В. И. Бойцова состоялось краткое совещание. Было принято решение оборонять открытый участок фронта силами истребительных батальонов и чекистов нашего управления. Получился довольно сильный отряд.

Командиром отряда Орловский обком партии утвердил чекиста М. А. Забельского, комиссаром — второго секретаря Орловского горкома партии Л. В. Семенихина. Все, что еще оставалось в качестве запасов в нашем управлении, пошло на снаряжение отряда. Он занял боевой рубеж, окопался и организовал войсковую разведку.

Вскоре наши бойцы вступили в бой с передовыми разведывательными группами противника, преградив им путь на Елец.

Перед фронтом отряда находился железнодорожный мост, который оказался в руках врага. Пока этот мост был у противника, нашей обороне угрожала опасность. Разведка установила, что гарнизон охраны моста невелик. Было решено сделать налет на охрану моста и взорвать его. Операция прошла блестяще. При первом серьезном натиске охрана бежала, подорвав мост. Отряд удерживал занятый им боевой рубеж больше двадцати дней — до прибытия войск Брянского фронта.

В годы войны шел непрерывный и очень напряженный поединок советской контрразведки с немецкой разведкой.

Орловские чекисты, опираясь на поддержку народа в прифронтовых районах и в глубоком советском тылу, обезвредили немало немецких агентов и целых шпионских групп, заброшенных в разное время в прифронтовые районы области.

Вспоминается такой случай. Было это летом 1942 года. Мне позвонила председатель одного из колхозов Елецкого района.

— Понимаете, товарищ начальник, — торопливо, с некоторым испугом говорила женщина, — заявился ко мне ни свет ни заря. Кладет на стол гранаты и пистолет, а сам требует: звони, говорит, быстрее в НКВД — я немецкий шпион. Пусть приедут и заберут.

— Где он сейчас? — спросил я.

— Где ему быть? У меня в правлении сидит. Дожидается.

— Оружие его где?

— Оружия особенного при нем не было, только пистолет и гранаты. Я их в ящик стола спрятала. Только вот беда: ящик-то у меня не запирается.

— Сейчас к вам приедут, — успокоил я женщину. — Не отпускайте его. На всякий случай скажите ему, что мы его давно ждем.

В колхоз срочно выехала чекистская группа. В правлении ее ожидал человек в форме сержанта Красной Армии. Немного волнуясь, но стараясь казаться спокойным, человек этот рассказал, что, попав еще зимой в плен, он, не выдержав побоев и угрозы смерти, согласился работать на немцев. После окончания специальной школы в Смоленске он был вместе со своим напарником-радистом сброшен на парашюте в наш тыл. Не желая быть предателем, он постарался спуститься подальше от того места, где должен был приземлиться его напарник с рацией, спрятал парашют в стог сена, а сам явился с повинной.

— Как вы думаете, где сейчас радист? — спросили его.

— Должен ждать в условленном месте.

«Сержант» описал приметы своего напарника, указал место, где была назначена встреча, а через несколько часов радист был пойман и вместе с рацией и шифром доставлен в управление НКВД.

Оказалось, что он еще не выходил в эфир. И вообще, у него тоже не было никакого желания работать на тех, кто послал его шпионить.

Возникла ситуация, при которой можно было провести неплохую радиоигру и хорошо поводить за нос противника. Кстати, командование Брянского фронта готовило в это время боевую операцию в районе Верховья. Нужно было ввести противника в заблуждение и скрыть от него место концентрации советских частей. За выполнение этой задачи взялись чекисты вместе с командованием фронта.

Оба парашютиста охотно согласились участвовать в радиоигре. В условленное время радист настраивал свой передатчик и посылал своим бывшим хозяевам «ценнейшие» сведения. Он сообщал им о концентрации воинских частей и техники в районе Новосилья. Получая такие данные, офицеры немецко-фашистской разведки потирали руки, радовались, что наконец-то удалось послать в советский тыл пронырливых и умелых шпионов. Зато прибавилось работы у офицеров разведотдела Брянского фронта, сочинявших эти «шпионские» сведения: ведь их нужно было составить таким образом, чтобы враги им верили. В подтверждение этой «информации» командование фронта имитировало отправку в район мнимой концентрации ударных частей воинских эшелонов и устройство там артиллерийских и иных огневых позиций. Фашистская воздушная разведка не замедлила заметить передвижение войск и начала целыми днями кружить над районом «сосредоточения» войск. Наконец мы дождались того, чего хотели: фашистское командование начало стягивать свои войска в желаемом для нас направлении. Через некоторое время противник обрушил на наши «позиции» шквал артиллерийского огня и бомбовых ударов с воздуха. От фанерных батарей и танков летели одни щепки. В это время части Брянского фронта успешно выполнили боевую задачу в районе Верховья. Так радиоигры, проводимые чекистами, помогали советским войскам громить врага в выгодных для них условиях.

Зимой 1942 года произошел еще один случай. Войска НКВД по охране тыла фронта задержали пять человек, одетых в красноармейскую форму. Они имели полную экипировку фронтового бойца. Это их и подвело: патрульная служба войск по охране тыла заподозрила их в дезертирстве и задержала. Чекисты обнаружили, что фляги и противогазные коробки «красноармейцев» наполнены взрывчаткой. В их снаряжение входил даже небольшой механизм для проведения взрыва. Расследование установило, что эта группа предателей была переброшена по воздуху в наш прифронтовой тыл для диверсии на железнодорожных участках Елец — Красное, Елец — Верховье, питающих фронт всем необходимым.

Орловские чекисты провели большую работу по обеспечению безопасности тыла. В прифронтовых районах нашей области не было ни одного крушения войсковых эшелонов от рук диверсантов, ни одного террористического акта против командиров Красной Армии, партийных и советских деятелей. Все это говорит о высокой бдительности советских людей, мужестве и высокой специальной подготовке наших чекистов, а также о тесной связи органов госбезопасности с народом.

В 1941—1943 годах Орловская область (в ее тогдашних границах) стала ареной массового партизанского движения. Партизаны Орловщины избрали такие формы борьбы, как организация «малых партизанских земель»; они первыми применили групповую установку мин замедленного действия на полотне железных дорог, а также установку мин с различными сроками взрыва на одном участке. Орловские партизаны первыми начали так называемую «рельсовую войну», получившую затем широкое распространение. На Орловщине действовала первая школа по подготовке кадров партизанского движения.

К моменту освобождения Орловской области от немецких оккупантов партизанскую войну против фашистов вело свыше шестидесяти тысяч бойцов и командиров, объединенных в отряды и бригады.

В формировании партизанских отрядов, их вооружении и направлении боевой деятельности, проводимых под руководством Орловского обкома партии, принимали активное участие и орловские чекисты.

Для формирования отрядов и руководства ими в управлении был создан специальный отдел, в состав которого вошел ранее организованный штаб истребительных батальонов. В этот отдел мы направили опытных чекистов: В. А. Черкасова, И. Д. Сидорова, Г. М. Брянцева, И. Я. Прудникова, В. А. Засухина, М. А. Забельского, С. А. Недосекина, Б. И. Крюченкова, С. С. Богачева и других.

Отряды формировались главным образом из бойцов истребительных батальонов и военнослужащих, выходивших из окружения. Проводилась боевая и политическая подготовка будущих партизан, намечались места базирования отрядов, закладывались базы снабжения. В селах подбирались подходящие для работы в тылу врага люди.