Александр Лучанинов – Где они все? (СИ) (страница 60)

Значит так, первым делом, после открытия странного способа коммуникации Высших, появилась абсолютно логичная идея — помешать этим самым коммуникациям. Что оказалось довольно сложно, ведь передающего и получающего сигнал в сущности ничего не разделяет. Для наглядности, представьте себе двух людей, шепчущих друг другу на ухо, в то время как третий стоит в километре от них и своим криком пытается их заглушить. Глупое и бессмысленное занятие.

Как наши ученые не пытались, с какой стороны не подступались, ничего не получалось, и мы уже собирались улетать, но кое-что довольно грязное вышло на свет. Ваши обезьяноподобные предки, обитавшие в определенной близости к лагерю стали проявлять нетипичное поведение. Это было новое поколение, то, которое родилось уже после нашего прилета. Оно было гораздо сообразительнее и находчивее остальных. Довольно резкий скачек в развитии, настолько резкий, чтобы вызвать интерес.

Этот период истории Земли мне как историку особенно интересен, но, кажется, вы не особенно настроены на подробности, так что далее в двух словах.

В общем, кто-то из наших, мы так и не узнали кто, потому что этот извращенец не признался, посчитал местных волосатых самок привлекательными и, тайком уходил из лагеря в секс туры с аборигенами. Как это возможно, спросите вы?

— Нет, не спросим, — отрезала Рита.

— А я вам отвечу, — как ни в чем не бывало, продолжил Арчибальд, — В некоторых случаях у эволюции довольно узкие взгляды на развитие. Разумных, развитых рас с двумя ногами, руками и головой — пруд пруди. Удивительно то, что репродуктивные функции нашего извращенца оказались настолько похожими на ваши, или же быстро адаптировались к новым партнерам, что этого оказалось достаточно для оплодотворения. Эх, матушка природа… чего только не увидишь.

Потом мы, конечно, узнали, что большинство плодов не переживают роды или рождаются с довольно непривлекательными уродствами, зачастую несовместимыми с жизнью, но те, кто выжил — они были удивительными экземплярами. С таким еще не сталкивался никто. Кроме повышенного интеллекта у многих наблюдались, так скажем, способности различного рода, принцип работы которых мы не постигли и по сей день.

Научный отдел отловил всех, кого только смог найти и, пока экспедиция готовилась к долгому перелету, всесторонне изучала образцы.

— Так, — возмутился Генри, — ты с образцами завязывай. Это были люди как ни как.

— Ну, вообще-то, технически еще нет, — возразил Арчибальд, но покосившись на пистолет, перефразировал, — Ладно, наши бездушные мясники жестоко издевались над обезьянами, отдаленно напоминающими человека, чтобы понять, каким образом некоторые из них способны управлять пространством.

Трудное было дельце, как мне рассказывали. Одни телепортировали себя и небольшие предметы вокруг на короткие расстояния, другие меняли свойства предметов, прямо как наш ненаглядный Норман. Вот только в отличие от него, эти мартышки не могли говорить, а, следовательно — объяснить, как они это делают, а это было крайне важно, ведь, например, в присутствии одного из таких одаренных сбоила любая электроника. Он умудрялся окружать себя полем, нарушающим нормальное распространение электромагнитных волн. Кстати, именно тогда начались первые разработки альтернативной технологии невидимости, которой мы благополучно пользуемся по сей день.

Короче, после того как наши ученые разработали простую и эффективную систему общения, и обучили ей ваших предков, в темном деле вездесущего сигнала Высших появился определенный прогресс.

Опытным путем удалось выяснить, что любые проявлявшиеся в результате кровосмешения способности базировались лишь на одном — сознании. Гибриды силой своей воли влияли на окружавшую их действительность. У многих это было спонтанной, неконтролируемой реакцией, сопровождавшей страх, своеобразным защитным механизмом. Другие же могли намеренно вызывать аномальные изменения при помощи, скажем так, фетишей, — Арчибальд показал пальцем на Морриса, — Норман в курсе, о чем я. Да, мистер волшебные чернила?

Моррис невольно потянулся к фломастеру, лежавшему в кармане куртки.

Армия Пирса обнюхивала один дом за другим, постепенно сужая круг поиска, пока, наконец, все силы не сконцентрировались на подступах к Храму Фантазий. Заброшенное здание просто смердело человеческим страхом, но никто не спешил делать первый шаг.

Пирс сверлил взглядом заколоченные окна. Сквозь фанерные листы он хотел разглядеть, чем занят человек со странным оружием. Другие двое его мало интересовали, хоть по запаху было понятно, что они тоже здесь, но этот… этот был слишком опасен.

Время шло, светоеды переминались с ноги на ногу, они переглядывались друг с другом и стрекотали в нетерпении, но генерал медлил. Чужака недооценивать нельзя, он хитер, силен и удачлив, а самое главное — живуч. С другой стороны, прямо сейчас он может составлять план обороны и придумывать фокусы, к которым просто нельзя быть готовым.

