Александр Лучанинов – Каменка (страница 38)

— Ну куда ты на пол все кидаешь? — проявившийся словно изображение на фотопленке кот лениво подошел к скомкан-ной рубашке и понюхал ее. Его шерсть тут же встала дыбом, спина изогнулась, а хвост трубой устремился к потолку. — Фу! Какая гадость! Ты зачем ее в дом притащил?!

Усевшийся на кровать Володаров бросил многозначи-тельный взгляд на кота и молча продолжил стягивать с себя брюки.

— У-у-у, что-то ты бледный совсем. Ой… это из тебя что ли? — он еще раз понюхал рубашку, затем обернулся человечком и, брезгливо подняв ее с пола, понес на вытянутой руке в ванную. — Надо ее сразу замочить, чтоб не въелось. Лучше, конечно, просто выбросить, но что-то мне подсказывает, что на такое ты не согласишься.

Домовой был прав, выбрасывать рубашку Володаров не собирался. Она непременно должна была остаться и стать своеобразным памятником прошлому Гене. Гене, который любил спешить и чуть не поплатился за это жизнью.

Из выходного дня воскресенье стремительно превраща-лось в рабочий. Слушая, как в ванной льется вода и разду-мывая над дальнейшим планом действий, Володаров пере-оделся в форму. К слову, она была тщательно выглажена и приятно пахла. (Домовой постарался, не иначе. И когда он только успевает?) Затем, дважды проверив пистолет на наличие в обойме патронов, сунул его в кобуру на поясе и, ничего не говоря, вышел из дому.

Сезон охоты на ведьм в Каменке официально объявлен открытым.

Молчан сидел на лавке у дома Зинаиды Петровны и за-думчиво дымил самокруткой. Двуствольное ружье было пе-реломлено пополам и болталось у него на плече, будто деви-ца, украденная варваром из соседнего племени.

Завидев приближающегося Володарова Молчан выбросил самокрутку и встал.

— Здесь только вы? — Гена не подавал виду, но в душе ис-пытывал весьма сильные чувства. Потерявшие от времени яркость синие окна и низкая деревянная дверь для него сейчас выглядели ничуть не лучше берлоги медведя. Той самой, в которой он чуть не лишился жизни, и куда собирал-ся вот-вот снова войти. — Я же просил найти мне двух поня-тых.

— Давай-ка, Палыч, пока без этого всего обойдемся, а? Не к чему местных по чем зря теребить. Им и без тебя не скуч-но живется.

— Нет, вы что? Без понятых я обыск жилища проводить не могу.

— Как это, не можешь? Я же смог. Смотри! — Молчан без лишних раздумий развернулся и пнул дверь ногой. Она лег-ко открылась, продемонстрировав разлущенную лудку. — Брось, начальство далеко, а наши меня знают и в случае че-го подпишут что нужно задним числом. Мы ж не воровать сюда пришли в конце концов. Заходи.

Володаров неуверенно потоптался на пороге и после не-долгих сомнений шагнул внутрь, где тут же наткнулся на черное пятно «нефти». Оно неприятным воспоминанием рас-теклось по половицам и коврику для обуви.

— Ты как? — поинтересовался Молчан, заметив, как Гена замешкался.

— Я? — он поддел пальцем лямку на кобуре, и та с щелч-ком открылась. — Лучше не бывает.

Сельский голова хмыкнул, а правый уголок его рта ис-кривился в ухмылке.

— Так где, говоришь, подвал этот?

— Сейчас покажу.

Володаров прошел мимо Молчана и оказался на кухне. За пол дня здесь мало что изменилось. Разве что общая вет-хость и уныние переросли в откровенный бардак. Зинаида Петровна действительно собиралась в спешке. Скорее всего она готовилась к затяжному побегу, так как холодильник стоял с распахнутой настежь дверцей и его полки были пу-сты.

— Видать консервы хранила, на всякий случай, — Молчан зашел на кухню следом за Геной. — Там, вон, смотри, на ниж-ней полке стеклянной следы от банок.

Володаров присмотрелся и удивился прозорливости сель-ского головы. На стекле действительно отпечатались круг-лые следы по размеру вполне подходившие под донышки консервных банок.

— Как думаете, она далеко сможет уйти?

— Баба Зина-то? — Молчан пожал плечами, от чего ружье слегка покачнулось. — Да хрен ее знает. Не думаю. Она ж старая, а судя по этому срачу, еще и груженая, что осел. Дрезину она без ключа не заведет, а электричка только зав-тра в три будет. Если она сейчас в подвале своем не сидит, как дура, тогда по соседним домам поспрошаем, куда ее черти понесли. Бабку с баулами уж точно кто-то да видел.

Такой ответ слегка поднял Гене настроение. Ему не очень хотелось прославиться милиционером, от которого убежала старушка, а слова Молчана дали ему повод надеяться, что этого не произойдет.

— Так где подвал-то?

— Там, — Володаров показал пальцем на соседнюю с кух-ней комнату, — под ковром.