Ждать больше было нельзя, и Пирс дал отмашку своей сколоченной наспех армии наступать.

— То есть ты хочешь сказать, что Норман — далекий потомок обезьян, изнасилованных пришельцем-извращенцем? — Букер скептически приподнял бровь.

— Именно так! В смысле… стой, как-то ты все мрачновато перекрутил.

— И много по земле таких ходит? — спросила Рита.

— А вот этот момент, я полагаю, вы не совсем поняли. Все современные люди, так или иначе, являются продуктом кровосмешения. В основном это никак не проявляется, ну кроме того, что вы теперь мало похожи на мартышек, но иногда аномальные мутации все же выстреливают и получаются всякие загадочные и неоднозначные исторические фигуры, которые известны своими «чудесами» или экстраординарными талантами. Будды, Иисусы, Теслы всякие…

— Будьте так любезны, — Арчибальд постоянно отклонялся от темы, так интересовавшей Нормана и это его начинало раздражать, — не могли бы вы вернуться к рассказу об излучении Высших?

— Что? Ах, да. Ответом на этот сложнейший вопрос оказалась борода.

«Борода?» — хором переспросили все трое.

— Ну, не только она, весь волосяной покров головы в целом, но у бороды был «самый громкий голос» — Арчибальд показал пальцами в воздухе кавычки, — Оказалось, что фетишем подопытного, способного создавать вокруг себя необычное поле помех, была борода. Маленький, сумасшедший сукин сын верил в то, что это не он гнет свет, не он заставляет ток в проводах останавливаться, что все делала его борода, защищая своего хозяина.

И нам ничего не оставалось, как воспользоваться этим. Пришлось сильно попотеть, чтобы направить его дар в нужное русло, а именно в нуль-измерение, при этом не затрагивая все остальные, но оно того стоило. Научный отдел составил для него индивидуальный курс генной терапии, по окончании которого наш человек-помеха практически перестал стареть. Над бородой тоже поколдовали, она теперь росла постоянно, не ограничиваясь коротким шерстяным покровом, правда остальные волосы на теле выпали, но пациент, на сколько я помню, не особо жаловался.

Примерно так мы и превратили позор в подвиг. Выродок межвидового скрещивания стал спасительным живым щитом для целой солнечной системы.

— Что-то не особо-то он и спасительный, — язвительно заметил Букер.

— Между прочим, — начал оправдываться пришелец, — схема работала отлично целых два миллиона лет и смогла бы протянуть еще столько же, если бы не… — он запнулся, и Рите показалось, что даже немного покраснел, хотя в действительности зеленая кровь, текшая по его сосудам, не давала такой возможности.

— Если бы не что? — Норман был настроен решительно.

— Если бы не идиот, ее охранявший, — он показал пальцем на себя, но тут же начал оправдываться, — Но вы бы только знали, насколько это скучная работа. Сотнями лет ничего не происходит. Одна и та же рутина, которая мне абсолютно не интересна. Я всегда хотел быть историком, учился, проводил исследования, а в итоге что? Отправлен в ссылку на Аляску, просиживать зад, наблюдая за тем, как ходячий волосяной комок не делает ровным счетом ничего… Ну, зачитался разок, прозевал. С кем не бывает?

— Что случилось? — продолжал наседать Норман.

— Заявился какой-то тип с гниющей рукой и отрезал бороду. Вообще не понимаю, зачем ему это понадобилось.

— Погоди-ка, — на Букера нахлынула новая волна гнева, и он еле удержался, чтобы не пристрелить пришельца на месте, — значит, за целых два миллиона лет сверх развитая раса пришельцев не додумалась засунуть бородатую обезьяну в какой-нибудь бункер? Вы что, идиоты?

— Вот только не надо орать. Мы и так подарили этой планетке кучу времени, которого она совершенно не заслуживает. И нет, мы не идиоты, раз на то пошло. Психика бородатого была крайне неустойчива, и любое вмешательство со стороны нарушало стабильность работы искажающего поля, а поскольку он такой был в единственном экземпляре, то выбирать не приходилось, приходилось подстраиваться. Ему создали тепличные условия для спокойного и беззаботного существования там, где ваша суетливая порода бывает крайне редко — в лесах Аляски, и следили за его сохранностью абсолютно незаметно.

Вы должны понять, Земля — это планета-заповедник, а участок, на котором жил бородатый — всего лишь маленькая охраняемая его часть. Жалкие огрызки рас, сумевших пережить вторжение Высших, расселились по всей солнечной системе и скрыто наблюдали из своих убежищ за вашим прогрессом, надеясь, что рано или поздно аномальные мутации превратят вас в сверхразвитый вид, способный постоять за себя и дать отпор Высшим. Конечно, пару раз вы нас заставляли немного понервничать своими мировыми воинами, но в целом все шло хорошо. Заметили, как в последнее время ускорился научно-технический прогресс?