Молчан кивнул, лихим движением скинул с плеча дву-стволку, зарядил и с силой защелкнул. Гена воспринял это как знак к действию и прошел в комнату. Носком ботинка он поддел край ковра, откинул его в сторону и склонился над едва заметной выемкой в половице.

— Погоди, — сельский голова обошел участкового, стал у него за спиной и нацелил ружье на пол. — Давай.

Володаров кивнул, после чего просунул палец в выемку и потянул на себя. Петли жалобно скрипнули, люк распахнул-ся, открыв вид на почти вертикальную лестницу, уходившую куда-то в темноту.

— Зинка, — рявкнул Молчан, прижавшись щекой к при-кладу, — выходи! По-хорошему прошу!

На несколько секунд в доме пастушки воцарилась такая тишина, что Гена готов был поклясться, будто услышал, как натужно бьется сердце сельского головы.

— Фонарик нужен, — наконец выдохнул Молчан, опуская ружье. — Или свечка. Без света в ведьмин подвал лезть что-то не охота.

— Согласен, — выпрямился Володаров.

Свечку долго искать не пришлось. Вернее, вообще не пришлось. Она, почти не использованная, стояла на верхней полке этажерки, ютившейся в углу у окна. К свечке прила-гался на вид массивный, а на деле довольно легкий тройной подсвечник, выполненный из дерева, покрытого лаком.

Первым лезть в подвал вызвался Гена. Он руководство-вался простой логикой человека, которого иные могли бы назвать пессимистом. Если Зинаида Петровна по какой-то неизвестной причине все еще прячется там, внизу, хоть это и было маловероятно, и каким-то чудом сумеет вывести его, то есть Гену из строя, при этом завладев табельным оружием, в таком случае у Молчана все равно останется преимущество высоты и калибра. К слову, в военном деле такие преимуще-ства очень даже в цене.

Молчан возражать не стал и даже одолжил Володарову спички.

Лестница в подвал была крутой, и спускаться по ней, пользуясь только одной рукой занятие не из легких. Особен-но для человека, который пару часов назад едва не умер. Но Гена все же справлялся. Он кряхтел, щурился, стараясь под-готовить глаза к темноте и справлялся. Одну за другой он преодолевал ступени, все глубже погружаясь в глотку неиз-вестности.

Вообще, иметь подпол довольно распространенная прак-тика в сельской местности. Обычно он не отличается особой глубиной. Слишком глубоко рыть нет смысла, проще сделать внешний погреб. Но то, что находилось под домом бабы Зи-ны трудно было определить привычными терминами. Гена понял это, когда после заметно затянувшегося спуска решил посмотреть наверх и увидел квадрат люка в добрых трех метрах над головой. В этот же момент стало ясно, для чего нужна такая крутая лестница. Для наклонной попросту по-надобилось бы слишком много места.

Решив проверить, сколько осталось до дна, Гена зацепил-ся свободной рукой за ступеньку, извернувшись умудрился поджечь спичку и бросил ее вниз. Маленький трепещущий огонек устремился в темноту, сместился вправо, ударился о каменную стену тоннеля и упал, тут же погаснув, на земля-ной пол метрах в пяти от того места, где завис Володаров.

— Вот это я понимаю подвал, — буркнул Гена себе под нос.

— Чего говоришь? — донесся сверху голос Молчана, сдав-ленный и уплотненный тоннелем.

Володаров не ответил. Лишь сделал невнятный жест под-свечником и полез дальше, попутно размышляя над тем, как тяжело, наверное, доводилось Зинаиде Петровне. По такой лестнице и здоровый человек будет спускаться с опаской, а уж в ее то возрасте поход в подвал был тем еще испытанием. «Испытанием, которое она готова была пройти ради того, чтобы спрятать тело отравленного участкового, — напомнил о себе внутренний скептик. — Нечего жалеть престарелую пси-хопатку. Лучше быть настороже. Неизвестно, что скрывается там, внизу».

Преодолев злосчастную лестницу, ставшую под конец не только отвесной, но и слега скользкой от влаги, Володаров выдохнул с облегчением, которое, к слову, продлилось со-всем недолго. На его место быстро пришло непонимание, а после и вовсе страх.

Помещение подвала по размеру едва ли не превосходило сам дом. Свет единственной свечи с трудом мог добраться до дальних углов, но Гене было достаточно того, что он видел прямо перед собой.

В подвале бабы Зины было все и даже больше. И это «все» проливало свет на вопрос, почему жилище сельской ведьмы выглядело совсем обычным, даже можно сказать скучным. Ответ был прост, те самые массивные черные свечи с настойчивым неприятным запахом, таинственные амулеты из вороньих перьев, костей мелких животных, мешочков, набитых чем-то, о чем лучше и не спрашивать, то там то тут свисавшие с низкого земляного потолка, даже большой, из-мазанный сажей котел, были спрятаны от посторонних глаз под восьмиметровым слоем земли.

Гена с открытым от удивления ртом разглядывал рабочее пространство ведьмы. Такого в райцентре точно не увидишь. И что самое любопытное, Зинаида Петровна умудрилась на протяжении как минимум нескольких лет скрывать наличие своего занятного подвала от падких на сплетни односельчан, что смело можно было записать в подвиг.